– Провожать тебя некогда, извини. Очень скоро сюда омоновцы нагрянут, а у меня – дело. Выбираться сам будешь, – сказал ему Игорь и повернулся, собираясь уйти.

– Подожди, братан! – окликнул его забинтованный. – Ты, я вижу, пошустрить здесь хочешь?

– А что? – Игорь торопился и терять время на бесполезные разговоры ему очень не хотелось.

– С тобой пойду. Желаю кое-кому ливер провернуть, – сказал он и неожиданно засмеялся хрипло и заливисто.

Игорь пожал плечами и быстро вышел из комнаты.

– Снять с него куртку или не надо? – вслух подумала Ольга и снова затянулась сигаретой.

Они остановились неподалеку от въезда на хлебокомбинат. Буквально через несколько метров был поворот, а от него еще метров двадцать-тридцать и ворота. «Десятка» с экипажем стояла, надежно прикрытая насыпными сугробами из мусора и сколотого льда. Ольга уже побывала на вершине самой высокой кучи и провела рекогносцировку местности. Три прожектора скудно освещали территорию хлебокомбината, безуспешно конкурируя с полной луной. Подъезд к долгострою, двор его и примерные силы охраны уже были ясны. Ворота препятствием не являлись по причине постоянной открытости. А вот рядом с воротами, слева – будка, а в ней трое охранников . У одного из них – точно автомат. Что у остальных, Ольге рассмотреть не удалось, но она не сомневалась, что и у них оснащение соответствующее. Соединив результаты своего осмотра с тем, что неохотно, но все-таки рассказал Сергей, Ольга выработала план действий. Они с Аленой стояли и курили рядом с машиной, с левой ее стороны.

За рулем сидел все тот же Сережа, обе руки его были заведены за спину и связаны. Дополнительно он еще был крепко примотан к спинке сиденья. Привязывала, конечно, в основном Алена, а Ольга больше руководила, но получилось все равно качественно и надежно. Теперь уже можно было бросить пистолеты на заднее сиденье и освободить руки от этих неудобных предметов. Если до этого момента Сергей и рассчитывал как-нибудь удрать или даже переиграть ситуацию, то сейчас шансов у него осталось – ой, как мало! Если только что-нибудь фантастическое произойдет. Но, судя по его хмурой роже, в фантастику он не верил и, возможно, уже ни на что не надеялся.

– Нет! Снимать с него куртку глупо, только рисковать лишний раз. Потом одевать еще придется, чтоб не замерз. Да и не хорошо это – воспользоваться беззащитностью чужого мужчины. Придется жертвовать свою, – завершила размышления Ольга и, затянувшись в последний раз, бросила окурок на асфальт и растерла его подошвой кроссовки. После чего протянула руку, вынула ключ зажигания и захлопнула дверь водителя. Посмотрела на свою раненную руку и вздохнула: как неудобно быть инвалидом, кто бы знал!

– Что ты собираешься делать? – спросила ее Алена. Она чувствовала себя очень бодро после последних событий. Смотрела на Ольгу с обожанием, но и с некоторым опасением тоже.

– Фильмы про ниндзь видела по телеку? – Ольга вздохнула, присела на корточки и, низко опустив голову, заглянула под днище «десятки».

– Да, а что? – Алена не поняла хода Ольгиных мыслей. Пытаясь сообразить, она от умственного напряжения состроила такую уморительную физиономию, что Ольга, подняв голову, быстро отвела глаза, чтобы не рассмеяться. Неудобно будет.

– Помнишь, там перед шеренгой врагов они обычно бросали шарики, которые взрывались с большущей вспышкой? – спросила Ольга и, засунув руку под днище, задумчиво подняла глаза к небу, а рукой принялась что-то ощупывать.

Алена захихикала.

– Что это с тобой, смешинку проглотила? – спросила Ольга и засунула руку дальше.

– Ты похожа на гинеколога, – ответила Алена и покосились на Сергея – не услышал ли.

Сергей, сидя в салоне, смотрел прямо перед собой и, казалось, напряженно о чем-то думал.

– Есть немного, – согласилась Ольга и добавила тише, просто подумала вслух: – Придется лезть. А не хотелось.

Она села на асфальт, поморщилась на жесткость и холод земной поверхности, легла на спину и, сильно помогая себе ногами, вползла под машину. Теперь уже Алена присела на корточки рядом с ней и, стараясь заглянуть под днище, спросила:

– А что ты делаешь, можно узнать?

– Я же сказала: шарик! – ответила оттуда Ольга. Минуты четыре из-под машины слышался негромкий скрежет. Затем она вылезла оттуда и, опираясь на свою единственную рабочую руку, встала на ноги.

– Ну все. Отсоединила педаль тормоза. Жми – не жми, а медленней не поедет. Гарантия. Пошли в салон – холодно здесь, – сказала она Алене. Девушки залезли внутрь машины. Ольга, взяв тряпку, лежащую справа от водительского сиденья, принялась вытирать руку. Это оказалось делом сложным и неудобным. Как ни крути, а с двумя руками все-таки жить удобней. После этого, положив тряпку на место, Ольга повертела головой и обратилась к Сергею:

– А где у тебя аптечка? Обычно сзади кладут, а у тебя нет. Или ты такой отчаянный, что гаишников не боишься?

– Вон лежит, – ответил Сергей, мотнув головой направо. Алена, перевесившись через спинку переднего сиденья, достала аптечку из-под него.

– Рука болит? – участливо спросила она у Ольги, передавая ей аптечку; – Скажи по-правде, что случилось-то?

– В кухонный комбайн сунула по запарке, – рассеянно ответила Ольга, изучая содержимое аптечки.

– Что же ты так! – посочувствовала ей Алена.

– Смотри! – сказала Ольга, доставая маленький блестящий пакетик. – С тех пор как в дорожных аптечках появились презервативы, стало легче жить. А то таскай постоянно с собой. Верно? Открой, пожалуйста.

Она протянула ошарашенной Алене презерватив, а сама вновь углубилась в изучение недр пластмассовой коробки. Алена, закусив край пакетика, надорвала его и протянула Ольге.

– Спасибо. Достань, пожалуйста, и немного растяни.

Алена послушалась, но не удержалась и страшным шепотом, осторожно косясь на Сергея, спросила:

– А зачем это, Оль?

– Шарики, шарики будем делать, – также тихо ответила ей Ольга, внимательно читая надписи на пузырьках. – Ага! – вдруг сказала она и, отложив один пузырек на колени, всю коробку положила себе за спину, к заднему стеклу.

– Готово? – спросила она у Алены.

Та молча показала ей презерватив голубого цвета.

– Красивый, – сказала Ольга и, зажав пузырек коленками, открутила у него крышку. Крышку положила в пепельницу, сам пузырек взяла в руку.

– Подставляй красивенький чехольчик, – сказала она и, когда Алена послушалась, высыпала в него содержимое пузырька. Это был темный порошок, оставивший на кончиках ее пальцев несколько коричневых полос.

– Теперь завяжи, пожалуйста, как пакет полиэтиленовый, – попросил она Алену. Когда презерватив был завязан, Ольга взяла его у Алены и предложила ей выйти на свежий воздух покурить. Алена не возражала, и они вышли.

– Ты что собираешься делать? – спросила после некоторого молчания Алена.

Ольга ответила ей не сразу. Натягивая на руку, захваченную из дома перчатку, она вспоминала Светлану и свой ужас, когда она была полностью во власти лысого мерзавца по имени Гриша. А сейчас этот Гриша сидит на хлебокомбинате и, облизываясь, предвкушает, как он будет разделывать Алену. А получит Олю, но уже при другом раскладе.

– Я собираюсь хорошо разворошить это гадючье гнездо, – наконец ответила Ольга Алене и быстро взглянула на нее.

Алена смутилась. Она на секунду спрятала глаза, но почти сразу взяла себя в руки и честно сказала:

– Жалко Светку. Но я боюсь.

– Все боятся, – согласилась Ольга и кивнула. – Думаешь, я не боюсь? А вот видишь этого здорового навороченного парня в «камуфляже», на «десятке», при оружии? – она показала на Сергея, изваянием застывшего над рулем своего автомобиля. – Он тоже боится. И еще как! А когда собирался тебя везти к живодерам, он не боялся. И когда сам снялся в фильме, убивая бомжей, тоже не боялся. Ну, как хочешь, – оборвала саму себя Ольга, – я еду, а ты можешь подождать меня здесь.