Глядя ему в глаза, пока он идеально заполняет меня, я не могу не вернуться назад в прошлое, к той ночи, когда он пробрался в окно моей спальни и забрал не только мое тело, но и мое сердце.

« — Ненавижу, что не могу видеть тебя сейчас.

— Ты видишь меня, Эмили, намного лучше, чем другие».

Закрыв глаза, поднимаю обе руки и касаюсь его лица, изучая его так, как много лет назад. Он замедляется и обхватывает мое запястье, а потом целует мою ладонь

— Никто не может изменить этого, Эмили. Ты меня слышишь? Ты моя, и никто не заберёт тебя у меня.

У меня сжимается горло, когда я вспоминаю чувство надвигающейся гибели, страха, что мы не сможем быть вместе, и что мой отец сделает, когда узнает. Оказалось, это намного больнее, чем я думала. Мое сердце мучительно бьется от воспоминаний о прошлой боли, и, прежде чем я успеваю остановить ее, одинокая слеза скатывается по моей щеке.

Райдер застывает, оставаясь глубоко во мне, затем опускается и упирается лбом в мой лоб. Я не открываю глаза, продолжая обнимать его лицо. Нет необходимости говорить, что случилось, потому что он знает. Как и всегда.

— Я думал о тебе, Эм. Все эти годы, детка, я думал о тебе. Я хотел бы вернуться раньше, хотел бы не испугаться.

Я открываю глаза в ответ на его признание, удивляясь, что он был напуган. Я не думала, что он вообще может бояться чего-либо.

— Почему ты испугался?

Он нерешительно смотрит на меня, не зная, отвечать ли.

— Я был охрененно напуган, вдруг вернусь и увижу, что ты не одна. Уход от тебя все те годы назад опустошил меня, но, если бы я вернулся и узнал, что ты принадлежишь кому-то другому, узнал, что ты не можешь быть моей, это бы, нахрен, уничтожило меня.

Впервые я понимаю, насколько ему тоже больно. Боль, которую я чувствовала много лет назад, ощущал и он. И все благодаря моему отцу. Обнимаю Райдера и прячу лицо в его шее.

— Я никогда не переставала быть твоей, не в своем сердце. Я так скучала по тебе, что это ранило.

— Я тоже скучал по тебе, детка. — Чувствую, что его дыхание становится тяжелым, когда он пытается сдержать испытываемые эмоции. — Никто никогда снова не отнимет тебя у меня, Эмили. Ты моя! — Он подтверждает свое заявление, резко толкаясь в меня.

Я ахаю, и моя спина отрывается от кровати от изумительного жжения.

— Да, твоя.

— Вот так. Ты всегда была моей и всегда будешь. — Поднявшись, он убирает мои ноги со своей талии и кладет их себе на руки, меняя угол толчка. Я кричу, когда он касается этого места глубоко внутри меня, мои внутренние стенки сжимаются вокруг него. В ответ на это Райдер стонет. — Ты близко, Эм. Я чувствую это. — Он прав, я очень близко. Сжимаю кулаками простыни, мое тело напрягается, пока балансирую на краю. — Смотри, детка. Посмотри между нами, смотри, как мой член трахает то, что принадлежит мне.

Слегка приподнявшись на локтях, я смотрю между нами и наблюдаю, как его эрекция скользит внутрь и наружу.

— О, боже. — Это зрелище настолько интимное и эротичное, что я падаю через край. Я кричу, и оргазм накрывает меня.

— Да, вот так, детка, сожми меня сильнее. — Он увеличивает темп, неутомимо вколачиваясь в меня, даря мне самый сильный оргазм в жизни.

Я едва ли прихожу в себя, когда он падает на меня, опираясь на локти и изливаясь в меня. Крепко обнимаю его, мои пальцы в его волосах, а губы около уха. У меня возникает отчаянное желание сказать ему, что люблю его, что никогда не переставала любить его, но я решаю подождать немного, прежде чем признаться в своих чувствах.

Мы оба тяжело дышим, лёжа на скомканных простынях. Райдер прижимается лбом к моему.

— Ты в порядке?

— Да. Все было идеально. — Обхватив его лицо обеими руками, я поднимаюсь и нежно целую его в губы. — Ты идеален.

Выражение его лица смягчается.

— Это ты идеальна, Эм.

— А может, это мы оба идеальны?

Он ухмыляется.

— Идёт, детка.

Когда Райдер со стоном выходит из меня, его телефон звонит. Наклоняясь, он достает его из джинсов, затем смотрит на номер.

— Прости, я должен ответить.

— Все нормально, отвечай.

Он быстро и сладко целует меня, прежде чем ответить.

— Джеймсон.

Садясь, я поднимаю его рубашку с пола и набрасываю на себя, прежде чем отправиться в ванную. Быстро привожу себя в порядок, затем оцениваю свое отражение в зеркале, когда умываюсь. Мои растрепанные волосы в беспорядке из-за настойчивых рук Райдера, а кожа сияет, чего я никогда раньше не видела. Касаюсь своих распухших губ и улыбаюсь, размышляя о том, как они стали такими.

Чувствуя себя счастливее и веселее, чем была в последнее время, я выхожу из ванной и вижу, что Райдер сидит у изголовья кровати, все еще разговаривая по телефону. Простыня накинута на его бедра, демонстрируя невероятное, украшенное татуировками совершенство для моего взора.

Он пристально смотрит на мое тело, прикрытое лишь его рубашкой.

— Я уже понял, — говорит он тому, с кем разговаривает по телефону, затем отодвигает простыни, чтобы я могла лечь рядом. Забираюсь на кровать, но вместо того, чтобы сесть рядом с ним, заползаю сверху и седлаю его. Его глаза темнеют, и он собственнически сжимает мое бедро. Я улыбаюсь и выгибаю бровь, когда чувствую, как Райдер твердеет подо мной, но мое кокетство исчезает из-за того, что он говорит дальше: — Нет, она не знает, где, но думает, что это где-то на территории участка. Если она не достанет ключ, мы найдем другой способ.

Я возвращаюсь в реальность, и на сердце снова становится тяжело. Эту ужасную ситуацию было легко забыть, когда я была окутана безопасностью и удовольствием объятий Райдера.

— Я полагаю, охрана серьезна, но, если мы выясним, что он использует, мы сможем обойти это и исследовать периметр ночью. — Райдер смотрит на меня, выражение моего лица явно передает мои чувства. — Слушай, мне нужно идти, поговорим об этом завтра. Дай мне знать, что скажет сенатор Адамс, а я сообщу, когда получу ключ. — Прощаясь, он протягивает руку и кладет телефон на тумбочку.

— Ник? — тихо спрашиваю я, хотя уже знаю ответ.

Он тянется рукой под рубашку и крепко сжимает мои бедра.

— Да. Он проверял, как идут дела с Розой, прежде чем встретиться с сенатором Адамсом.

— Я знакома с сенатором Адамсом, он кажется милым.

— Похоже так и есть, но он все же политик, так что... — Райдер пожимает плечами.

— Не любишь политиков? — спрашиваю я, заинтригованная его ответом. Я всегда думала, что он ненавидит лишь моего отца.

— Не то чтобы я ненавижу их всех. Просто думаю, что большинство из них долбаные лжецы.

— Порой определённо сложно понять, кому можно доверять, — честно признаю я.

— Поверь мне, детка, большинству людей в этом мире верить нельзя.

Его заявление не удивляет меня, и я даже могу понять, почему он так думает. Должно быть на своей работе он часто сталкивается с коррупцией; не говоря уже о том, что вырос с людьми, которым не мог доверять. Внезапно вспоминаю ту ночь много лет назад, когда он появился в моей комнате, уязвимый и травмированный. Он никогда не рассказывал о своих родителях, пока мы были вместе. Я лишь раз заговорила о них, но он быстро закрыл тему и сказал, что она под запретом. Что заставляет меня задуматься, чувствует ли он сейчас то же самое.

— Ты видел своих родителей после возвращения? — осторожно спрашиваю я.

Райдер на секунду напрягается, но тут же заставляет себя расслабиться.

— Нет. С тех пор, как уехал, я их не видел и не разговаривал с ними. И не планирую.

Пытаюсь понять по выражению его лица, что он чувствует, но его лицо бесстрастно. Я осторожно настаиваю.

— А может стоило? Возможно, они изменились и скучают по тебе.

Горько усмехается он

— Нет, поверь мне, им всегда было насрать на меня.

Мне больно от услышанного. Мои собственные родители никогда не любили меня, но у меня по крайней мере есть Роза и Саммер. А у Райдера никого.

— Мне жаль, — грустно шепчу я.

Он пожимает плечами.

— Не стоит. Что есть, то есть, и мне действительно наплевать. Не то чтобы они были хорошими родителями. Я никогда не полагался на них. Я был один, сколько себя помню, и мне это нравится.

Я уверена, что все сложнее. Как бы ужасно они не вели себя по отношению к нему, должно быть больно, когда у тебя нет близких. Глядя на него сверху вниз, я поднимаю руку и провожу пальцами по его губам.

— Я всегда буду с тобой, Райдер, — честно говорю ему. — Ты можешь доверять мне.

Он нежно хватает меня за запястье и, пристально глядя на меня, оставляет знакомый поцелуй на внутренней части ладони.

— В мире нет никого, кому бы я доверял больше, чем тебе, Эмили. — Мое сердце разрывается от счастья, потому что знаю, что ему трудно доверять кому бы это ни было.

Я удивленно взвизгиваю, когда он быстро переворачивает меня на спину и ложится сверху. Его рубашка касается моих бедер, и я стону, когда чувствую эрекцию у моего влажного входа. Наклоняясь, Райдер нежно целует меня в губы, а затем входит одним плавным толчком. Я задыхаюсь, затем хнычу, пребывая в восторге от того, как он заполняет меня.

Он все еще глубоко внутри меня и смотрит так напряженно, что у меня перехватывает дыхание.

— Ты тоже можешь мне доверять, Эм. Я выясню, что здесь происходит, и обещаю, что не позволю никому причинить тебе боль. Я позабочусь о тебе и защищу тебя. Точно так же, как всегда должно было быть.

Прежде чем успеваю подумать об этом, он начинает двигаться. На этот раз Райдер занимается любовью медленно, с нежной точностью. Никакой спешки и безумства, но этот раз не менее интенсивный, чем предыдущий.

Глядя в его ласковые зеленые глаза, я молюсь о том, чтобы он был частью моего будущего. Потому что мысль о том, чтобы снова потерять Райдера, вызывает настолько глубокую боль, что я не уверена, смогу ли пережить подобное.

Глава 19

Эмили

Через несколько дней я одеваюсь, суетливо ходя по комнате. В теле ощущается приятная чувствительность, а мышцы болят от непривычной нагрузки. Я улыбаюсь, думая обо всех грязных вещах, которые Райдер сделал со мной за последние две ночи. Клянусь, этот мужчина - настоящая машина, и мне это нравится. Знаю, что никогда не устану от его прикосновений или удовольствия, которое он дарит не только моему телу, но и моей душе.