- У Вас это так хорошо получается, все работы сделаны, так как я хотела бы, чтобы получалось у меня.

- Здесь нет ничего сложного, – возразила девушка в махровом халате. – Ты берешь в руки, кусочек глины выкидываешь все посторонние мысли из головы и мнешь его пальцами. Подсознание само подскажет тебе, что нужно делать дальше. Также и в жизни: берем в свои руки судьбу и лепим, одновременно слушая свое подсознание, чтоб не наделать ошибок.

- У Вас это звучит так просто. У меня так просто не получается ни с глиной, ни с жизнью, – в голосе Камилы слышалось сомнение.

- Называй меня просто Рита, – предложила хозяйка дома, и лицо у нее стало сразу доверительное словно, она сняла одну маску и резко поменяла ее на противоположную. Перемена произошла так быстро, что Камила даже не успела удивится. Тяжелый вызывающий взгляд, на каком – то хитром развратном личике сменилось открытым выражением. На лице был отпечаток мудрости человека, много испытавшего в жизни.

- Конечно же, все совершенно не просто, – вещала Маргарита. – Чтобы слушать свое подсознание, нужно выключить все свои чувства и эмоции. А этого можно только научившись смотреть на себя со стороны, когда ты уже совершил ряд бесчисленных ошибок. По крайней мере, у меня это было именно так.

- Как? – немного робко спросила Камила.

- Это долгая история, – девушка поняла, что Рита явно не собирается делится с ней своими тайнами.

На несколько мгновений в доме повисла тишина.

- А ты не боишься жить вот так, с открытыми дверьми? – поинтересовалась Камила.

- Нет, не боюсь. Воровать у меня совершенно нечего.

- Ну а мало ли какие придурки бывают, насильники, например.

- Это они меня боятся должны, – хмыкнула странно девушка, Камила непонимающе посмотрела на нее.

- У меня вирус имунодифицита, – пояснила та.

- Что?

- СПИД иначе. Понимаешь?

У Камилы резко поползли брови вверх, она совершенно не знала, как реагировать на полученную информацию с таким в своей «тепличной» жизни, она не встречалась.

- Да не смотри ты на меня так, это не заразно. Ты уж точно не заразишься.

- Я знаю, как передается СПИД, – не зная, что еще можно сказать.

Воцарилось молчание, девушке было неловко.

- Ладно слушай, – почему – то вдруг решила поделится сокровенным ее новая знакомая.

- Лет в 16, – начала вдруг Рита, – я думала, что жизнь очень длинная и что я в ней обязательно все успею. Я была довольно амбициозна, и думала, что я не такая как все и обязательно должна жить лучше остальных. Но почему я лучше остальных я не знала, и то обстоятельство, что я живу бедно и посредственно, сводило меня с ума. Я не знала, что

мне нравиться, но я точно знала, что мне не нравится: мне не нравилось, как я питаюсь,

одеваюсь, что родители ничего не могут мне позволить, что они не могут мне позволить учится в том заведении, в котором я хочу. Мне не нравилось, что я ни в чем не могу проявить себя. Я бралась за многое, но всегда натыкалась на критику и затем бросала начатое. Я терпеть не могла критику. Я точно знала, что я натура творческая, я так чувствовала.

Порой я себя ассоциировала с Булгаковской Маргаритой, мне хотелось верить в то, что скоро у меня в жизни все изменится. Я любила вколоть желтый цветок в волосы и

Посещать различные дорогие заведения, даже если на это уходили все мои съэкономленные мои таким большим трудом деньги. Я верила, что мне когда – нибудь повезет. Желтый цветок в волосах стал моей визитной карточкой.

И вот однажды, я встретила его: высокий, худощавый, с вытянутым лицом и высоким лбом. Он не был красавцем, но во взгляде его проблескивал какой – то дьявольский огонек и от этого мужчины исходил такой поток непередаваемой силы и властност,и что во мне разгорелся бурный интерес к нему.

Рита поморщилась, словно ей было неприятно об этом говорить, но все таки продолжила.

- И я смогла стать частью его жизни. Но жизнь у него была совершенно не такая, как я себе это представляла. Не зря я видела в глазах у него этот дьявольский блеск. Он меня пристрастил к красивой жизни: дорогая одежда, еда, рестораны, ночные клубы. Такая жизнь быстро мне понравилась. Мне хотелось все больше новых впечатлений, и я попробовала наркотики. Мир мне показался чудесным, а я была полна энергии сил и творческих идей. Я чувствовала себя, как никогда счастливой, я была молода, красива и все могло быть только в моих руках. Алехандро, как он любил себя называть, сказал, что я все это могу купить сама. Он мне раскроет секрет: мне всего лишь нужно было завести отношения с одним высокопоставленным дипломатом, с которым я недавно свела знакомство и который явно мне симпатизировал. Я была в замешательстве: во – первых, это значило – продавать себя, во – вторых, я думала, что Алехандро испытывает ко мне чувства и не захочет меня отдать кому – то другому, а в – третьих, я неожиданно поняла, что пристрастилась к наркотикам, но Алехандро больше не собирался меня обеспечивать ими. Я была в западне, как выбраться из которой я не знала.

За высокопоставленным дипломатом последовал бизнесмен, затем адвокат, а затем мне стало решительно все равно, потому что у меня обнаружился СПИД, а Алехандро нашел себе еще одну такую же амбициозную, глупенькую девочку, которую «приучал к хорошей жизни». Я его ненавидела! Но самое главное, что к этой ненависти примешивались просто «парализующие» чувства любви и ревности к этому человеку в обличии дьявола.

Камила слушала рассказ этой необычной худенькой девушки, не в силах вымолвить не слова. Такого накала страстей и событий явно не встречалось в ее

ограниченном властью матери мире. Она пыталась хоть приблизительно почувствовать всю ту силу переживаний, которые прочувствовала эта девушка, такого же возраста как она, но прожившая, словно уже не одну жизнь.

- А потом, – выдернул ее из раздумий голос Риты, – потом я подумала, что моя жизнь больше не имеет смысла. Все равно я умру и нужно быстрее с этим покончить. Не хотелось умирать больной, слабой и беспомощной. Да и просто было обидно от утраченных возможностей и загубленной так глупо жизни, продолжать ее не имело ровно никакого смысла.

Я решила покончить с этим, прыгнув с крыши, но в самый последний миг, когда я уже стояла на краю крыши и сделала шаг в пустоту, я осознала, что не хочу заканчивать жизнь именно сейчас. Не смотря на мою неизлечимую болезнь, я еще столько не видела и не успела почувствовать в этой жизни. Не знаю, что это было: инстинкт самосохранения,

жажда жизни или слабоволие, но я начала судорожно пытаться ухватиться руками хоть за что – нибудь. Я не хотела умирать, я безумно хотела жить! Я почувствовала резкую боль в плече и рука сразу же безжизненно обмякла. Кажется, я смогла все – таки на лету за что – то схватиться и вырвала сухожилие. Это смягчило мой удар: я отделалась достаточно легко, если учесть, что я падала с 5 – ти этажного здания – переломом бедра. Учитывая мою болезнь, это значит, что кость вряд ли срастется. Итогом моего еще одного глупого поступка стало то, что теперь передвигаться я вынуждена только с костылем. Не знаю, правильно я сделала или нет, но сейчас я нашла себе утешение – в лепке скульптур из глины.

Лишь пережив по – настоящему сильную душевную или физическую боль, человек может создать что – то прекрасное. – закончила свою речь Маргарита, выжидая паузу, в течении которой ее маленькое, остренькое личико опять стало злобным.

- Все, ты выслушала мою историю? Довольна? – неожиданно она накинулась на совершенно растерявшуюся от такого резкого перемены настроения девушку. – А теперь уходи отсюда и

больше никогда не приходи. Я не люблю перед кем – то раскрывать свою душу.

- До свидания, – вырвалось на прощание у Камилы и она покинула дом, где жила эта странная девушка. Никогда ее еще не одолевало столько противоречивых эмоций. Казалось, что не было больше окружающей ее реальности. Было только сумбурное чувство, вызванное этой историей и она, и больше ничего.