Глава 16

Судорожно хватая ртом воздух, Девон пришёл в себя благодаря лютому холоду. Он потёр мокрое лицо и попытался подняться. В купе поезда, вернее, в то, что от него осталось, непрерывно заливалась дурно пахнущая речная вода. Перебравшись через обломки вагона и осколки стекла, Девон подобрался к разбитому окну и посмотрел сквозь медные прутья решётки.

Похоже, локомотив обрушился с откоса моста и потянул за собой три вагона, а два оставшихся балансировали сверху на краю насыпи. Неподалёку, как подстреленное животное, в воду погрузился разломанный корпус вагона. Повсюду разносились отчаянные крики о помощи.

Развернувшись, Девон принялся лихорадочно искать Уинтерборна, откидывая в стороны обломки деревянной обшивки, пока не нашёл своего друга в бессознательном состоянии под оторвавшимся от пола сиденьем. Ещё чуть-чуть и вода бы сомкнулась над лицом Риса.

Девон вытащил его на поверхность. Каждое движение отдавалось мучительной болью, пронзавшей грудную клетку и бок.

– Уинтерборн, – грубо позвал он, слегка встряхнув друга. – Очнись! Ну, давай! Сейчас же!

Уинтерборн закашлялся и издал низкий стон.

– Что случилось? – спросил он охрипшим голосом.

– Поезд потерпел крушение, – тяжело дыша, ответил Девон. – Вагон упал в реку.

Уинтерборн провёл рукой по залитому кровью лицу и закряхтел от боли.

– Я ничего не вижу.

Девон попытался поднять его повыше из постепенно прибывающей воды.

– Тебе придётся начать двигаться, иначе мы утонем.

Уинтерборн кинул несколько неразборчивых фраз на валлийском, а потом проговорил по-английски:

– У меня сломана нога.

Сыпля проклятиями, Девон раскидал в стороны обломки и обнаружил, оторванный от оконной решётки, медный прут. Он переполз через другое сиденье и потянулся вверх к запертой боковой двери, которая в данный момент располагалась со стороны течения. Задыхаясь от усилий, Девон использовал медный прут в качестве импровизированного лома, чтобы вскрыть дверь. Диагональный наклон вагона затруднял работу. А вода всё это время, не переставая прибывать, уже доходила до колен.

Когда защёлка поддалась, Девон толкнул дверь, она распахнулась и ударилась о внешнюю стенку вагона.

Высунув голову наружу, он прикинул расстояние до берега. По всей видимости, уровень воды не должен быть выше его бёдер.

Главная проблема заключалась в жутком холоде, который очень быстро их прикончит. Они не могли позволить себе дожидаться помощи на месте.

Закашлявшись от задымлённого воздуха, Девон вернулся в вагон. Он обнаружил Уинтерборна вытаскивающего осколки стекла из волос. Его глаза всё ещё были закрыты, а лицо покрывали кровоточащие царапины.

– Я вытащу тебя наружу и доставлю на берег, – сказал Девон.

– Ты сам как? – спросил Уинтерборн на удивление ясным голосом для человека, который только что потерял зрение и сломал ногу.

– Получше тебя.

– Как далеко до суши?

– Примерно двадцать футов¹⁸.

– А течение? Насколько оно сильное?

– Это не имеет значения, чёрт подери! Мы не можем здесь оставаться.

– Без меня твои шансы намного выше, – последовало спокойное замечание.

– Я не оставлю тебя здесь, тупоголовый ублюдок, – Девон схватил Уинтерборна за запястье и закинул его руку на свои плечи. – Если ты беспокоишься о том, что будешь должен мне услугу за спасение твоей жизни... – прилагая усилия, он потащил друга к открытому проходу, – то правильно делаешь. Огромную услугу. – Он неправильно поставил ногу, и они оба споткнулись. Девон протянул свободную руку и схватился за край дверного проёма, чтобы восстановить равновесие. На мгновение, грудную клетку пронзила острая боль, и у него перехватило дыхание. – Иисусе, да ты тяжеленный, – с трудом произнёс Девон.

Ответа не последовало. Он понял, что Уинтерборн изо всех сил старается не потерять сознание.

С каждым мучительным вдохом Девон чувствовал, как приступы боли в груди постепенно усиливаются и превращаются в непрерывную агонию. Мышцы свело и конвульсивно подёргивало.

Какое неудачное стечение обстоятельств: река, холод, ранения Уинтерборна, а теперь ещё эта адская боль. Но другого выхода не было, они не должны останавливаться.

Стиснув зубы, ему удалось вытащить Уинтерборна из вагона. Они вместе плюхнулись в воду, отчего Уинтерборн взвыл от боли.

Вцепившись в него, Девон пытался найти точку опоры, погрузив ноги в вязкое речное дно. Вода оказалась выше, чем он предполагал, и доходила ему до пояса.

На мгновение холод парализовал Девона. Он сосредоточился на том, чтобы заставить шевелиться свои скованные мышцы.

– Уинтерборн, – процедил он сквозь зубы, – тут недалеко. Мы справимся.

В ответ друг коротко выругался, вызвав у Девона мимолётную ухмылку. С трудом двигаясь против течения, он брёл к зарослям камыша у берега, куда уже выползали другие спасшиеся после аварии.

Задача была тяжёлой и изнуряющей, ил засасывал ноги, ледяная вода затрудняла координацию и лишала тело чувствительности.

– Милорд! Милорд, я здесь!

Камердинер Девона, Саттон, стоял на берегу, взволнованно размахивая руками. По-видимому, он спустился вниз по откосу, выбравшись из сошедшего с рельсов вагона, одного их тех, которые всё ещё балансировали на мосту.

Слуга бросился в мелководье, ахнув от пронизывающего до костей холода.

– Забери его, – приказал Девон, волоча за собой сквозь заросли камыша Уинтерборна, который пребывал в полубессознательном состоянии.

Саттон обхватил Уинтерборна за грудь и оттащил в безопасное место.

Девон почувствовал, что у него подкашиваются колени, он пошатнулся в зарослях камыша, пытаясь не свалиться. Его измученный разум напрягся, чтобы призвать последние силы, покачиваясь Девон направился к берегу.

Но остановился, услышав громкие отчаянные крики. Оглянувшись через плечо, Девон увидел, что в одном купе затопленного вагона, который приземлился в реку, накренившись по диагонали, всё ещё находятся люди.

Они не могли выбить запертую дверь. И никто не спешил им на помощь; уцелевшие пассажиры, которым удалось выбраться из воды, изнемогали от холода. Спасатели только начали прибывать, и к тому времени, когда они спустятся вниз по насыпи, будет уже слишком поздно.

Не дав себе времени на раздумья, Девон развернулся и снова плюхнулся в воду.

– Сэр, – окликнул его Саттон.

– Присмотри за Уинтерборном, – резко крикнул Девон.

К тому времени, когда он добрался до вагона, его тело ниже пояса онемело, а сам Девон боролся с туманом в голове. Лишь благодаря силе воли, он смог отыскать вход в купе вагона через дыру в стене, которая образовалась в результате крушения.

Он подошёл к окну и ухватился за медную решётку. Ему пришлось основательно сосредоточиться, чтобы заставить руки должным образом сомкнуться вокруг прута. Каким-то образом ему всё-таки удалось оторвать его от стены и пробраться через вагон, чтобы снова нырнуть в реку.

Когда он взломал замок при помощи стержня, изнутри донеслись крики облегчения. Дверь отворилась с протестующим металлическим скрежетом, и пассажиры столпились у выхода. Затуманенный взгляд Девона остановился на женщине среднего возраста, держащую на руках вопящего малыша, двух заплаканных девочек и мальчика лет тринадцати.

– Ещё кто-то остался? – спросил Девон у мальчика. У него заплетался язык, будто он был пьян.

– Никого живого, сэр, – ответил парень, вздрогнув.

– Видишь тех людей на берегу?

– Д-думаю да, сэр.

– Иди к ним. Возьми девочек за руки. Держитесь боком к течению... так оно будет меньше вас сносить. Вперёд.

Мальчик кивнул и по плечи погрузился в воду, задохнувшись от сильного холода. Перепуганные девочки с визгом бросились за ним, цепляясь за его руки.

Повернувшись к растерянной женщине, Девон коротко сказал:

– Дайте мне ребёнка.

Она яростно замотала головой:

– Прошу вас, сэр, почему...

– Скорее. – Долго он на ногах не продержится.

Женщина, всхлипывая, подчинилась, а ребёнок, продолжая вопить, обхватил своими маленькими ручками Девона за шею. Его мать схватила Девона за свободную руку и, взвизгнув, прыгнула воду. Он потащил её через реку, но тяжёлые юбки затрудняли передвижение. Вскоре всякое чувство времени потерялось.

Он не совсем понимал, где находится и что происходит. Не был уверен работают ли ещё его ноги, потому как их попросту не чувствовал. Ребёнок перестал плакать, его ручонка с любопытством ощупывала лицо Девона, будто ползущая морская звезда. Он едва слышал, что женщина что-то кричит, но слова заглушала слабая пульсация в ушах.

Где-то вдалеке виднелись люди... ручные фонари... огоньки плясали и дрожали в задымлённом воздухе. Он продолжал идти вперёд, смутно понимая, что если замешкается хоть на мгновение, то последние проблески сознания затухнут.

Девон едва заметил, что кто-то попытался забрать ребёнка из его рук. Он оказал лёгкое сопротивление, но человек проявил настойчивость. Малыша подхватили незнакомые люди, другие подошли помочь женщине пробраться к берегу сквозь заросли камыша и речную тину.

Утратив равновесие, Девон пошатнулся назад, его тело больше ему не подчинялось. На него тотчас нахлынула вода, сомкнувшись над головой и потащив проч.

Когда Девон, почувствовал, что его уносит течением, перед глазами стояла картинка, будто он со стороны наблюдает за движущейся фигурой, его собственным телом, в мутной воде. Девон вдруг с ошеломляющей ясностью понял, что не может себя спасти. И никто не собирался этого делать. Его постигла та же безвременная участь, что и всех мужчин Рэвенел, у него осталось много незавершённых дел, а он даже не мог заставить себя о них побеспокоиться, в глубине души понимая, что Уэст справится без него. Уэст выживет.

Но Кэтлин…

Она так и не узнает, что значила для него.