Что же было дальше? Об этом снова «рассказывает» Меркулов:

«Кулик-Симонич я допрашивал вместе с Берия, правильнее сказать – допрашивал ее Берия, а я вел запись протокола. Никаких показаний о своей шпионской работе она нам не дала и была завербована нами в качестве агента.

Вопрос. За что же была убита Кулик-Симонич?

Ответ. Я ее не убивал. Берия сказал мне, что о ее расстреле есть указание свыше…»

Ну да, естественно, когда следователи уже окончательно запутались в собственном вранье, им не оставалось ничего другого, кроме как валить все на Сталина. На другом допросе Меркулов «показывает»:

«Изъятие и расстрел Симонич-Кулик я не считаю незаконным, поскольку по этому поводу было указание инстанции, а любое указание инстанции я бы выполнил безоговорочно… На мой взгляд, уничтожать эту женщину не было никакой оперативной необходимости…»

Вот так выглядит история с похищением генеральской жены, как она изложена руденковскими следователями. Теперь понятно, почему Генеральный прокурор сам вел следствие? Только его высокая должность хоть как-то вуалирует тот факт, что все это чистый бред шизофреника. Если Кира Симонич была изобличена в шпионаже (и даже если не изобличена), то в чем проблема-то? Бери, арестовывай, шей дело, расстреливай обычным порядком – никто и не заметит. Генералов брали тепленькими в постелях, а ради бабы начальник следчасти сутки в засаде проводит. Чтобы соблюсти тайну? Ни фига себе тайна – всесоюзный розыск объявили, фотографии в каждом отделении милиции…

Кроме того, в этих протоколах – то есть, скорее всего, в копиях – все время упоминается некая «инстанция». Ясно, зачем это делается – Хрущев подбирается к Сталину, чтобы свалить на него ответственность за репрессии. Но у «инстанции»-то мотив какой? Зачем Сталину жена генерала Кулика? Ну как же, ведь всем известно, что «вождь народов» – человек коварный и непредсказуемый. Раз приказал убить, значит, так надо…

Тем не менее, «Меркулов» не совсем прав насчет того, что «уничтожать эту женщину не было никакой оперативной необходимости…» Была такая необходимость. Только не у Сталина и не у Берии.

Сухомлинов пишет, что генеральше было восемнадцать лет. Должно быть, он взял возраст все из того же источника. На самом деле это четвертая жена Кулика была восемнадцатилетней, а та, что пропала – жена номер три. Было ей не восемнадцать, а малость за сорок, за плечами имелась бурная жизнь, еще один брак и, мягко говоря, не слишком твердые правила – ее биографию излагает Владимир Карпов в книге «Расстрелянные маршалы». И при всем при этом у нее был муж-генерал, который вскоре после исчезновения дражайшей половины женился на однокласснице собственной дочери. Ни на какие размышления сие не наводит – насчет того, у кого могла возникнуть «оперативная необходимость» избавиться от сорокалетней шлюхи, чтобы практически сразу же жениться на школьнице?..

Если дело распутывать, то возникают вопросы, а если надо не распутывать, а пришивать – то вопросы ни к чему. Сталин приказал, Берия кокнул, Руденко протокол написал, и все слились в экстазе…

Ну, дальше в приговоре – про шпионскую деятельность. Это такой бред, что и говорить не стоит. Берия, мол, пытался заключить сепаратный мир с Гитлером, открыть врагу перевалы на Кавказе. Что ж не открыл-то? Это ведь так просто – оставить на занимаемых постах Буденного с Кагановичем, и порядок… И следов вражеской деятельности никто не найдет.

А, вот, кажется, еще кое-что:

«Как до начала Великой Отечественной войны, так и в 1953 году подсудимый Берия с помощью Меркулова, Деканозова, Кобулова совершил ряд преступлений, направленных на ослабление деятельности советской разведки».

Разведка – это интересно. В первую очередь потому, что это область, где вообще ничего, как правило, доказать не удается. Поэтому-то Ежов и перестрелял разведчиков почти поголовно – а чего доказывать, раз доказать нельзя? Хватай да стреляй!

Чем же подтверждает следствие «вредительскую деятельность» Берии на ниве разведки? Подтверждением служат чисто ведомственные разборки, в основном, гнилые. Кого снял, кого с работы уволил, кого из-за границы отозвал. Так, на суде свидетель Коротков говорил:

«Как в первый раз, так и во второй, приходя на работу в МГБ – МВД, Берия разрушал наши разведывательные органы, дезорганизовывал нашу работу… В 1938 г., став народным комиссаром внутренних дел СССР, Берия вызвал из-за границы наших резидентов, как легальных, так и нелегальных. Он охаивал нашу заграничную разведку, убирал наших разведчиков…»

Коротков – человек уважаемый, генерал, серьезный разведчик. Но… как же тогда быть с Павлом Судоплатовым, уважаемым не менее, который утверждал, что Берия «высококомпетентный в вопросах разведывательной работы и диверсий человек»? Тут надо разбираться – кого отзывал, за что…

Об этом не стоило бы и говорить, однако именно по этому пункту устроители шоу неожиданно допустили серьезный прокол – из тех, что подвергают сомнению достоверность всего происходящего. Легенды сыплются на мелочах. На судебном заседании между «Берией» и свидетелем будто бы произошел такой диалог:

«Берия. Свидетель Коротков, вы подтверждаете, что в 1939 году все руководство иностранного отдела НКВД СССР во главе со Слуцким было разгромлено, так как руководители этого отдела оказались врагами народа?

Коротков. Я Слуцкого не знаю. В разведке работало много рядовых работников. Не Слуцкий же, сидя в Москве, добывал сведения, а рядовые разведчики.

Берия. Пусть скажет свидетель Коротков, кто его самого послал на работу в Германию?

Коротков. В Берлине находился Амаяк Кобулов, который никакого отношения к агентуре не имел».

Нет, если б перед судом стоял престарелый колхозный конюх с хроническим алкоголизмом, то подобные ответы на поставленные вопросы можно было бы считать нормальными. Но таким образом отвечает, элементарно не понимая вопроса, заместитель начальника Первого главного управления, зарубежной разведки. Что это с ним?

А теперь о проколе. Прокол касается Слуцкого. Все, конечно, замечательно, но дело в том, что в реальности ни этот вопрос, ни ответ существовать не могли, ибо и реальный Берия, и реальный Коротков прекрасно знали, что начальник ИНО Слуцкий… умер в 1937 году, еще до прихода Берии в НКВД! Кстати, реальный Коротков, в качестве нелегала, не мог не быть знаком с начальником ИНО, а также не мог не помнить, что Слуцкий умер своей смертью. Можно ошибиться в датах, но расстрел с сердечным приступом перепутать затруднительно даже пятнадцать лет спустя… Так что либо Коротков исполнен величайшего презрения к суду и к себе за то, что явился сюда ради сохранения места, свободы или жизни, либо… либо его на суде попросту не было, и весь этот базар – грубо сляпанная фальшивка.

Другой свидетель обвинения – может быть, даже реальный, кто знает? Это начальник ПГУ Савченко. Он рассказал про полный разгром разведки, организованный Берией, – выходило, что новый нарком изничтожил ее на корню. Но тут интересно другое: а кто он такой, этот Савченко? После войны был министром госбезопасности Украины и связан с Хрущевым не только местом службы, но и некоторыми общими делами куда круче тех, за которые сейчас судят Берию. Так, согласно воспоминаниями Судоплатова, именно Савченко по настоянию Хрущева организовал убийство архиепископа Украинской униатской церкви Теодора Ромжи. Просто-напросто еще один Строкач, только и всего…

Из приговора:

«…Установлено, что тайные связи с иностранными разведками Берия завязал еще в 1919 году, когда, находясь в Баку, он совершил предательство, поступив на секретно-агентурную должность в контрразведку мусаватистского правительства в Азербайджане…».

Ну да, конечно! Следствие все помойки пересчитало – как же обойтись без этой тухлятины!

Однако именно здесь устроители шоу допустили очередной прокол. Вот что «показывает» Меркулов: