Дорогой Кирилл, постоянно думаю о тебе, и в частности это выражается в собирании различных данных из попадающихся книг и природных явлений, — данных, которые могут тебе пригодиться. Недавно заинтересовался в связи с генезисом углистых минералов одним минералогическим новообразованием, достопримечательным именно как новообразование. В свое время я занимался балхашитом, наиболее юным членом углистого семейства. А теперь наткнулся на другой минерал, родственный балхашиту и представляющий, думается, первую стадию образования пирониссита или Vapierkohle, как называют его немцы. Это похожая на размякший картон или слои бумаги корочка, лежащая на валунах по берегу Грязной Губы Б. Соловевдого острова на протяжении до 1½ км по длине и шириною м[2344]. Толщина корочки ок. 1,5 мм. Весьма гибкая и рвущаяся подобно слабому картону, бежевая (бледно–серокоричневая) с одной стороны и грязновато–темно–зеленая—с другой она так похожа на бумагу, что у меня был большой спор с химиками, которые уверяли, что это бумага (безсмыслица хотя бы по тому, что некому раскладывать бумагу по пустынному берегу уединенного острова!). На поверхностях корочки видны листочки травы и водоросли, причем стебли входят в толщу корочки, местами выступая из нее; есть также стебельки с семенными коробочками. Влажность корочки 12,8%. После обработки в течение 5 час. 30% NaOH и затем 3 суток 5% NaOH корочка сильно набухла, до 2,5 — 3 мм и разслоилась на 3—4 слоя, из которых один был зеленый, прочие—светло- коричневато–серые. Зеленый слой набух сильно и стал особ. рыхлым, прочие меньше. При промывке водою слои отошли друг от друга и при легком трении расползлись на тонкие нити длиною до I см; зеленый слой расчленился особ, легко, прочие — труднее. Внутри корочки обнаружилась раковинка. Масса издавала запах тины, скоро исчезнувший. Зеленый цвет, ставший после щелочи ярким, от солнечного света через 12 часов почти исчез, и все нити приняли зеленовато- буровато–серую окраску. Иодидного иода в корочке не содержится. Положительная реакция не целлулозу (хлорцинкиод) и на белки (на нитратное ядро). При нагревании запах горелой целлулозы и жареной рыбы. Азота (по Кьельдалю) 1,78% на абс. сух. вещество, что соответствует 11,12% белкообразных соединений на абс. сухое вещество, или 9,62% на воздушносухое. Из всего этого явствует, что корочка—скопление нитчатых водорослей, подвергшихся некоторому преобразованию и скопившихся в несколько отдельных приемов. Іенетическ. связь ее с бумажн. углем весьма вероятна (я видел его на плоскогорье Эйдель по Рейну в 1894 г.). Так связываются в конкретный ряд образования от водорослей до антрексолита, шунтитов, карб- урана, тухолита и разных графитов. — В связи с мыслями о пространстве и времени я задумал сделать, как подготовительный материал, сводку временно–пространственных характеристик различных явлений и объектов и вычертить по этим данным диаграммы для наглядного охвата всей картины конкретного расчленения пространства–времени в целом. Диаграммы в логарифмическ. масштабе. Сюда входят: протяженность объектов и явлений, длительность их, скорости, численный состав, точность количественной оценки и др. Это — своего рода энциклопедия космоса, как временно–пространственного образования, но уплотненная до 6-7 листов—с текстом таблиц. Кроме своего вспомогательного значения, для ряда выводов, она может быть полезна и самостоятельно, в качестве наглядного пособия и ориентировочной справки. Я уверен, что имея такие диаграммы перед глазами, можно быстро обогатить учащегося большим запасом сведений и пониманием конкретного строения мира. Крепко целую тебя, дорогой. Пиши и сообщи о своих летних намерениях и о результатах зимней работы. Присылаю тебе 2 схематич. рисунка строения водоросли Lam. Cloustoni.

Дорогой Васюшка, с безпокойством и волнением ожидаю маленького, и особенно скверно, что именно теперь связь с материком нарушена. Кроме того все больны—моя мать, бабушка, мама, Оля, Мик—и ничем помочь не могу. Конечно, и будучи дома я едва ли смог бы изменить состояние здоровья, но все же было бы не так тревожно. Поэтому стараюсь усиленно заниматься, для себя и для вас всех. В частности меня захватило желание сделать сводку всего, что есть (а есть очень немного, и это немногое почти недоступно мне по местным условиям) по геохронологии. Решенных вопросов слишком мало; поэтому я собираю чужие и свои мысли не только по уже имеющимся данным, но, и пожалуй преимущественно, по

Лакуна в тексте

Таковы напр, дайки, столбы, столовые горы и т. д. двух- или несколько–породные геологические образования. Скорости же u и u' могут быть найдены для данной породы и данных климатических условий путем наблюдения над могильными плитами, древними зданиями и т. д., вообще таким объектам, начальная дата разрушения которых известна. В свое время я подбирал литературу по такого рода данным. Все это пропало. Тебе следует заняться собиранием такого материала, который позволит многое уяснить. В литературе разбросаны подобные данные, и если бы их собрать, то можно было бы сделать выводы. Ho попутно надо делать наблюдения и самому, это нетрудно. Стараюсь понемногу подбирать подобные данные, но здесь нет литературы, и их приходится выуживать случайно.

V.9. Дорогой Олень, так давно не получал от тебя известий, что даже не представляю, как ты живешь, чем занята, чем интересуешься. А из за этого становится трудно писать и самому, ведь не следует же заполнять письма всем, что подвернется под перо. Хочется сказать что‑нибудь интересное для тебя именно, а не вообще, в пространство. О том, как я живу, ты узнаешь из писем к маме и другим всем в нашем доме. Поэтому не стану повторяться. По мере возможности я перечитываю классиков, конечно очень медленно, т. к. нет времени (да и классиков трудно добывать). Сейчас на очереди Мольер. Мне не хотелось брать его: и не до смеха и с детства у меня остался от него какой‑то осадок. Теперь, при перечитывании через почти 4 десятка лет, убеждаюсь в верности детских своих впечатлений. Конечно, Мольер очень значителен. Ho он непрозрачен и возбуждает смутное и неприятное чувство внутренней запутанности. Его комедии построены совсем не в духе французской мысли, всегда четкой и определенной. Поэтому композиция нецельна, типы двусмысленны — в значительной степени аллегоричны. Главное же, эти произведения морально мутны и никогда не поймешь, что же собственно хочет сказать автор и чем сам он живет. Немного как в ярмарочном Петрушке: Петрушка всех дубасит, но это остается просто голым фактом из хроники событий и не просвещено изнутри. Тут нет ни гибели от трагической вины, ни расплаты за комическую вину, а впечатление неловкости и досады, как когда попадешь на уличную перебранку или свалку пьяных, что не очищает нравственно и не веселит, даже не забавляет, несмотря на тонкость (у Мольера) работы в деталях. Ho произведение не должно быть фотографией — ни в смысле материала (этим Мольер не страдает), ни в смысле моральном. Автор может изображать что угодно и как угодно, но над его изображением должно светить моральное лицо творца; такового в произведениях Мольера нет — или я неспособен его видеть. Общая ситуация определяется внедрением буржуазии в аристократию. Аристократы Мольера сплошь негодяи, на разные лады пользующиеся тщеславием глупых буржуа и дурачащие этих последних. Ho смешав с грязью аристократию, в конце пьесы, вопреки всему ходу ее, Мольер начинает проявлять симпатии к тем, которых он только что очернил, и своего рода удовлетворение, что буржуа одурачен. Что- нибудь одно. Можно было бы представить взаимоотношения сословий, как трагическое, в котором обе стороны по своему правы, но не могут не столкнутся. Можно было бы стоять на стороне аристократии и вести борьбу против буржуазии — но тогда аристократия должна была бы быть представлена благородно. Можно было бы стать на сторону буржуазии и представить ее обманываемой, но ю вследствие тщеславия и глупости, а по причине добродушна и неискушенности в плутнях. У Мольера нет ни того, ни другого, ни третьего. Тогда требуется показать, кто же стоит над этими сословиями, заслуживающий уважения. Некто. Это только потасовка, только глупость одних и шуплерство других, причем все оказывается в порядке вещей. V. 12. 4 часа утра. Т. о. эти комедии можно назвать занятными, но отнюдь не веселыми: веселость несовместима с чувством недоумения и внутренней путаницы. — Прочитал роман Шишкова «Угрюм–река», из жизни сибирских золотопромышленников. Говорили о нем, как об интересном. Однако интересносгь его напоминает по характеру таковую же романов–приложений к мещанским журналам: грубая, аляповатая работа с претензиями под Достоевского. Из действующих лиц один только черкес (душегуб и разбойник) внушает симпатии, остальные все дрянцо, каждый на свой лад. Герой романа Прохор Громов, долженствующий быть сильной личностью, самородком и русским Фордом, на самом деле неврастеник спившийся до галлюцинаций, весьма плохо обоснованных. Героиня, роковая женщина Анфиса, такова, что тошно думать о ней и увлечение ею совершенно непонятно. Приемы изложения у Шишкова заимствованы из киносеансов, равно как и сюжет — киношки. Описания природы явно без знания сибирской природы, а когда автор пытается вдаться в технику, то говорит чепуху. Напр, в качестве сибирских драгоценностей упоминает колчедан (!) и янтарь (в Сибири не существующий). В общем же — бульварный роман, но притязающий на глубину и реализм. V. 16. Сейчас прослушал аллегро Крейсслера и D — dur–ный концерт Моцарта и получил некоторое освежение, несмотря на 70% шумов в передаче. Вообще же передача такая скверная по качеству и пустая по содержанию, что музыки я не слушаю, м. б. неудачно попадаю в Красный уголок. От отсутствия же музыкальных впечатлений, или без природы, или ото всего вместе я чувствую себя заплесневевшим. К тому же—весна, да еще соловецкая, а «весной я болен» и изсякают если не источники творчества, то способности их каптировать (что значит каптировать источник—спроси у Киры). Целую тебя, дорогая, будь здорова и весела. Как твои экзамены?