*

После отбоя пятеро волшебников, работающих в детдоме, подводили итоги первого дня новой жизни воспитанников. Отчитывался Олег:

— Не активировано восемнадцать браслетов, из них одиннадцать отложены, вполне возможно, что всё-таки подумают и наденут. Тем более, мама им пообещала, что они всегда смогут их снять. А семь браслетов были развеяны при попытке их уничтожить. Это небезызвестный Савва Морозов из десятой группы, два его "адъютанта" из восьмой группы и четыре девушки. Савва вынудил своих "подчинённых" выбросить их браслеты, а девушки (две десятиклассницы и две из девятого класса) вообще не собираются задерживаться в детдоме. Их постоянные партнёры из военного городка пообещали, что заберут их к себе после окончания учебного года.

— Придётся девчонок лечить сеткой Леоновой, — озабоченно сказала Юля, — остальных-то браслеты уже начали лечить.

— Домовые мне сообщили, — с улыбкой поведал Пётр, который временно, пока Марат не нашёл для детдома начальника охраны, исполнял его обязанности, организовав домовых на охрану, — что эти девицы сейчас попытались сбежать из детдома. Собрались к своим любовникам, в военный городок. Между прочим, — злорадно ухмыльнулся он, — для двух из них было бы неприятным сюрпризом обнаружить, что их "покровители" уже давно женаты.

— Что домовые сделали? — озабоченно спросила Вера Ивановна.

— Усыпили всех четверых, они сейчас в изоляторе у Юли, — сообщил Пётр. — Можешь сейчас начинать их лечение, — посоветовал он подруге.

— Я так и сделаю, — согласилась Юля.

2 апреля 2008 года, среда.

Утром Николка проснулся сам, глянул на фосфоресцирующие цифры на своих часах — 6.25. Николка и не помнил уже, когда он чувствовал себя так хорошо. Голова была ясная, в теле бодрость и всё усиливающееся чувство восторга. Николка всё же решил дождаться сигнала будильника, было любопытно, как он прозвучит. Пока он потягивался в постели, наслаждаясь чистотой и уютом своего "гнёздышка". Когда на часах появилось 6.30, в пространстве возникла мелодия: сначала нежно и призывно запела труба, затем послышался звон струн и затем приглушённый рокот барабана. Всё это вызывало у Николки стремление двигаться, бегать, смеяться и… танцевать. Он отключил будильник, поднял ограждение кровати, заправил постель, достал из шкафчика спортивный костюм и кроссовки. Рядом суетились Макс, Юра, Христо и… Аслан. Вставший тоже Руслан проводил их завистливым взглядом:

— Я завтра тоже пойду, а сейчас мне на кухню, на дежурство, — вздохнул он.

Выскочив из дома, ребята восхищённо огляделись. Та площадка позади дома, которую вчера Олег Васильевич обозначил как велодром, была устлана чистым ковровым покрытием, а сверху её накрывал полупрозрачный купол, создавая внутри бодрящую, но в то же время комфортную температуру. Всего их собралось на площадке около сотни человек, причём Николка заметил, что девочек было как бы ни больше. Николка увидел выбегающую из дома сестрёнку и радостно улыбнулся ей. Настя улыбнулась в ответ, подошла и встала рядом с братом.

Олег Васильевич, тоже в спортивном костюме, вышел из дома в 6.35 (на куполе висели часы).

— Доброго всем утра, — поздоровался он. — Начинаем освоение разминочной гимнастики. Я буду показывать упражнения и пояснять, для чего они предназначены, что тренируют. Спешить не надо, напрягаться тоже. Постепенно освоите. Приступаем!

Следующие 20 минут воспитанники старательно повторяли предлагаемые упражнения. Николке очень понравилось, как его тело реагировало на выполнение упражнений. Оно как бы благодарно отзывалось на каждое его движение. Николке так нравилось это ощущение, что он даже пожалел, что зарядка закончилась так быстро. На часах было 6.55, когда Олег Васильевич сообщил:

— На сегодня всё. Сейчас в душ, завтра продолжим освоение упражнений. Всем понравилось? — неожиданно спросил он.

— Да! — слаженно прозвучало в ответ.

Когда Николка проходил мимо Олега Васильевича, тот неожиданно остановил его, положив ему руку на плечо.

— Знаешь, Николка, — сказал Олег Васильевич, — у тебя очень интересные реакции на упражнения. Хочешь, я позанимаюсь с тобой отдельно?

— Очень хочу! — горячо ответил Николка и поделился мечтой. — Я себе спортивную комнатку хочу, когда будем заказывать ин-терь-еры, — споткнулся он на незнакомом слове, которое вчера услышал на собрании.

— Вот и славно, — улыбнулся Олег Васильевич. — Не будем откладывать. Если не возражаешь, приходи сегодня же после полдника в актовый зал. На входе нажми панельку "Спортзал", знаешь? Придёшь или у тебя другие планы? — спросил он.

— Обязательно приду, — заверил его Николка.

Когда за завтраком все расселись за столами, Серёжка вдруг вспомнил:

— Васька, тебя теперь никто ругать не будет, что не даёшь спать своими мучениями. Все от тебя закрылись, один стонал?

— А я и не стонал, — радостно заявил Васька. — Мне Юлия Константиновна зубы все вылечила, ни одной дырки нет. И ещё она сказала, что у меня теперь зубы не будут никогда болеть, мне их браслет сразу вылечивать будет. Вот! — и он с гордостью посмотрел на всех.

Васька, конечно, не собирался рассказывать, как он сначала встретил Юлию Константиновну. Когда зубная боль стала непереносимой, и он замычал от это1 боли, одно полотнище у кровати поднялось, и он увидел Юлию Константиновну. Васька сразу отодвинулся подальше и заявил: "Никуда я не пойду, оставьте меня в покое". А Юлия Константиновна улыбнулась и сказала: "И не ходи". Взяла его неожиданно за руку, Васька даже не успел попытаться вырваться, как они уже оказались в другом месте. Наверное, это был медицинский кабинет. Там Юлия Константиновна сказала: "Я не буду трогать твои зубки. Не бойся. Я просто приложу тебе вот эту сеточку" — она показала сложенную в комок сверкающую сетку, — "и она тебе их все залечит". Сетка охватила всю нижнюю часть лица, и Ваське стало так хорошо и не больно, что он даже не хотел, чтобы Юлия Константиновна эту сетку убирала. Но она её недолго держала. Сняла и сообщила: "Зубы залечены, больше болеть не будут, браслет будет следить за твоим здоровьем. Теперь можно возвращаться в постельку и спать". Она снова взяла Ваську за руку, и в следующий миг он опять уже сидел на своей кровати. Так это было здорово!

А сейчас все впечатлились от его рассказа. Все мальчишки в группе знали, что у Васьки очень больные зубы, он постоянно стонал по ночам от зубной боли, не давая спать соседям. А в стоматологию его водила Милица Константиновна, так что Васька одинаково ненавидел и стоматологию и воспитательницу. Зубы у него были очень чувствительные, но это не волновало ни лечащих врачей, ни тем более Милицу Константиновну.

В конце завтрака Вера Ивановна опять вручала подарки новорожденным.

— А Верочке Ярилко сегодня исполняется 10 лет. Вручаю тебе, Верочка, подарок от всей семьи с пожеланиями счастья и успехов.

Вера Ивановна обняла и поцеловала смутившуюся от общего внимания девочку. Верочка развернула подарок и восторженно взвизгнула.

— Малыш! — закричала она, — настоящий малыш! Он же разговаривает, пьёт и ходит на горшочек, правда? — она подняла сияющий взгляд на Веру Ивановну.

— Правда, — с улыбкой подтвердила та. — Теперь у тебя есть ребёночек, за которым надо ухаживать. Знакомься со своей дочкой.

Вера Ивановна, отойдя от группы 3-го класса, уже подходила к группе восьмого класса. Она обняла покрасневшего Рубена Самвеляна, поцеловала его и сказала:

— Ну а тебя, Рубенчик, я поздравляю с 15-летием. Счастья тебе, мой мальчик, и успехов во всём. Бери свой подарок и осваивай.

Рубен смущённо развернул свой пакет и ахнул.

— Гитара! — звенящим голосом воскликнул он. — Это что, мне? — недоверчиво повернулся он к Вере Ивановне.

— Рубен уже давно мечтает научиться играть на гитаре, — прошептала сидевшая рядом с Николкой Карина Самвелян, сестра Рубена, откровенно радуясь за брата.

Вера Ивановна показала Рубену на оставленный пакет:

— Ты не всё взял, дорогой. Там ещё книга — самоучитель игры на гитаре.

*

Верочка Ярилко с неохотой собиралась в школу. Конечно, они были сейчас в чудесных костюмчиках, воспитательница (с помощью домовушки) вчера вечером специально для неё приготовила замечательную блузку с кружевами. На синем жилетике золотом были вышиты звёздочки и листочки, а в состав костюма входили и юбочка и брюки. Верочка с радостью думала о том, как вернётся из школы и будет играть со своим подарком. Но вот в школу идти ей совсем не хотелось.

Кира Георгиевна, новая воспитательница, как бы почувствовав настроение девочки, сказала ласково, желая подбодрить её:

— Не унывай, родная. Всё теперь у тебя будет хорошо.

— Всё хорошо у меня будет, когда я с Раисой Савельевной встречаться не буду, — невесело сообщила Верочка, удобнее устраивая свою "дочку" на постели.

— А что не так с Раисой Савельевной? — заинтересовалась Кира Георгиевна. — Я её вчера только мельком видела, когда зашла за вами после уроков. Она была строгая, неприветливая, возможно, просто устала.

— Это она при родителях сдерживается, — пояснила Оля Мокшанцева, которая училась в том же классе. — А на уроках и на перемене орёт на всех, особенно детдомовских всё время обзывает.

— А когда она на меня кричит, у меня сразу из головы всё вылетает, — пожаловалась Верочка. — Я даже то, что знала, не могу вспомнить. Я всё время боюсь, что она меня ударит.

— Теперь не бойся, — успокоила её Кира Георгиевна. — Теперь вас никто не обидит.

— А это точно? — с недоверием спросила девочка, кровать которой была по соседству с Верочкиной.

— Совершенно точно, — с улыбкой подтвердила Кира Георгиевна. — Ваши браслетики вас теперь защищают. А с Раисой Савельевной так. Смотрите на неё и при этом думайте, что в конце мая вы с ней расстанетесь навсегда.