Наконец, приведенная в сборнике сказка ашапти демонстрирует образец трансформы "г" ~ сказку-дилемму. Как уже говорилось (см. вступительную статью), такие сказки рассказывались слушателям как загадки и в принципе могли закончиться любым приговором. Конечно, характер его зависит от религиозных и других представлении". Так, в индийских сказках важным для приговора является равенство или неравенство по касте (ср. No 45), представление о возможности других рождений и т. п.; у мусульманских и других народов, где принято многоженство, возможны своеобразные решения типа "в". Но и в сказках одного и того же народа возможны разные решения. Выше приводился пример таких решений в двух казахских вариантах. В либерийской сказке "Прекрасный юноша" [96, 10] четыре женщины оказывают услуги юноше и не могут решить, кто должен стать его женой. Сказка так и заканчивается вопросом. В другой либерийской сказке почти такого же содержания, "Браслет вождя" [143, 103], спора даже не возникает: все четыре женщины становятся женами юноши; лишь после его смерти сыновья, затеяв спор о наследстве, обосновывают свои преимущественные права особыми заслугами матерей.

lxiii

Ануннаки у шумеров и вавилонян - духи земли, порожденные богом Аном и подчиненные старшим пятидесяти богам.

lxiv

Дуку - дом богов.

lxv

Эпки - шумерский бог мудрости.

lxvi

Полба - вид пшеницы.

lxvii

Плавающие поля - поля, устроенные на небольших плавучих островках озера Пилей (очень распространены у народности инта).

lxviii

Ананси - имя паука, популярного героя фольклора ашанти.

lxix

Сказка (позднего происхождения) отражает реальность колониальной эпохи, когда вожди не выбирались, а назначались колониальной администрацией.

lxx

Ср. AaTh 1332. Ср. узбекскую сказку "Два дурака" [38, 53] непальскую "Кто глупее", а также кхмерскую "Четыре глупых жениха" [89, 286], где глупейшим признается тот, на чьем теле сохранились следы, подтверждающие историю о его глупости.

lxxi

Муладева - популярный образ плута, выступающий во многих индийских сказках.

lxxii

Бхутаваса - "жилище бхутов". Бхуты - злые духи, прислуживающие богу Шиве.

lxxiii

AaTh 653. Ср. сказку ашанти "Почему на небе есть луна" [109, 55]. Там шестеро братьев, обладающих разными чудесными свойствами ("тот, кто умеет предугадывать беду", "строитель дорог", "умеющий осушать реки", "потрошитель дичи", "метатель камней", "лежащий на земле, как подушка"), спасают отца, который упал в реку, был проглочен рыбой, а затем унесен ястребом. В награду наиболее отличившемуся предназначалась луна. "Ньяма, бог неба, так и не мог решить, кто из них достоин награды. Он долго слушал спор. Наконец это ему надоело, он встал со своего места, поднялся на небо и унес с собой луну. Вот почему луна теперь на небе" (трансформа "в"). См. также No 68 и комментарий к нему.

lxxiv

Ср. либерийскую сказку "Хлыст из коровьего хвоста" [109, 164]. Там отец братьев пропадает без вести в лесу, и лишь много времени спустя самый младший, родившийся уже без отца, вспоминает о нем. Старшие, проявляя каждый свои чудесные способности, находят в лесу кости отца, собирают их, одевают мускулами, наполняют тело кровью, возвращают дыхание, наделяют силой движения и даром речи. Но награду наиболее отличившемуся, хлыст из коровьего хвоста, получает младший, который первым вспомнил о нем: "И до сих пор в тех местах можно часто слышать поговорку: "Человек жив до тех пор, пока о нем помнят"". Ср. также No 67 и комментарий к нему.

lxxv

Разнообразные споры о превосходстве, особенно если наградой был трон, рука принцессы или другие привилегии, заставляют опять вспомнить "Золотую ветвь" Дж. Фрэзера (см. примеч. к No 50). "В некоторых случаях право па руку принцессы и па троп, видимо, оспаривалось в состязании. Ливийцы Алитемпия награждали царством быстрейшего бегуна. У древних пруссов претенденты на дворянство па копях скакали к королю, и тот, кто прибыл первым, получал дворянство. Самые первые Олимпийские игры, по преданию, были проведены Эидимиопом, который устроил своим детям соревнование в беге, а призом в этом соревновании сделал царство". И далее, говоря о смысле разнообразных спортивных испытаний при отборе претендентов, Фрэзер замечает: "Такое испытание должно было применяться к будущему царю, чтобы никакой телесный недостаток не лишил его возможности исполнять священные обряды, от которых, согласно поверьям, безопасность и процветание общины зависели больше, чем от исполнения гражданских и воинских обязанностей" [13, 181 - 182]. Возможно, какие-то отголоски этих архаических обычаев нашли отражение в сказочных сюжетах о состязаниях.

lxxvi

Знаменитый рассказ, имеющий много соответствий в мировом фольклоре. Ср. кхмерскую сказку "Взял топор - верни топор, взял горшок - верни горшок" [89, 315]. Ср. АаАн 613.

lxxvii

Кар - область, принадлежавшая египтянам, на крайнем юге их владений в Нубии.

lxxviii

Эннеада - боги города Гелиополя: Ра-Атум, породивший бога воздуха Шу и его жену Тефнут, от которых произошел бог земли Геб и богиня неба Нут, и дети последних: Исида, Сет и Нефтида.

lxxix

В сказке нашли свое отражение реальные правовые нормы древнего Египта, в частности тот факт, что "потерпевший должен был в своей жалобе указать как наказание, которое, по его мнению, полагается виновному, так и размер вознаграждения, которое он взыскивает" [8, 64].

lxxx

Остров Амопа (Паиуамоп) - одно из названий центра XVII нома Нижнего Египта, современный Эль-Баламун.

lxxxi

Очевидно, имеются в виду горы, окаймляющие долину Нила.

lxxxii

Великая река - основное русло Нила.

lxxxiii

Амон почитался в Египте как царь богов.

lxxxiv

"На хранение в древней Индии отдавались самые разнообразные движимые вещи... В случае, когда принявший на хранение не возвращал предмета хранения добровольно, он допрашивался судьей, который при отсутствии свидетелей должен был проверить его честность... Принявший на хранение не отвечал перед собственником, если предмет хранения был украден или унесен водой. Он отвечал только тогда, когда брал что-либо для себя из принятых на храпение предметов" [8, ИЗ].

Ср. персидский вариант этого же сюжета в "Тути-наме" [50]. Здесь столяр похищает сыновей обманщика-ювелира и заявляет, что они превратились в медведей. На суде он показывает медвежат, предварительно выдрессированных; медвежата ласкаются к ювелиру; суд решает, что превращение действительно могло произойти; ювелир возвращает похищенное.

В другой персидской версии [102] помочь пострадавшему берется шут Бахлул. Он добивается назначения на должность "шаха мышей" и начинает преследовать мышей, "съевших железо". Для этого он велит землекопам подрыть сначала дом кадия, вынесшего абсурдный приговор, затем дом самого обманщика. И тот и другой, чтобы отделаться от Бахлула, письменно заверяют, что мыши железа не едят. С этими заявлениями в руках Бахлул добивается пересмотра дела в пользу пострадавшего.