Он стянул футболку через голову, обнажив широкую мускулистую грудь с загоревшей кожей, на которую она постоянно пускала слюни, и татуировку бабочки, которую она надеялась прочертить языком.

"Однажды я полностью заполучу этого мужчину".

Он снял перчатки, черные линии на его руках служили мрачным напоминанием о его жестокой жизни... жизни, которую она хотела смягчить. Катарина заметила, что цвет линий становится глубже каждый раз, когда он возвращается с заданий Гадеса, понимая, что это означает смерть.

Когда-то это вывело бы его из себя. Она и Баден были слишком разными. Теперь? Наступает новая история, новая концовка, потому что она наслаждалась этим новым началом. Его доброта и забота построили мост через огромную проспать, разделяющую их.

Он скинул ботинки, штаны, потом трусы, наконец, оставшись полностью голым и, ох, восхитительным. Он - абсолютное совершенство. Тысячи других слов описывали его, но ни одно не оценивало справедливо.

Его член... Катарина едва могла поверить, что обхватывала его рукой. Он был таким большим. Огромным... но путь к финишу будет забавным.

- Ты смотришь, красавица. - Баден обхватил широкое основание и погладил. - Тебе он нравится? Хочешь его?

"Посмотри на приз". Ну, другой приз.

- Да. Так давай сделаем, что необходимо, чтобы я его точно получила.

Он подошел к ней, остановился, когда они оказались совсем близко. Его великолепный запах дразнил: "Лизни меня, укуси меня, не останавливайся". Его тепло подначивало: "Это меня ты так отчаянно жаждешь".

От одного глубоко вдоха его грудь поднимется напротив ее, создав критическое трение... и ее сопротивление рухнет.

Прикусив нижнюю губу, Катарина кивнула на стол. Баден забрался наверх и растянулся на спине, лицом к ней.

Непослушный мальчик.

- Хочешь наблюдать за мной, да?

- Всегда, - беззастенчиво выдохнул он.

Она выбрала бутылочку масла с ванильным ароматом и растерла им ладони. Прижавшись бедрами к стороне стола, Катарина занесла руки над его грудью, не прикасаясь, позволяя ему дрожать от ожидания.

Сейчас. Она легонько провела кончиками пальцев по его груди вниз, и Баден резко выдохнул.

- Больно? - спросила она.

- Да.

Ожидаемо. Пока что.

- Скажи, если станет хуже.

Она провела кончиками пальцев по тому же месту, снова и снова, всегда нежно, масло оставляло за собой мерцающий след.

Через некоторое время черты его лица разгладились. Напряжение спало.

- Также плохо, как и раньше? - спросила Катарина, теперь обводя пальцами его татуировку в виде бабочки.

В этот раз Баден замешкался.

- Да?

Вопрос. Определенно есть прогресс.

Покорение новой вершины вызвало у него хмурое выражение лица, которое оказалось еще мрачнее прежнего. К счастью, длительный контакт расслабил его, как и раньше. К тому времени как Катарина прикоснулась к каждому миллиметру, он перестал напрягаться и выгибался навстречу каждому прикосновению.

"Продолжай те же короткие и сладкие прикосновения! Всегда заканчивай на позитивной ноте".

Хотя она и дрожала, думая о возможности умереть от желания, Катарина закончила сеанс, хотя оба жаждали больше. Он возразил. Громко возразил. Только ее обещание начать снова утром его успокоило.

Но ночь оказалось мучительной. Они провели ее в разных спальнях. Если бы они остались вместе...

На рассвете Катарина бросилась в ванную и приняла душ. Вода только напомнила ей о горячей и мягкой коже Бадена. "Необходимо снова к нему прикоснуться".

Она натянула кашемировый халат. Обнаженный Баден ждал ее за дверью. Твердый и ожесточенный. Молча он потянул ее к столу, растянулся на нем и стал ждать.

"Полное и безоговорочное поражение".

- Ты готов?

Ее дрожь вернулась, когда она увлажнила руки маслом с запахом ванили.

- Более чем.

После первого прикосновения он отчаянно застонал. После второго - застыл. После третьего... расслабился?

Она скользнула ладонями вниз, ближе к его длине, объекту ее наваждения.

Баден действительно готов к большему?

"Не стоит спешить, только потому, что я изголодалась по нему". Она изменила направление и начала массировать выше и выше, обвела один из его сосков, затем второй. Он выругался, даже маленькие коричневые вершинки напряглись для нее.

- Думаешь, они смогут выдержать мой рот?

Огоньки желания пронизывали ее голос. Нет причин скрывать. Прямо сейчас этот мужчина принадлежит ей.

- Думаю, меня не волнуют, смогут они или нет. Я хочу твой рот. - От него исходили волны агонии и наслаждения, сильнодействующая черная магия, которая ее отравила. - Сделай это. Прошу.

Ноющая боль между ног... слишком сильна! Но Катарина наклонила голову и лизнула языком его сосок. Когда его стоны превратились в жесткие требование, она начала сосать.

- Катарина.　

Баден потянулся к своей длине, желая погладить себя.

- Нет. - Она схватила его за запястья, останавливая. - Это мое. Я не разрешаю.

В его взгляде была мольба.

- Тогда сделай с этим что-нибудь. Не уходи на этот раз.

Она сделает кое-что... но не сейчас. Если она начнет действовать быстро, его агония может полностью затмить наслаждение.

- Не уйду, - согласилась Катарина.

Баден вцепился в края стола, его костяшки пальцев побелели, когда она скользнула пальцами вниз к животу. Ее рот последовал за пальцами. Катарина занялась его пупком, проводя языком вокруг краев, прежде чем осторожно приласкать и поцеловать его бедра, дразня Бадена.

Когда резко убрал ногу подальше от нее, Катарина обеспокоенно остановилась.

- Тебе нужен перерыв?

- Нет! - Капля пота стекла по его виску, исчезнув в волосах. - Продолжай. Пожалуйста.

"Отвлеки его".　

- Что ты подумал обо мне, - начала она и лизнула его бедренную кость, - в день нашего знакомства. Знаю, что выглядела уродливо. Помню твое отвращение.

- Отвращение было направлено не на тебя, а на меня. Я испытывал к тебе желание, которого еще не понимал. Я не собирался брать тебя с собой, но не мог оставить. Я не был достаточно сильным.

Признание сделало что-то непонятное с ней.

- Я думала, ты пришел, чтобы спасти меня, и впервые меня не волновало, что стала дамой в беде. Теперь я знаю, ты спас меня... и стал одним из лучших вещей, которые со мной случались.

Гордость промелькнула в его глазах. Гордость и наслаждение.

- Я защищу тебя, - сказал он. Слова казались тяжелыми, словно Баден давал обет. - Я всегда буду тебя защищать.

- А я тебя.

Но он не закончил.

- Ты можешь положиться на меня, Рина. Я позабочусь о тебе.

Каким бы милым он не был, Катарина не хотела на него полагаться. Это создаст неустойчивость в уже несбалансированных отношениях. Когда один всегда дает, а другой всегда берет, чаши весов никогда не выровняются.

Однако, сейчас не время для такой серьезной проблемы.

- Как ощущения?

- Я готов. Хочу тебя. Нуждаюсь в тебе. Прими меня в свой рот и в свое тело. Просто прими.

Восторг... и собственная агония... оба чувства расцвели глубоко, глубоко в ее душе. В конце концов, отношения между ней и Баденом могут быть не такими уж и несбалансированными. Мощный воин готов умолять.

- Ты чувствуешь боль?

- Да, но сейчас другую. Она хуже и лучше одновременно. - Он оперся ногами. - Я получу тебя, - Баден зарычал. Затем схватился за отвороты ее халата и слегка потянул.

Материал упал на пол, оставив ее обнаженной. Его взгляд обласкал ее с ног до головы, в глазах Бадена читались благоговение и желание, заставляя Катарину дрожать, и силой своего желания подпитывая ее собственное.

- Да, ты меня получишь.　

Она провела кончиками пальцев по его соскам, желая укусить и поцарапать его... не оставив ни одну частичку его тела без отметин желания... которое одолело Катарину. Захватило. Она никогда не испытывала такой животной нужды раньше, но ей это чертовски нравилось.