Прививкѣ и распространенію этого яда не мало содѣйствовали тѣ идеи «пораженчества», которыя сравнительно съ давнихъ поръ укрѣпились въ нѣкоторыхъ нашихъ партійно-революціонныхъ кругахъ.

На конференціи, напримѣръ, соціалистовъ «тройственнаго согласія» въ Лондонѣ, происходившей въ серединѣ февраля 15-го года, замѣнявшій отсутствовавшаго Ленина большевикъ Литви-

новъ (Мееръ Валлохъ), по поступившимъ въ парижское посольство свѣдѣніямъ, протестовалъ вообще противъ «соціалъ-патріотической» конференціи. — Другой же членъ одной изъ русскихъ соціалистическихъ партій формулировалъ свои взгляды на войну приблизительно въ слѣдующихъ выраженіяхъ:

«Побѣда Франціи, Англіи и Бельгіи принесетъ побѣду и Россіи. Возможно ли думать, что Россія, какъ страна, управляемая царизмомъ и оказавшись побѣдительницей, будетъ принимать участіе въ необходимыхъ реформахъ, и не правдоподобнѣе ли, что она еще больше закрѣпитъ не только свою страну, но и вновь пріобрѣтенныя земли, до этого относительно свободныя?»

Къ сожалѣнію, въ концѣ 16-го года въ Ставкѣ была задумана крайне несвоевременная реорганизація нашей арміи, имѣвшая цѣлью осуществить переходъ отъ четырехъ-батальонныхъ къ трехъ-батальоннымъ полкамъ въ пѣхотѣ, съ соотвѣтственнымъ увеличеніемъ числа полковъ и дивизій.

Съ точки зрѣнія боевого использованія войскъ, потребность въ такой реорганизаціи ощущалась уже давно, и въ штабѣ Верховнаго Главнокомандующаго, еще при мнѣ въ 15-мъ году, обдумывались способы осуществленія этой серьезной реформы. Однако, приведенію ея въ исполненіе препятствовали уже тогда многія обстоятельства и прежде всего крайне ослабленный кадровый составъ офицеровъ въ войсковыхъ частяхъ. При этомъ условіи должно было явиться опасеніе, что хотя намѣчавшейся реформой и достигалось увеличеніе числа полковъ и дивизій почти на 25%, но качественный составъ всѣхъ этихъ войскъ долженъ былъ отъ этого реформированія значительно пострадать, тѣмъ болѣе, что формированіе артиллерійскихъ и инженерныхъ частей затруднялось отсутствіемъ матеріальной части.

Такъ это случилось и въ дѣйствительности. Русская армія, въ результатѣ задуманной реформы, вышла изъ нея внутренне ослабленной, и ея сопротивлямостъ разнаго рода разлагающимъ началамъ, конечно, значительно уменьшилась.

Указанная реорганизація, въ связи съ необходимостью довести армію до полнаго состава, потребовала осуществленія новыхъ усиленныхъ призывовъ, которые легли, въ значительной мѣрѣ, на лицъ, до сего пользовавшихся разнаго рода льготами.

Самый фактъ ихъ призыва былъ непопуляренъ въ населеніи, нуждавшемся въ рабочихъ силахъ, почему уже самъ по себѣ могъ

создать почву для злонамѣренной агитаціи и возбужденія внутренняго недовольства. Но недовольство это значительно усилилось, вслѣдствіе нераспорядительности военнаго министерства, забившаго людьми запасныя части сверхъ всякой мѣры и не имѣвшаго въ то же время возможности обезпечить эти часіи соотвѣтствующимъ числомъ учителей, винтовокъ и учебныхъ пособій. Имѣлись, напримѣръ, запасные батальоны, числившіе въ своемъ составѣ свыше пятнадцати и до двадцати тысячъ обучаемыхъ! Праздная толпа, тѣсно размѣщенная въ казармахъ и не видѣвшая оправданія своему призыву, естественно представляла собой крайне благопріятна среду для пораженческой пропаганды.

Съ другой стороны, подъ впечатлѣніемъ этой пропаганды и усталости войной въ войскахъ развилось въ тревожныхъ размѣрахъ дезертирство, причемъ дезертиры являлись въ деревнѣ лучшими проводниками идей пораженчества, такъ какъ надо же имъ было дома прикрыть свое преступленіе какими либо идейными мотивами!

Становилось, такимъ образомъ, ясно, что русскую армію сталъ точить извнутри червь разложенія.

3. Оскудѣніе русской земли.

9

Усиленные призывы и въ самомъ дѣлѣ обездолили рабочею силою, какъ деревню, такъ и промышленныя предпріятія, изготовлявшія предметы боевого снабженія.

Къ тому же, затянувшаяся война и затрудненность морскихъ сообщеній постепенно придали ей особый характеръ: войны на «истощеніе». — Кому же, какъ не Россіи, богатой только хлѣбомъ, но крайне немощной въ промышленномъ и транспортномъ отношеніяхъ, пришлось испытать на себѣ въ первую очередь эту новую тягость борьбы!

Въ началѣ войны въ Россіи никому не приходила въ голову мысль о необходимости бережливаго расходованія ея сельско-хозяйственныхъ богатствъ. Мѣры по введенію въ Германіи надзора за расходованіемъ продовольственныхъ припасовъ, вызывали въ Россіи лишь ироническія замѣчанія о быстромъ приближеніи времени, когда миръ для нѣмецкаго народа стапеть необходимостью.

Только въ 1915-мъ году, съ отступленіемъ русской арміи изъ западно-пограничной полосы, въ которой погибли весь урожай и масса скота, только тогда началъ въ арміи чувствоваться недостатокъ продовольственныхъ припасовъ и продуктовъ. Недостатокъ

Видъ на городъ Могилевъ со стороны Днѣпра.

Площадь въ Могилевѣ передъ соборомъ, въ которомъ была совершена послѣдняя обѣдня передъ отбытіемъ Государя Императора изъ Ставки.

этотъ быстро увеличивался вслѣдствіе плохой обработки полей, въ результатѣ обезлюденія деревни и усиленныхъ призывовъ.

Особенной массы людей требовали тыловыя работы; для удовлетворенія этой потребности уже весною 16-го года возникъ вопросъ о привлеченіи къ нѣкоторымъ изъ нихъ, напримѣръ, къ рубкѣ лѣсовъ для заготовки дровъ и лѣсныхъ матеріаловъ китайцевъ и корейцевъ. Мѣра эта, впослѣдствіи осуществленная, не спасла, однако, деревню отъ обезлюденія.

Обстоятельство это не сразу было учтено и на него не было обращено должнаго вниманія даже послѣ извѣстной записки 28 членовъ Государственнаго Совѣта и Думы, поданной на имя Императора Николая ІІ-го, въ ноябрѣ 1916 года. Въ запискѣ этой опредѣленно указывалось на то, что Россія отдала арміи все, что могла и что она уже подходитъ къ изсяканію людского запаса.

Запасъ людей могъ быть увеличенъ только двумя способами: призывомъ въ войска инородцевъ, не несшихъ военной службы, и новымъ привлеченіемъ изъ населенія военныхъ контингентовъ, по уже въ возрастѣ старше 43-хъ лѣтъ.

Первый источникъ едва ли могъ считаться обильпымъ, какъ по относительной малочисленности вообще инородцевъ, не отбывавшихъ воинскую повинность (около 11%), такъ и по невозможности сразу взять изъ ихъ среды весь пригодный для арміи людской матеріалъ. Что же касается людей старшихъ возрастовъ, то ихъ призывъ въ войска, по мнѣнію авторовъ записки, едва ли былъ допустимъ въ условіяхъ экономической жизни въ Россіи.

«Въ странѣ, указывали члены законодательныхъ палатъ, и безъ того огромный недостатокъ рабочихъ рукъ во всѣхъ важнѣйшихъ отрасляхъ народнаго труда, въ томъ числѣ и въ производствахъ, работающихъ на оборону»,—«Положеніе въ Россіи,—говорилось далѣе въ той же запискѣ, — не можетъ быть сравниваемо съ западными государствами. Огромныя пространства, рѣдкое населеніе, недостаточно развитая сѣть желѣзныхъ дорогъ, непроѣзд-ность грунтовыхъ дорогъ, отдаленность мѣсторожденій металловъ и горючаго огь очень многихъ металлургическихъ заводовъ, наконецъ, наши климатическія условія, требуюшія много труда по охраненію отъ зимней стужи, а также по борьбѣ со снѣжными заносами. Сюда же слѣдуетъ присоединить еще и сравнительную ничтожность числа механическихъ двигателей и меньшую производительность русскаго рабочаго. Все это создаетъ исключительныя условія, при наличіи которыхъ отвлеченіе у насъ 10% мужского населенія тяжелѣе, нежели во Франціи І6-ти%».

Въ частности указывалось, что включеніе въ ряды войскъ многихъ квалифицированныхъ рабочихъ, общее число коихъ у насъ вообще было не велико, съ неизбѣжной замѣной ихъ на заводахъ новичками, къ сложнымъ или спеціальнымъ работамъ непривычными, повлекло за собою увеличеніе общаго числа заводскихъ рабочихъ, безъ соотвѣтственнаго увеличенія производительности самихъ заводовъ. Очевидно, что польза, приносимая опытнымъ слесаремъ въ заводской работѣ на оборону страны, безмѣрно больше, нежели польза, которую можно извлечь изъ него въ окопахъ.