1 Можно привести здесь такую аналогию. Ф. Ницше, как известно, призывал к "переоценке всех ценностей". Можно сказать, что в своей известной работе "Генеалогия морали" он применил эту процедуру переоценки к христианской морали: все ее основные ценности и нормы он заменил на прямо противоположные. В результате Ницше получил самосогласованную моральную систему, у которой затем нашлось немало почитателей.
С позиций прагматизма истинным признается такое знание, которое имеет благие последствия для человеческой жизни и которое может успешно применяться на практике. Один из основателей прагматизма, американский психолог и философ У. Джеймс (1842 - 1910), например, полагал, что вопрос об истинности суждения "Бог существует" не зависит от реальности существования Бога, а его истина обусловлена тем, что убежденность в его существовании имеет благотворные последствия для человеческого общежития. В менее метафизических сферах истинность нашего знания удостоверяется его прямой практической применимостью. Если на основе определенного знания строятся самолеты, которые летают, или мосты, которые не падают вниз, значит, это знание истинно. В этом понимании практика есть критерий истины.
Несомненно, мы широко используем этот критерий. Проверенное в своих последствиях и приложениях, практически полезное знание вызывает куда больше доверия, чем бесполезные, не находящие подтверждения на практике спекуляции. Но, как и в предшествующей концепции, одного этого оказывается мало. Прагматистской трактовке истины также недостает интуитивно ощущаемого требования к истине как адекватному соответствию реальности. Известно, например, что в мореплавании весьма удобными и практически эффективными являются навигационные расчеты на основе геоцентрической ("лтолемеевской") модели. Но нельзя же на этом основании считать, что она более истина, чем гелиоцентрическая ("коперниканская") система. Б. Рассел указывал, что сведение истинности к проверке последствиями может привести к парадоксальным результатам. Представим себе на минуту, например, что нацисты выиграли войну. Так что же, нужно считать, что их человеконенавистнические учения в такой ситуации выдержали проверку и являются прагматически "истинными"?
Как и другие проблемы познания, вопрос об истинности знания остается далеким от решения. Однако эпистемология, как и философия в целом, не призвана давать окончательные и однозначные ответы. Ее задача - критически прояснять эти проблемы, соотносить различные позиции и аргументы за и против них.
В заключении стоит сказать несколько слов об "измах". На этих страницах встречались такие понятия, как "эмпиризм", "рационализм", "скептицизм", "фундаментализм", "реализм", "критицизм" применительно к разным позициям и подходам в эпистемологии. Означает ли это, что нужно непременно выбрать один из этих "измов" и последовательно держаться за него, считая другие подходы ошибочными?
Подобная ситуация была бы оправдана, если бы методы и нормы познания определялись неким "всеведущим", "божественным" разумом. Однако все эти эпистемологические позиции и установки являются продуктом поисков и размышлений обычных людей, которым свойственно придерживаться односторонних взглядов и концепций. Не существует эталонной эпистемологии. К разным эпистемологиям целесообразнее относиться как к своего рода "инструментам" мышления, которые могут дополнять друг друга при анализе сложных проблем познания.
Для дополнительного чтения
Голдстейн М., Голдстейн И. Как мы познаем. М., 1984.
Лекторский В.А. Субъект, объект, познание. М., 1980.
Рассел Б. Человеческое познание. Его сфера и границы. Киев, 1997.
Глава 3. Философия науки
Философия науки изучает строение научного знания, закономерности его развития, методы научного исследования. Как особая область философских исследований, философия науки сформировалась в XIX в. в работах английского философа и историка науки У. Уэвелла, его соотечественника Дж. С. Милля, родоначальника позитивизма О. Конта и ряда других философов и ученых. Конечно, и до этого философы немало рассуждали о науке, но делалось это в рамках общих представлений о природе человеческого мышления, одним из высших проявлений которого объявлялось научное познание. В XIX в. наука из полулюбительской деятельности одиночек и членов небольших научных академий стала превращаться в сферу профессиональных занятий многих людей; при университетах, а затем и на промышленных предприятиях начали возникать научные лаборатории и исследовательские центры. В этом социальном контексте появились работы, специально посвященные логике науки, ее истории, роли научного знания в обществе. В начале XX в. в связи с революционными открытиями в физике (теория относительности, квантовая механика), биологии (генетические теории) и других науках интерес к философским проблемам науки еще более возрос. Нужно отметить, что в этот период философию науки плодотворно развивали и в России - В.И. Вернадский, Л.С. Берг, В.И. Ивановский, Т.И. Райнов и другие.
В 1920 - 1930-е годы австрийские и немецкие философы и ученые, члены "Венского кружка" объявили логику и философию науки главной областью философии и в своем почитании научного мышления квалифицировали всю остальную философию как спекулятивную метафизику. Эту позицию позитивистский сциентизм (от лат. scientia - наука) - философы науки, начиная с 1950-х гг. стали активно критиковать. Тогда же началась разработка концепций современной "постпозитивистской" философии науки, для которых характерно внимание к историческому развитию научного знания, его многообразным связям с философской, религиозной и социально-гуманитарной мыслью.
"Аристотелевская" и "галилеевская" науки
Философия науки изучает природу современного научного знания. Современной называется новоевропейская наука, возникшая в результате научной революции XVI - XVII вв. и связанная с именами таких великих ученых и философов, как Галилей и Кеплер, Бэкон и Декарт, Гюйгенс и Ньютон. Кратко рассмотрим основные черты этой науки и ее отличие от предшествующего научного знания.