— Это ладно, — согласно кивнул Саймон. — До барьерного Рифа вы доберетесь, не вопрос. Что дальше? Как вы его преодолеете? Даже вашим кораблям не пробить все эти скалы… Ну ладно, пушками может и получится расчистить проход. Но его же тогда рано или поздно обнаружат жители Лиры, которые знают, что Риф непреодолим, однако иногда шляются неподалеку. И после Рифа надо еще несколько дней плыть. И это если вы знаете, что несколько дней, а можно ведь и недель. Можно уйти в сторону, к Южному материку.

— Во-первых, с чего ты взял, что мы не имеем представления о положении материков и расстоянии до них? — спросила Джулия. — То, что на Лире проблема с картами, еще не означает, что у нас она тоже есть. Хильдар сохранили достаточное количество точных и подробных карт Лиры производства Древних, чтобы вполне четко представлять кто и где есть. Во-вторых, зная это, уже можно спланировать миссию, не требующую пересечения Рифа целым флотом. Достаточно одного легкого корабля с несколькими людьми на борту, который дойдет к берегам Лиры, а потом вернется.

— И как же этот корабль преодолеет Риф?

— Легко. На борту тяжелого корабля будет доставлен непосредственно к Рифу, а затем краном с длинной стрелой выгружен по ту сторону препятствия. Ну, я, разумеется, говорю чисто теоретически.

— Есть же еще такое пожелание, чтобы этот корабль не привлекал внимания, — напомнила чародейка. — То есть, он должен быть похож на корабли, используемые местным населением.

Джулия одобрительно взглянула на чародейку.

— Или не попадался им на глаза.

— Это еще сложнее, — возразил Саймон. — Прибрежные акватории Лиры — весьма оживленные места. Причем везде. И на севере, где имперский флот борется с драккарами северян, и восточное побережье, вдоль которого проходит много торговых путей. И я уж не говорю про юг! Там и торговля, и пираты, и объединенные флоты, за этими пиратами гоняющиеся, и кого только нет. Практически нереально там пройти незамеченным.

— А зачем нам туда лезть? — удивилась Джулия. — Что к восточному побережью, что на юг. Можно взять севернее, и уйти к западному побережью Лиры. Там прохладно, тихо и безлюдно, красота.

— И что там делать? — в свою очередь удивился бард. — Империя на северо-востоке, Халифат Сахры на юго-востоке. Еще кто интересный в центре материка, но до них с западного побережья идти очень долго. К тому же по весьма диким и глухим местам.

— Тогда можно захватить корабль местных, чтобы использовать для путешествия его или хотя бы скопировать.

— Тоже не лучший путь, — отмел бард. — Во-первых, мало кто заплывает близко к Рифу, так что ждать придется долго. А во-вторых, их же еще найти и поймать надо!

— Это если ждать у Рифа. Если преодолеть его, то можно и попиратствовать немного в морях. Рейд, целью которого является не высадка на Лиру, а лишь захват корабля, — предложила Лайза.

— Тогда можно и допросить экипаж, чтобы выяснить много интересного. Никуда и не понадобится высаживаться, — заметила Джулия. — Это еще и лучше. Меньше сложностей. А также допрос решает еще одну проблему. Ведь даже если у нас совершенно привычный местным корабль, мы все равно выдадим себя, когда установим контакт. С другим кораблем в море, или уже после высадки — неважно. Без знания местных обычаев и реалий, мы явно показываем себя чужаками. Можно тогда и не морочиться с кораблем.

— А с чужаками на Лире напряженка, — подхватила Лайза. — Все тесно связаны и друг с другом знакомы. Все три материка постоянно взаимодействуют, а любой чужак может быть только с Запада.

— Или же из другого мира, — добавила Скорпи. — Но вообще мы так и не определились с целью нашего теоретического путешествия. Должно ли оно пройти инкогнито? Какие вопросы оно должно решить? Что выяснить? Каждая операция ведь имеет какой-то смысл, не так ли? Ради чего она затевается. Исходя уже из этого, мы определяем пути решения поставленной задачи и способы достижения требуемых целей. Без этих целей все это остается лишь теоретическими умозаключениями. Например, хильдар могли бы построить гигантскую катапульту, и с ее помощью запустить агента на Лиру. Но это же абсурд. Любое же реальное дело имеет смысл. Нечто, ради чего оно и делается.

— Вот не скажи, — не согласился бард, вылавливающий пальцем сливу из компота. — Знаешь сколько реальных дел творится без смысла? Из любопытства, из скуки, из желания красиво умереть, да хоть на спор! Иной раз люди такое отчебучивают, что только диву можно даваться — как такое вообще им в голову пришло? И главное — зачем?!

— Подобная безрассудность двигает цивилизацию вперед, — философски заметила Лайза. — Постоянное желание узнать, что там, за горизонтом, приводит к открытиям новых земель. Постоянное желание узнать, можно ли съесть вот этот синий плод, дает тебе сливовый компот. Желание красиво окончить свою жизнь может привести к тому, что ты, пока ищешь как бы это сделать поэффектнее, вообще передумаешь умирать, а будешь жить долго и счастливо. Желание облегчить свою жизнь, как мы вчера уже выяснили, приводит к изобретению новых устройств и машин, что дает новое качество жизни. Да и заклинания магов тоже создавались в процессе бесконечного поиска, сколько бы там маги не говорили о своих академических подходах. Особенно в этом отличились алхимики, которые смешивали абсолютно случайные вещи, да еще и в совершенно безумных комбинациях. Зато сколько полезных веществ мы знаем благодаря их неустанным трудам. Всегда то, что ведет прочь от привычного, знакомого и безопасного — клинок без рукояти. Можно открыть новое, а можно порезаться самому. И часто это и происходит. Хоть и грустно, но стоит признать, что вперед по дороге прогресса и развития нас, людей, двигают глупость и безрассудство. Хорошо это или плохо — не мне судить, не человеку, который путешествует в другие миры. Тоже ведь не самое благоразумное занятие.

— Наверное, главное, чтобы разум правил там, где мы уже освоились, — предположила Джулия. — А на фронтире пусть и дальше будут отважные и безрассудные герои, пробивающие нам путь вперед через неизведанное.

— Безумству храбрых поем мы песню! — чествующим жестом вскинул стакан бард.

Спутники покинули Центр управления полетами и уже шагали по геликоптерной площадке к ожидавшей их машине, когда Саймон внезапно остановился:

— Стойте!

— Что случилось? — обернулась Джулия. — Забыл что-то?

— Мы же, наконец, вне города!

— И что? — не поняла Лайза.

— Мы должны воспользоваться этой возможностью! Мы же не гуляли по холмам! Обязательно надо погулять! А то что это такое? Были в стране холмов, а по холмам не погуляли? Да меня просто не поймут! Все, идем гулять по холмам. Немедленно.

И в результате Лайза и Джулия были вынуждены целый час таскаться за Саймоном по окрестным холмам, пока наконец чародейка не вспомнила и не сообщила барду, что они уже ходили по холмам. До того, как встретили хильдар. После этого девушки смогли отвести Саймона на взлетную площадку.

Уже в геликоптере бард спросил:

— А принадлежали ли те холмы стране холмов?

— Да, — успокоила его Джулия. — Геликоптеры же там летали.

— Тогда ладно, — успокоился Саймон и принялся смотреть в окно.

— Джулия, а какие у вас бывают вообще геликоптеры? — поинтересовалась Лайза. — Пассажирские, транспортные, штурмовые. Есть какие-то еще?

— Обычно выделяются две большие категории — военные и гражданские. Военные геликоптеры можно разделить на ударные, они же штурмовые, чьей задачей является уничтожение наземных и надводных целей, а также огневая поддержка сухопутных войск; транспортные, которые осуществляют перевозку личного состава, оборудования, вооружений и запасных частей, продовольствия, лекарств; и разведывательные — маленькие, легкие, очень быстрые, часто не имеющие вооружения, зато оснащенные средствами наблюдения и разведки. Гражданская техника в свою очередь бывает пассажирской, на представителе который мы сейчас летим; бывает транспортной, предназначенной для перевозки разнообразных грузов как внутри кабины, так и на внешней подвеске; и бывает специализированной. Это геликоптеры, которые используются в сельском хозяйстве для обработки растений удобрениями, медицинские, предназначенные для поисково-спасательных операций и любые другие, имеющие специфическое оборудование.