Он нежно поцеловал чувствительное местечко под её подбородком.

– Прости меня, – хрипло сказал Девон. – Мне не следовало так реагировать. Я бы хотел забрать каждое слово назад. Ты не виновата, у тебя мало опыта. Мне ли не знать, как чертовски сложно отстраниться в тот самый момент, когда ты сильнее всего жаждешь близости.

Поражённая его извинениями Кэтлин продолжала стоять к нему спиной. Она чувствовала себя такой беззащитной, и ненавидела это ощущение, ей хотелось обернуться и расплакаться от одиночества и желания.

Прежде, чем Кэтлин успела придумать вразумительный ответ, послышались громкие голоса и шорох многочисленных предметов, которые близнецы тащили в обеих руках. Девон отошёл в сторону.

– Нам нужны ещё корзины, – триумфально объявила Пандора, заходя в зал.

Близнецы, которые, очевидно, прекрасно проводили время, выглядели очень странно. Кассандра надела зелёную оперную мантию, а к волосам приколола драгоценное украшение с перьями. На Пандоре красовался головной убор в виде диадемы с цветочным узором, который наполовину съехал ей на один глаз, подмышками она держала голубой кружевной зонтик и пару теннисных ракеток

– Судя по всему, – сказала Кэтлин, – вы изрядно отоварились.

– О нет, нам всё ещё нужно посетить, как минимум, восемьдесят отделов, – взволновано заметил Кассандра.

Кэтлин бросила взгляд на Девона, который безуспешно пытался подавить усмешку. Впервые за долгое время она увидела его искреннюю улыбку.

Девушки с энтузиазмом приволокли корзины и начали сваливать в огромную кучу на прилавок разнообразные предметы: ароматизированные мыла, порошки, помады для волос, чулки, книги, новые шнурки для корсета, наборы шпилек, искусственные цветы, коробочки с печеньем, лакричные постилки и ячменные конфеты, металлические ситечки для чая, чулочно-носочные изделия, упакованные в маленькие сетчатые чехлы, набор карандашей для рисования и крошечную стеклянную бутылочку с ярко-красной жидкостью.

– Что это? – спросила Кэтлин, поднимая пузырёк и с подозрением его рассматривая.

– Средство для красоты лица, – ответила Пандора.

– «Цветущая роза», – вмешалась Кассандра.

Кэтлин ахнула догадавшись.

– Румяна. – До этого момента она ни разу даже не держала их в руках. Поставив бутылочку на прилавок, Кэтлин твёрдо сказала: – Нет.

– Но Кэтлин...

– Никаких румян, – сказала она. – И точка.

– Нам необходимо улучшить цвет лица, – запротестовала Пандора.

– Румяна не причинят вреда, – вмешалась Кассандра. – Согласно этикетке: «Цветущая роза» нежная и безвредная... Написано прямо вот здесь, видишь?

– Замечания, которые посыплются на тебя от общества, нанеси ты румяна и покажись на людях, не будут ни нежными, ни безвредными, уверяю. Тебя сочтут падшей женщиной. Или хуже, актрисой.

Пандора повернулась к Девону.

– Лорд Трени, что вы думаете?

– В данном случае мужчине лучше вообще не думать, – поспешно ответил он.

– Тьфу ты, – раздосадовалась Кассандра. Взяв белую стеклянную баночку с позолоченной крышкой, она вручила её Кэтлин. – Это тебе. Крем с экстрактом лилии, от морщин.

– У меня нет морщин, – возмутилась Кэтлин.

– Пока нет, – признала Пандора. – Но когда-нибудь будут.

Девон ухмыльнулся, а близнецы схватили пустые корзины и поспешили прочь за новыми покупками.

– Когда у меня появятся морщины, – печально заметила Кэтлин, – эти двое станут их причиной.

– Это случится ещё очень нескоро. – Девон обхватил её лицо руками. – Но, когда это произойдёт, ты станешь ещё прекраснее.

Её щёки вспыхнули ярким цветом, который не смогли бы придать ни одни румяна. Кэтлин отчаянно пыталась заставить себя отстраниться, но его ласковое прикосновение, словно её парализовало.

Рука Девона соскользнула по её шеи, а рот накрыл губы поцелуем. Охваченная волной жара, Кэтлин ослабла и покачнулась, будто стояла на кренящейся палубе корабля. Он обнял её одной рукой, тесно прижав к себе и без труда обезоружив.

«Я твоя», – однажды Девон заставил её произнести эти слова в карете, пока дразнил и дарил чувственные удовольствия. И это чистая правда. Она всегда будет его, чтобы не произошло.

Из её горла вырвался тихий отчаянный стон, но поцелуй заглушил все звуки. Девон лакомился ею, едва сдерживая пыл. Он наклонил голову, углубив поцелуй. Касаясь её языка своим, Девон уговаривал Кэтлин ответить на поцелуй, который был одновременно нежным и требовательным. Её затопило желание, и она потерялась в водовороте удовольствий.

Вдруг Девон отстранился. Кэтлин всхлипнула и машинально потянулась к нему.

– Кто-то идёт, – тихо сказал он.

Опираясь на стойку, чтобы не упасть, Кэтлин попыталась разгладить платье и восстановить дыхание.

В ротонду возвращались Хелен и Уинтерборн. Уголки губ Хелен были приподняты, будто приколоты булавками. Она чем-то напоминала потерявшегося малыша, которого вели на поиски матери.

Внимание Кэтлин привлёк блеск на левой руке Хелен. Когда она догадалась, что это, сердце упало, а всё чувственное тепло мигом растворилось.

Кольцо.

Всего после двух недель ухаживаний мерзавец сделал ей предложение.