ГЛАВА ХП-я.

КРИЗИСЪ ВЛАСТИ И ОТРЕЧЕНІЕ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ II, ОТЪ ПРЕСТОЛА. ВТОРИЧНОЕ НАЗНАЧЕНІЕ ВЕЛ. КНЯЗЯ НА ПОСТЪ ВЕРХОВНАГО.

Въ то время, какъ Великій Князь Николай Николаевичъ находился на Кавказѣ, обстановка въ Россіи складывалась все грознѣе и чувствовалось неизбѣжное приближеніе жестокаго кризиса власти.

1. Характеристика русской арміи во вторую половину

кампаніи.

Осень 1915-го года. — Я принялъ въ команюваніе корпусъ, который считался однимъ изъ болѣе сохранившихся. — Въ немъ, «пнако, я засталъ, только 8.000 штыковъ, вмѣсто положенныхъ *&8.000. Некомплектъ офицеровъ былъ относительно еще болѣе значителенъ. — Пулеметы и орудія состояли неполностью. — Боевые припасы находились въ огромномъ некомплектѣ. Всякій выстрѣлъ былъ на счету.

Люди корпуса выглядѣли усталыми. Одежда и снаряженіе на нихъ поизносились. Особенно плоха была обувь; у многихъ на ногахъ были лишь жалкіе ея остатки.

Техническое снабженіе войсковыхъ частей оказалось нищенскимъ. Обрывки телефонной проволоки служили для связи. — Никакихъ приспособленій для рѣзки проволоки, даже простыхъ ручныхъ ножницъ; полное отсутствіе газовыхъ масокъ.

И такъ во всѣхъ корпусахъ русской арміи...

Послѣ тяжелаго и длительнаго отступленія изъ Галичины и русской Польши, занявшаго все лѣто и часть осени 15-го года русской арміи удалось, наконецъ, остановиться на новой линіи отъ Рижскаго залива до румынской границы. Общее протяженіе фронта

около 1000 верстъ; на немъ и размѣстились русскія войска, въ числѣ до 1800 батальоновъ. Занятая линія являлась довольно случайной и не представляла удобствъ для длительной обороны. Хуже всего было то, что русскія войска, остановившись на ней, лишались возможности пользоваться для переброски своихъ войскъ вдоль фронта удобными рельсовыми путями. Линія отъ Риги до Двинска находилась подъ обстрѣломъ германской артиллеріи, а желѣзнодорожные узлы Вильна и Барановичи оказались окончательно въ рукахъ непріятеля. Наши сообщенія въ тылу фронта были, такимъ образомъ, и затруднительными и кружными.

Дѣлать, однако, было нечего. Истомленныя, ослабленныя въ числѣ рядовъ и лишенныя боевыхъ припасовъ русскія войска не были способны исправить соотвѣтствующими контръ-ударами отмѣченные недостатки; приходилось поэтому къ нимъ приспосабливаться. Постепенно, съ большими усиліями и крайнимъ напряженіемъ. мѣстность, опредѣляемая упомянутымъ выше фронтомъ, была превращена въ сплошную укрѣпленную позицію. Впереди фронта протянулась непрерывная полоса колючей проволоки, перепутанной между нѣсколькими рядами деревянныхъ кольевъ, сзади же, въ складкахъ мѣстности и на обратныхъ склонахъ возвышенностей, размѣстилась немногочисленная и слабая по калибрамъ русская артиллерія.

Вслѣдъ за нами къ той же линія подтянулись войска нашихъ противниковъ: на сѣверѣ — почти до Барановичей — германцы, южнѣе — австрійцы. Непріятель былъ также измученъ непрерывными передвиженіями, почему, въ виду наступленія осени, онъ въ свою очередь остановился и сталъ закрѣпляться на уступленной ему мѣстности.

Противникъ, къ тому же ослабленный перевозками въ ту пору на сербскій фронтъ, уступалъ намъ въ числѣ, но за нимъ имѣлось длинное побѣдоносное наступленіе, поднимавшее его духъ, и технически онъ былъ гораздо богаче нашего снабженъ и оборудованъ.

Такъ образовались къ началу 16-го года другъ передъ другомъ два сплошныхъ фронта. Чтобы выйти на маневренный просторъ, одна изъ сторонъ должна была предварительно прорвать стѣну непріятельскихъ укрѣпленій и затѣмъ расширить выполненный прорывъ до возможности проложить впередъ путь маневренной группѣ войскъ. Задача весьма трудная при силѣ современнаго огня и наличіи у противной стороны резервовъ, или возможности ихъ подвезти съ другихъ фронтовъ.

Если бросить только бѣглый взгіядъ на еобытія, происходившія па русскомъ фронтѣ съ конца 1915-го года и въ теченіе всего 16-го года, безъ особаго углубленія въ ихъ существо, то можетъ получиться впечатлѣніе, что годъ этотъ протекъ для русской арміи въ томительномъ сидѣніи въ окопахъ, изрѣдка прерывавшемся, хо* тя и очень кровавыми, но довольно безплашшми наступленіями, съ цѣлью вырваться изъ удручающей обстановки позиціонной войны.

На самомъ дѣлѣ это было вовсе не такъ, н всякая наступательная операція русскихъ армій на протяженіи указанна; о времени, хотя и не диктовалась прямыми интересами собственнаго фронта, но имѣла всегда своею цѣлью оказаніе помощи то Сербіи, то Франціи, то Италіи» то, наконецъ, Румыніи. Такой способъ дѣйствій вызывался условіями коалиціонной войпы.

Эта мало-показная роль вынуждала между тѣмъ русскія войска вести рядъ очень трудныхъ операцій тактическаго характера, выполняемыхъ въ условіяхъ крайней торопливости и недостаточной подготовленности, что въ свою очередь вело къ излишнимъ кровавымъ потерямъ.

Хотя въ теченіе 1916-го года и произошли нѣкоторыя улучшенія бъ дѣлѣ снабженія нашей арміи вооруженіемъ, огнестрѣльными припасами и техническимъ снабженіемъ, но улучшенія эти очень мало коснулись вопроса снабженія русскихъ войскъ тяжелой артиллеріей и авіаціей. А между тѣмъ, для наступательныхъ дѣйствій въ сферѣ укрѣпленныхъ позицій, необходимо именно наличіе большого количества могущественной артиллеріи, богато снабженной снарядами и хорошо корректируемой при стрѣльбѣ. Изъ-за бѣдности наступательныхъ средствъ также гибли десятки и сотня тысячъ русскихъ людей, гибли въ ихъ стремленіи облегчитъ положеніе союзниковъ!

Но внутренняя связь операцій на русскомъ фронтѣ съ общей обстановкой была ясно ощущаема только на верхахъ арміи. — Для армейской массы эта связь не была ясной. Внизу, въ ея толщѣ, ощущалось лишь раздражающее количество жертвъ и почти полное отсутствіе «видимыхъ» результатовъ...

— Мы, «пушечное» мясо!... Насъ не жалѣютъ и день за днемъ ведутъ на бойню!.. Войну ведутъ человѣческими тѣлами!., шевелилось въ душѣ солдата.

И дѣйствительно, уже въ маѣ 16-го года военное министерство предупреждало Ставку:

«Число призванныхъ перевалило за 10% всего населенія, несущаго воинскую повинность. Новобранцы 18-го года — это послѣдній до осени источникъ молодыхъ укомплектованій !...»

2. Разложеніе арміи.

Съ наступленіемъ, въ свою очередь, для Германіи болѣе труднаго въ военномъ отношеніи времени, правительство Императора Вильгельма озаботилось созданіемъ въ различныхъ пунктахъ страны особыхъ отдѣленій для пропаганды идей, способныхъ облегчить германскому народу продолженіе войны.

Пропаганда должна была распространяться всевозможными путями, но особое значеніе придавалось словесной передачѣ обработанныхъ въ извѣстномъ смыслѣ свѣдѣній.

— Мысль существуетъ, — говоритъ по этому поводу ген. Лго-дендорфъ, — а откуда она взялась, неизвѣстно!...

Очевидно пропаганда велась не .только внуіри собственной страны; она широкой волной направлялась также въ государства, находившіяся съ Германіей въ войнѣ. Шла она въ эти страны двумя потоками — съ фронта и черезъ тылъ, но имѣла одну задачу: угасить въ войскахъ и населеніи этихъ государствъ духъ войны и подорвать въ нихъ внутреннюю дисциплину.

Для Россіи, съ непрочной государственностью, темной и неудовлетворенной массой населенія и съ правительствомъ, все болѣе и болѣе терявшимъ общее довѣріе, пропаганда эта оказалась смертельнымъ ядомъ.

— Пора бы прикончить войну, — ходило среди солдатъ. Стрѣляемъ другъ въ друга вотъ уже третій годъ!

Казалось, что и противникъ проникся тѣми же взглядами, — по крайней мѣрѣ его солдаты и офицеры все чаще и настойчивѣе стали появляться передъ русскими окопами съ бѣлыми флагами и мирными зазываніями.

Такъ началось на фронтѣ между противными сторонами то. что стало поздѣе называться «братаньемъ».