- А как ты его обычно называешь?

- Ты только что слышала, как я его обычно называю, - ответила Эмма, зарываясь обратно в кучу в поисках футболки.

- Серьезно? Ты шепчешь это ему в ухо, когда он…

Эмма застыла, пряма в середине процесса по застегиванию ее лифчика.

- Когда он что, Эл? Ты даже не можешь сказать это, не так ли?

- Когда он внутри тебя. Видишь, я могу сказать это. - Она прошептала это, как будто молния ударит в нее, если она скажет это немного громче. Эмма попыталась проглотить свой смех, но у нее ничего не вышло.

Не желая повреждать деликатную ткань, она откусила бирки с ее кремовой блузки— немного великовата, свободная и слегка просвечивающая, вот почему ей понадобился лифчик. Надеть ее, не бросая телефона, было труднее, чем натянуть джинсы.

- Почему это ты внезапно так заинтересовалась моей сексуальной жизнью?

- Я просто думаю, что это очень мило, что он называет тебя Солнышко. И отвратительным, что ты зовешь его придурком. Хотя, должно быть, ему это нравится, раз ты все еще рядом с ним.

- Ага, я все еще сама пытаюсь понять это. А что ты говоришь Кевину, когда он… внутри тебя? - спросила она, подражая шепоту Элисон.

- Ничего. – Эл, казалось, стыдилась самой этой мысли.

- Ничего? Что он говорит тебе?

- Ничего!

- Серьезно? Никаких дрянных разговоров? Никаких поощрительных слов шепотом?

- Нет, - сказала Элисон на выдохе. Она определенно была смущена. - Ничего такого.

- Боже, правда?

- Ты говоришь так, будто это плохо.

- Нет, просто… Он внутри тебя. Это ощущение одно из… - Эмма задрожала только от мысли, как это здорово, когда Джо внутри нее. – Ну, здесь трудно подобрать слова. Потом, когда он начинает двигаться, задействуя при этом руки, губы… - Она вздохнула. - Как ты можешь молчать?

- А как ты можешь не молчать?

- Я слишком занята ощущениями, чтобы заботиться о том, что создаю шум. Обычно, я повторяю его имя. "Джо, Джо, о Боже, Джо!" - поддразнила она, выдавая Элисон абсолютную правду, хотя знала, что от этого Элисон будет некомфортно. И к черту это, если она сможет избавить Эл от ее скуки, это будет бонусом. - Иногда я просто кричу, когда он доводит меня до оргазма.

Эл притихла.

- Серьезно, милая, тебе стоит открыть рот и поощрить Кевина. Он поблагодарит тебя за это.

- Я-то знаю, я всегда чертовски признателен за это.

- Дерьмо. - Эмма крутанулась, чтобы найти Джо, стоящего в спальне с ней, непринужденно прислонившегося к двери. По крайней мере, у него хватило такта закрыть дверь, поскольку она переодевалась. - Джо! Я просто...

- Повторяла мое имя. Почему, как ты думаешь, я пришел сюда?

Эмма потерла сзади свою шею.

- Элисон, мне пора. Я скоро перезвоню тебе, окей? - Разъединившись, она бросила телефон на кучу одежды на постели и посмотрела на Джо.

- Ты не должен так подкрадываться к людям.

- Мне жаль.

- Нет, не жаль.

Он улыбнулся.

- Я так понимаю, твоя подруга не настолько разговорчивая, как ты?

- Я всего лишь поддразнила ее.

- Я слышал. Мы все слышали.

Ее лицо загорелось.

- Потрясающе.

- Интересная ты женщина, Солнышко. Ты можешь говорить с ней о таких интимных вещах как то, что ты говоришь, когда я заставляю тебя кончать, но краснеешь, узнав, что я слышал часть вашего разговора? - Он оттолкнулся от двери и подошел ближе, пробежался тыльной стороной пальцев по ее разгоряченным щекам. - Ты не права.

- Я... в чем не права?

- Хочешь узнать, что действительно ты выкрикивала в лимузине прошлой ночью? - Его голос стал грубым, и от этого ее трусики стали мокрыми. - Что ты шептала мне на ухо, когда я доводил тебя до оргазма? - Ее легкие закрылись. Стало невозможно дышать. Он склонился ближе, прижался губами к ее уху и прошептал ей ее же слова, так же тяжело дыша . – "Джо… Боже, ты так хорош… Трахни меня, Джо… Сильнее… Джо. Джо!" - Эмма задрожала, тело запульсировало от того воспоминания, от грубого тембра его голоса. Она шире раскинула руки по его груди, прикасаясь как можно к большей поверхности его кожи, как только могла. - Правда, был момент, когда ты кричала. Черт, ты кричала так громко, что даже когда я приглушил тебя поцелуем, тебя все равно было слышно за пределами лимузина. Все это время ты тянула мои волосы так сильно, что я думал, ты вырвешь их прямо с корнями.

Она тихо рассмеялась, более возбужденная, чем ей бы хотелось признать.

- Я не слышала, чтоб ты жаловался.

- И никогда не услышишь.

Обхватив его лицо, она поцеловала его. Он положил руку ей на бедро, скользнул вокруг, обхватывая ее попу и притягивая ближе к себе. Углубляясь в поцелуй, он грубо впился в ее рот, переплетая их языки, дразня ее, прижимаясь своей эрекцией к ее животу.

- Мило, - пробормотала она напротив его губ. - Один из моих любимых способов сказать доброе утро.

- Раздевайся, и я дам тебе самый любимый.

- Неееет. - Она растянула слово, отступая на шаг. - Нет уж, они уже достаточно слышали.

Он выдохнул.

- Ты убиваешь меня, Солнышко.

- Неужели. Ты пригласил их в наш номер и теперь страдаешь от неудобства.

Она посмотрела на его джинсы: эрекция оттопырила пуговицу на ширинке, - она не смогла удержаться и провела пальцами по всей длине. Его пресс напрягся.

- Боже, Эмма.

Она улыбнулась.

- Кстати, почему они здесь?

- Мы собирались немного пошуметь.

- Правда?

- Пойдем, - сказал он, потянув ее за руку. - Тебе понравится.

Она ожидала, что увидит группу и Гари, расположившихся в гостиной их номера, но ее удивило, что они принесли с собой инструменты. Акустическая гитара Джо лежала на пустом месте в дальнем конце комнаты. Стив и Зак расположились слева, каждый со своей собственной акустической гитарой в руках. Бобби сидел справа от Джо, настраивая свою электрическую бас-гитару без усилителя, Кирк следом за ним, крутя барабанными палочками. Гари занял одиночное кресло в углу, ближнем к двери, лицом зарывшись в журнал. Судя по всему, Джо имел в виду музыку, говоря о шуме. Он был прав. Она получит от этого удовольствие. Эмма отпустила его руку и посмотрела, как он прошел к стулу и занял свое место.

- Доброе утро, Эмма, - поприветствовал Кирк, широко улыбаясь. Она улыбнулась в ответ.

- Что такое, Эм? - спросил Стив. Поскольку он поддразнивал ее больше других, она, еще до окончания его предложения, знала, что он собирался прокомментировать то, что все они подслушали. - Джо так жалко удовлетворят тебя, что тебе пришлось взять все в свои руки?

Джо поглумился.

- Больше похоже, что она хвасталась своей подружке моим сексуальным мастерством.

- Всем плевать на твое чертово мастерство. - Зак поднял взгляд с аккордов, которые он проигрывал, и сфокусировался на Эмме. - Я хочу знать о тех синяках на груди Джо.

Ее лицо снова покраснело. Иногда она действительно ненавидела свою бледную кожу. Зак засмеялся.

- Видите, теперь мы перешли к более интересной теме.

Не обращая на него внимания, она выдвинула деревянный стул из-за стола и поставила его рядом с Гари, со вздохом разваливаясь на нем. Вытянула ноги перед собой и пошевелила пальчиками, улыбаясь своему насыщенному малиновому лаку, на больших пальцах красовались яркие неоновые бабочки со стразами.

Гари отклонил верхушку журнала и проследил за ее взглядом. Он посмотрел на ее ноги, снова на нее, потом покачал головой и вернулся к чтению.

- Что? Тебе не нравится?

Стив ударил по корпусу гитары.

- Я понял! - Он вернул свое внимание к Джо. - Она приготовила плетку для тебя за то, что вчера ты был редкостным дерьмом.

- Лучше бы тебе надеяться, чтоб это было не так, - ответила она, кладя лодыжку на колено и тыча пальцами ног в Гари, просто чтобы пораздражать его. - Или я просто обязана выпороть вас всех.

- Нельзя говорить такое в комнате, полной мужчин, - пробормотал Гари, ухмыляясь.

Резко вскочив, Зак приземлился ногами на диван. Он вытянул руку с гитарой в воздух.