Что стало бы триумфом для первого дня в любом другом деле.

– Кто эти несогласные?

– Ну. Женщина с сыном... – Она поворачивается к экрану с профилями присяжных, – Сара Дженкинс. Ее сын отбывает срок в колонии для несовершеннолетних за хранение наркотиков. Роль Эдди в убийстве Тиллман, похоже, не впечатлила ее. Выражение ее лица во время перекрестного допроса выявило ее сочувствие к Тиллман.

Медленно киваю.

– А может, она наш старшина присяжных?

Миа хмурит брови. Это сбивает с толку, и трудно понять наверняка, в какую сторону тянуть. Мы не можем допустить, чтобы Шейвер свободно разгуливал, но его свобода напрямую связана с жизнью Портер.

Миа качает головой.

– Сомневаюсь. Она работает на двух работах неполный рабочий день. Ни одна из них не требует особых навыков принятия решений. Я думаю, что она и так переживает из-за семейных проблем. – Она хмурится. – Но, есть двое, к которым я склоняюсь.

Опираюсь руками на стол и наклоняюсь ближе к экрану. Она достает два досье, оба я смутно припоминаю по предварительному опросу свидетелей.

– Джексон и Смит.

Обычно ночь перед судом я изучаю анкеты присяжных. Но я был с Портер. Лезвием по сердцу.

– Камилла Джексон – генеральный директор технологической фирмы и вероятный кандидат. А Эндрю Смит, школьный учитель истории, имеет опыт управления большими недисциплинированными группами.

Я тру глаза.

– Например, подростки. На это нужно терпение. Идеальный старшина. – Остальные будут чувствовать себя комфортно, глядя на него. Его доход не является пугающим оскорблением, и учителя заслуживают уважения.

– Загвоздка в Смите в том, – говорит Миа, и пододвигается ко второму монитору, – что он может метнуться на другую сторону. Казалось, он купился на вступительное заявление Смигела, но слегка кивнул во время перекрестного Эдди. – Она качает головой. – Либо я плохо читаю его, либо еще слишком рано.

Я похлопываю ее по плечу.

– Еще слишком рано, – уверенно говорю я.

Слишком рано, но не для меня. У меня мало времени. Время Портер истекает… слишком быстро.

– Я на улицу. Поспи немного. Мне нужно, чтобы твой мозг сосредоточился на завтрашних занятиях. – Смотрю на Фишера, неудобно оставлять Мию и Чарли с ним наедине. – Я заберу его с собой.

– Берегите себя, – говорит Миа, затем возвращается к своим мониторам.

Как только мы оказываемся на тротуаре, я поворачиваюсь к Фишеру.

– Скажи своему боссу, что если Портер каким-либо образом пострадала… – я закрываю глаза, представляя себе пропитанные кровью бинты, покрывающие ее руки, – я прикончу его. Может быть, не сейчас и не завтра. Но я прикончу его.

Фишер внимательно смотрит на меня и наклоняет голову.

– Думаешь, он боится смерти?

Его вопрос выводит меня из себя. Все, что я могу сделать, это смотреть на этого мужчину.

Засунув руки в карманы, Фишер разворачивается.

– Смерть – его любимая карта, доктор Уэст. Удачи.

Возможно, глупее всего позволить ему уйти, но он – моя единственная реальная связь с Шейвером и, следовательно, с Портер. Он принес телефон, он принес доказательство того, что она жива, пока. Мои инстинкты искажены. Мои чувства к Портер искажают мое восприятие. Поэтому я должен доверять какой-то другой чужой вещи, над которой я издевался.

Вера.

Возможно, не врожденная вера, а вера в то, что Шейвер снова использует Фишера для отправки сообщения.

Я ускоряю шаг, срезая путь к квартире Портер. Я вставляю ключ с замирающим чувством, вытягивающим мое нутро. Кажется, прошли годы с тех пор, как я был здесь в последний раз, а не этим утром. Все по-прежнему так, как я оставил. Я не уверен, надеялся ли я на перемены, на новый знак.

Я включаю свет и фонарик на телефоне. Во время моих панических поисков этим утром, я мог упустить что-то маленькое, что-то важное. Только одна улика, которая могла бы подсказать мне, кто ее похитил и куда.

Черт. Надо было взять с собой Чарли. Мне нужен взгляд следователя. Набираю его номер, затем отключаю его, придумывая нечто лучшее, чем разбудить его. Нам нужно больше, чем глаз; нам нужно дерьмо типа CSI. Наборы для отпечатков пальцев. Эти специальные синие фонари. Да, я не очень хорош в технической составляющей криминалистики. Это не по моей части.

Завтра.

К тому времени, как солнце взойдет, пройдет двадцать четыре часа, как пропала Портер. Это официальное время, когда я могу сообщить об этом. Меня осеняет одна мысль.

Фирма Портер должна волноваться, где она. Так ведь? Кто-то там может заявить о ее исчезновении, и это не является нарушением с моей стороны в отношении Шейвера. Но кто? Я настолько не в курсе ее жизни, что даже не знаю, кто ее друзья. С какими коллегами она близка.

Портер отстранили. Как минимум еще на неделю. Кто-нибудь заметит ее исчезновение?

Кто-то должен волноваться.

Я. Я тот, кто скучает по ней. Я тот, кем Шейвер знал, что может манипулировать. Если только по какой-то другой причине, кроме его кропотливо дотошного характера, я знаю, что Шейвер позаботился о том, чтобы никто не беспокоился о Портер. По крайней мере, на ближайшие пару дней.

Меня разрывает слишком много направлений, и ни у одного из них нет однозначного ответа.

Я вхожу в спальню и включаю свет. Кубки на каминной полке отражают свет. Они все так же стоят. Страх проникает в душу.

Не смотри.

Но меня вынуждает, как магнит, притягивающий меня против моей воли. Вот почему я пришел сюда, верно? Не для того, чтобы найти какую-то неуловимую улику. Я пришел сюда, чтобы посмотреть в эти кубки и понять, что, когда я дам показания, у меня не будет другого выбора.

Шаг за шагом я подхожу к камину. Использую салфетку, чтобы взять первый кубок и заглянуть внутрь. Пусто, кроме остатков. Пятно на серебре напоминает красное вино.

Первый день истек.

Когда я поднимаю второй кубок, меня охватывает дрожь, задние зубы сжаты. Я испытываю гнев вместо боли. Медный привкус крови ударяет меня прежде, чем я вижу доказательство.

Едва не роняю кубок. Прислонившись головой к каминной полке, я делаю глубокие, ровные вдохи. Мои мысли не мои. Я стал чем-то... другим. Отчаянно желая причинить боль.

Я убью его.

Рядом кровать, и там же падает мое тело, проиграв бой.

Глава 15

Второй кубок

Доктор Йен Уэст

Солнце согревает мое лицо, и я щурюсь от невероятно яркого света. Второй день подряд я просыпаюсь в кровати Портер.

Зарывшись в пуховое одеяло, я вдыхаю ее лавандовый аромат. Мимолетное чувство правильности. Полноты. Завершенности. Когда я протягиваю руку, чтобы притянуть ее тело к себе, я теряюсь в этом мечтательном удовлетворении, прежде чем реальность прорывается сквозь туман.

Это срабатывает внутренняя тревога, и паника заставляет мои измученные мышцы двигаться. Я выбираюсь из-под одеяла, мои кости сделаны словно из цемента. Каждое больное и ноющее место оживает, когда я обыскиваю себя, чтобы найти телефон.

Прижимаю голову к руке и жду ответа от Мии.

– Ты нашла что-нибудь на телефоне, что может нам помочь?

– Доброе утро, доктор Уэст. Вы уже выпили кофе?

Я застонал.

– Нет. Миа, телефон?

– Он чист. Одноразовый. Мне жаль.

С губ слетает выдох поражения. Я не ожидал, что Шейвер оставит след, но всегда есть шанс. Он управляет делами из-за решетки. Может совершить ошибку.

Эта мысль полностью выдергивает меня из постели, и когда я заканчиваю разговор с Мией, я смотрю на кубки. Даже в моем разбитом состоянии, я использовал салфетку, чтобы коснуться их. Из-за возможности получить улику.

Я звоню Чарли и говорю ему, чтобы он принес все свои инструменты для сбора улик в квартиру Портер, затем проверяю время. Слушание начнется менее чем через час.

Брожу по коридору. Эдди берет трубку после второго гудка.

– Что происходит? – спрашивает он. – Погоди. Не уверен, можно ли мне знать. Черт. Просто скажи мне что-то хорошее.

– Заключи сделку. – Прислоняюсь к стене.

– Что?

– Заключи сделку с Шейвером. Как угодно. После того, как я дам показания завтра, я хочу, чтобы Портер была немедленно освобождена.

Шейвер ясно дал понять, что Портер будут держать до окончания суда. Если его оправдают. Мне просто нужно больше времени... мне нужно время, чтобы Шейвер поверил, что я сдался. Но даже если я облажаюсь, Эдди мне нужен на борту.

Молчание между нами затягивается, помечая реальное расстояние. Если дойдет до того, что Эдди придется сдать дело, я потеряю его преданность. Он сделает это. Потому что он хороший парень, потому что он сделает все необходимое для спасения Портер. Но как только дело будет сделано... мы не станем прежними.

– Хорошо, босс, – наконец отвечает он. – Я сделаю все, что в моих силах. И еще, Йен. Ты не должен винить себя. После вчерашних заседаний этот процесс выглядит довольно мрачно с моей стороны.

Заканчиваю звонок, и все равно ощущаю себя виноватым.

Шейвер манипулировал системой, и это может стоить мне хорошего друга. Эдди и я, наше партнерство, наша дружба, никогда не будут прежними.

В нетерпении я обыскиваю шкафы Портер в поисках кофе и жду Чарли. К тому времени, как он приехал, я уже выпил слишком много кофеина. Но я не сплю. Наготове.

Переспи с мыслями.

Так говорят психотерапевты, и действительно, совет хорош не просто так. Наше подсознание раскрывает решения проблем, в то время как мы даем нашему сознанию отдохнуть. Возможно, я не знаю ответа, но у меня есть цель.

Приняв решение, я надеваю пиджак.

Надевая латексные перчатки, Чарли делает паузу.

– Куда это ты собрался?

– Подготовить мое экспертное заявление.

***

Вот уже три года я прихожу сюда только по случаю годовщины свадьбы. Но это не то место, где я разговариваю с Мел. Я как-то сказал, что не обязан... что она просто знает... но это не совсем так.

Правда в том, что мне не нужно говорить с куском мрамора, потому что я никогда не переставал говорить с ней.

Она всегда в моих мыслях. Я шепчу ей нецензурные слова, как будто она все еще в комнате. Я мысленно рассказываю ей о своем дне, когда думаю о деле. Я говорю ей, что скучаю по ней все время — потому что, Боже, я скучаю. Эта постоянная боль, которая никогда полностью не исчезнет, – это ее постоянное присутствие в моей жизни.