Но в исповеди есть и четвертая ее психологическая сторона, присущая только ей и определяемая ее принадлежностью к религиозной психологии. Это вера в возможность «отпущения» высказанных грехов священником от имени бога. Эта вера обща с верой в возможность откупиться от греха покупкой индульгенции, покаянием, постом или жертвоприношением.

Так в психологии исповеди, как и в психологии молитвы и в ряде других случаев, общие психологические закономерности, искажаясь верой, становятся явлением религиозной психологии. Но наличие этих общих закономерностей, принося человеку облегчение, даже радость, закрепляет соответствующие явления. Если бы исповедь и покаяние в грехах не давали бы людям облегчения, церковь не смогла бы заставить верующих исповедоваться. Здесь, как и во многих других случаях, религия умело использовала в своих целях психологические закономерности.

Константин Эдуардович Циолковский, заглянувший силой мечты и научного предвидения в глубины космоса, считая себя материалистом и монистом, вместе с тем признавал возможность повторного рождения. Вот отрывки из его рукописи, написанной 24 декабря 1933 года, в которой он изложил свои взгляды в форме диалога, названного им «Непрерывность жизни»:

«— В каком состоянии находилось ваше тело до вашего рождения?

— Вещество, из которого я теперь состою, было рассеяно в воздухе, воде и почве.

— Значит, до рождения вы были мертвы?

— По всей вероятности.

— Но раз вы были мертвы, а теперь ожили, то, стало быть, вы воскресли из мертвых.

— Выходит, что так…

— Как вы думаете, может ли повториться жизнь, можете ли вы снова жить после смерти?

— В той же точно форме это невозможно, но в другой форме весьма вероятно…

— Что же последует за вторым рождением?

— Третье, четвертое, и так без конца, и все в новой форме.

— Однако может пройти столько биллионов лет, что и Земли тогда не будет. Как же я тогда оживу и где?

— Вместо Земли будут другие планеты. Вы на них оживете. Форма смертна, но материя бессмертна…»

Конечно, это не упрощенный метемпсихоз (переселение душ), являющийся элементом многих религий, в частности индуизма, считавшего, что душа умершего переходит в другое существо. В любой религии метемпсихоз всегда опирается на веру — потому это явление религиозной психологии. И именно как религиозное суеверие вера в «переселение душ» еще нередко встречается. Потому о ней и говорится в этой главе. Но у К.Э. Циолковского его идея о непрерывности жизни, возможности повторного рождения как сходной комбинации атомов, которое может возникнуть «с интервалом в биллионы лет», это не религиозная идея, а чисто научное заблуждение. Он не знал теории отражения диалектического материализма и психику рассматривал с позиций рефлексологии В.М. Бехтерева. Кроме того, Циолковский не учел, что и сходная комбинация атомов не может дать преемственности сознания. А об этом очень хорошо и с немалой иронией сказал еще Лейбниц:

— Что хорошего, сударь, было бы, если бы вы стали китайским императором, при условии, что вы забудете, кем вы были? Разве это было бы не то же самое, как если бы бог в момент, когда он уничтожил вас, создал в Китае императора? — спрашивал он.

Но для психологии религии важно то, что метемпсихоз в любых его вариантах, кроме варианта К.Э. Циолковского, — это мечта о бессмертии.

Здоровому, полному сил человеку трудно примириться с мыслью о том, что весь мир и его внуки будут существовать, а его уже не будет. Чувство протеста против смерти было свойственно всем народам, во все времена. Вот почему так быстро облетели мир детские слова песни:

Это чувство очень глубоко описал Л.Н. Толстой в статье «Страх смерти».

Миф о бессмертной душе — один из вариантов иллюзии бессмертия. Другим ее вариантом является метемпсихоз. Но иллюзия бессмертия не такая уж безобидная для человечества идея, как может показаться на первый взгляд.

«Если верить в царство бессмертия для всех людей, то война, по-видимому, не будет казаться столь ужасной», — писал прогрессивный американский философ К. Ламонт в предисловии к русскому изданию своей книги, — название ее я поставил в заголовок этого рассказа.

В разгар корейской войны 11 сентября 1950 года в «Нью-Йорк таймс» можно было прочесть следующее:

«Скорбящие родители, чьи сыны были мобилизованы для службы в боевых частях, услышали вчера в соборе святого Патрика, что смерть в бою является частью божьего плана, имеющего целью населить царство небесное».

Еще откровеннее слова одного из английских священнослужителей, сказанные им в проповеди в 1954 году.

— Водородная бомба не является самой большой опасностью нашего времени, — сказал он. — В конечном счете самое большее, что она может сделать, — это перенести значительное число человеческих существ из этого мира в другой, в более жизненный, мир, в который они однажды так или иначе попадут.

Вот куда может привести психология веры в бессмертие!

И все же бессмертие человека есть. Оно — в делах его, оставленных грядущим поколениям. Бессмертие человека не только в произведениях искусства, науки или техники. Человек, выстроивший дом, в котором будут жить люди, или посадивший дерево, под которым будут играть дети, тем обеспечил себе бессмертие на срок жизни дома или дерева. Учитель обретает бессмертие в делах своих учеников. И это уже не иллюзия бессмертия.

Все остается людям!

В Москве, в одном из залов Музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина, находится стела XVIII века до н. э. Стела — это вертикальная плита или колонна с изображениями и текстом, поставленная для увековечивания какого-либо важного события. На этой стеле изображен вавилонский царь Хаммурапи (1792–1750 гг. до н. э.), получающий от верховного бога солнца и правосудия Шамаша свод законов, а ниже высечены клинописью 282 статьи этого закона.

Закон царя Хаммурапи — один из первых юридических кодексов по гражданскому, семейному и уголовному праву. Но чтобы укрепить его значение, государственная власть использовала авторитет и силу религии.

Библия полна указаний не только юридического и морального, но и санитарно-гигиенического характера. И перед каждым из них стоят слова:

— И сказал бог Моисею (или кому-либо другому)…

Так делали не только Хаммурапи и авторы Библии. Очень многие законодатели пытались укрепить законы государственного права силой религиозного чувства. А моральные нормы в большинстве своем опирались на религиозные каноны.

Но ни одна религия в мире не могла создать общества, в котором бы выполнялись моральные нормы, предписываемые ее канонами. В этом убийственная слабость религии.

Теперь наука знает, почему это так происходит. Марксизм, открыв закон развития общества, показал, что в основе жизни общества лежат экономические законы и прежде всего производственные отношения людей, что общественное бытие определяет и общественное и индивидуальное сознание, что и религия, и наука, и искусство, и сами моральные нормы являются надстройкой, а базисом, основой является экономика общества. Но какой огромный путь должно было пройти человечество, чтобы понять эти законы!

Те, кто в своих кодексах восставал против земного деспотизма, нередко пытались обойтись без идеи бога. Тому свидетельства — Великая хартия вольностей, написанная в 1215 году восставшими английскими феодалами, и Декларация прав человека и гражданина, провозглашенная в 1789 году французской буржуазной революцией.