Глава 5. Соседи и Чудилы

Я почувствовал себя лучше после нескольких часов сна. Живенько, я бы даже сказал. Мне было нечем заняться до репетиции, и я предвкушал ленивый день в компании моих соседей. Мне просто хотелось провести время с Денни и узнать Киру немного получше. Она не переставала меня удивлять. Она отличалась от большинства девушек, которых я знал. В хорошем смысле. И у нее была самая потрясающая улыбка…

Я попивал свой кофе, дочитывая газетную статью, которую начал чуть раньше, когда она впорхнула в кухню. Она еле-еле волочила ноги, а ее волосы после были похожи на птичье гнездо. Она явно не жаворонок. Кира взглянула на меня, сидящего за столом, одетого и готового к новому дню, и, клянусь, ее губы сжались, а глаза потемнели от раздражения. Хотя сложно сказать, было ли оно направлено на меня. Она так же легко могла бы проклинать солнце за то, что оно встает.

– Доброе утречко, – жизнерадостно произнес я.

Она прокряхтела что-то похожее на «Угу».

Мне показалось, что немного кофе взбодрит Киру, так что я оставил ее в покое и вернулся к чтению газеты. Я подождал, пока она устроилась за столом и сделала глоток кофе, прежде чем задал вопрос, которые до смерти хотел задать с самого окончания вчерашнего концерта.

– Ну, что скажешь?

Я не мог сдержать ухмылку. Помня выражение ее лица, когда она танцевала, я мог точно сказать, что ей нравилось. Она боролась со своими эмоциями, будто собиралась спустить меня с небес на землю, но ее удовольствие было искренним.

– Вы клевые ребята. Серьезно, это было невероятно.

Я кивнул, отпивая кофе. Я знал это.

– Спасибо, я передам парням, что тебе понравилось, – заинтригованный тем, как она ответит, взглянул на нее и спросил: – Уже не так непристойно?

От этого воспоминания на ее лице промелькнуло знакомое смущение, но затем ее черты осветились легкой улыбкой. Сегодня ее глаза были более карими, оттенка теплого меда, который подсказывал, что за этими глазами прячется чуткая душа. Чувственность, окруженная тонкой зеленой линией решимости. Замечательно.

– Да, гораздо лучше… Спасибо.

Я усмехнулся ее ответу, и мы допивали кофе в уютной тишине. По крайней мере, тихо было до того момента, пока Кира не выпалила:

– До нас твоей соседкой была Джоуи?

Я медленно поставил кружку, пока напряжение просачивалось в комнату. Будет ли она судить меня за то, что произошло с моей бывшей соседкой? Заклеймит ли меня как бабника, игрока, самодовольного придурка? То, что она может увидеть меня в таком свете, действительно разочаровывало. Черт. Какого хрена Гриффину постоянно нужно открывать рот в самое неподходящее время?

– Да… Она съехала незадолго до звонка Денни насчет жилья.

Давай больше не будем об этом говорить.

Когда Кира осматривала меня, в ее глазах разгоралось любопытство. Ей было интересно, но действительно ли она так хотела это знать? Надеюсь, нет. Она подумает самое худшее обо мне.

– Она оставила кучу вещей. Вернется забрать?

Я задержал дыхание, взглянув вниз. Вины Джоуи в этом больше, чем моей, но прозвучит это все равно не лучшим образом. Снова посмотрев на нее, я бросил:

– Нет… Я почти уверен, что она уехала из города.

Она была королевой драмы, повернутой на контроле и, вероятно, психически неуравновешенной, поэтому то, что я… переспал с ней, выглядит не лучшим образом, так что я, пожалуй, оставлю это при себе. Пожалуйста, не спрашивай, что случилось.

– Что случилось? – спросила она, игнорируя мою мысленную мольбу. Черт возьми.

Я остановился в поисках способа описать ситуацию с Джоуи, не выставив ни одного из нас в плохом свете.

– Недоразумение, − вот то, что мне удалось придумать.

По моему предостерегающему тону Кира, казалось, поняла, что я не хотел говорить о Джоуи. Этот разговор для меня был изначально проигранной битвой. К счастью, Кира на продолжении не настаивала. Она сочувствующе улыбнулась и сосредоточилась на своем кофе.

Когда Денни спустился вниз, Кира поднялась и обняла его так, будто он возвращался с войны, а не из душа. Это заставило меня улыбнуться. Денни закрыл глаза и обнял ее в ответ, и его объятия были точно такими же всеобъемлющими. Я никогда прежде не видел людей, которые обнимались как будто не телами, а душами. И я снова поймал себя на мысли, что завидую им.

Отстраняясь, Денни спросил Киру.

– Последний день полной свободы. Чем хочешь заняться?

Кира закусила губу, размышляя об этом.

– Побездельничаем? – пожала она плечами.

Денни посмеялся и взял ее за руку.

– Бездельничать я умею, – сказал он и посмотрел на меня. – Ты как, Келл, не хочешь позависать с нами немного?

– Еще бы, – ответил я.

Кира нервничала из-за начала работы в баре «У Пита», так что мы с Денни провели следующий час, тренируя её. Пробежались по всем напиткам, какие только сумели вспомнить. Она, конечно, ни за что не запомнит их все, но мы хорошо провели время. Несколько коктейлей мы даже выдумали. Просто чтобы подготовить ее получше.

Когда я собирался уходить чуть позже вечером, Кира, казалось, наконец почувствовала относительную уверенность касательно новой работы. А вот Денни утратил самообладание. Я думал было отменить репетицию, остаться дома и пропустить с ним п стаканчику, но судя по тому, как смотрела на него Кира, она явно знала более действенный способ успокоить его. Усмехнувшись и махнув рукой на прощание, я оставил их наедине.

Следующим утром Денни казался бледным, но все же был спокойнее. Я пил кофе и читал газету, когда в кухню вошла Кира. Она взглянула на мою футболку и рассмеялась. На мне была одна из множества футболок с логотипом группы, которые сделал Гриффин. В самом центре большими белыми буквами было гордо выведено наше название – «ЧУДИЛЫ».

Я в шутку сказал, что могу и ей одну такую достать, и Кира восторженно кивнула, сверкая добродушной улыбкой. Когда чуть позже вниз спустился Денни в мятой футболке и таких же штанах, он тоже высказался по поводу моей майки. Я мысленно отметил, что нужно будет прихватить парочку у Гриффина.

Мы с Кирой поднимали Денни настроение перед его первым рабочим днем. Она назвала его горячим, я поддразнил его, согласившись. Она поцеловала его на прощание, а я игриво чмокнул его в щеку. Уходя, он смеялся, и я знал, что, даже если он все еще немного нервничал, на работе он порвет всех. Денни умный парень. И всегда таким был.

После этого я остался наедине с Кирой впервые с тех пор, как она приехала. И то, что мы были в доме только вдвоем, было странного приятно. Она наполняла дом миролюбивой энергией. Теплой, милой… невинной. Просто нахождение рядом с ней заставляло меня чувствовать себя лучше.

Я работал над песней за столом, пока Кира смотрела телевизор в гостиной. Я заметил, что она наблюдал за мной с дивана, и, подумав, что она могла бы помочь мне, я обратился к ней с вопросом:

– Что ты думаешь об этих строчках:

«Громко кричат немые глаза,

Моля о пощаде.

Вонзаются в душу пустые слова,

Вскрывая старые раны.

Мы оба истекаем кровью и слышим только бой сердец,

Но боль не уходит, она безвременна и бесконечна»

Кира смотрела на меня, будто лишенная дара речи. На мгновение я подумал, что, может, не должен был делиться этими стихами с ней. Может, стоило выбрать что-то более мягкое, что-нибудь легкое и веселое. Но это то, над чем я сейчас работаю, и спрашивая ее мнение, я мог поделиться частичкой себя, не открываясь на самом деле. Пока она не просила меня объяснить слова, я был в безопасности.

Сглотнув, она глубоко вздохнула и сказала:

– Ну, я не слишком хорошо разбираюсь в музыке, но, может, если бы в третьей строчке было что-то, что рифмуется с ‘глаза’ звучало бы лучше? – она пожала плечами, и на ее лице появилось виноватое выражение.

Я улыбнулся, давая ей знать, что ни в коем случае не обижен ее предложением. Большинство людей просто говорят: «Звучит круто», - и не заморачиваются над тем, чтобы дать настоящий совет. Я оценил ее искреннюю попытку сделать эту песню лучше.

– Спасибо, думаю, ты права. Я поработаю над этим, – ее глаза загорелись, когда она поняла, что я искренне благодарен ей за помощь.

Когда я вернулся к работе, то почувствовал что-то в груди, постепенно расходившееся по всем мышцам до тех пор, пока тепло не окутало меня полностью. Не знаю, удовлетворенность ли это, уют, счастье или что-то еще, но это было замечательное ощущение, и я впитывал его как губка.

Кира начала готовиться к смене за пару часов до ее начала. Интересно, правда ли ей нужно так много времени? Она, кажется, не из тех, кто безбожно долго красится и наряжается. Ее красота была естественной, ей ничего не нужно было делать, чтобы что-то улучшить. Но когда она спустилась и спросила про расписание автобуса, я поняла, почему она начала собираться так рано.

Покачав головой, я сказал, что отвезу ее. Она долго смотрела на меня от двери, держа в руках куртку.

– Нет-нет. Это вовсе не обязательно.

Наверняка она просто не хотела быть обузой. Но для меня это не проблема. Кроме того, я итак практически жил в «Пите». Поездка туда была едва ли большей проблемой, чем поход к холодильнику.

– Не проблема. Возьму пивка, поболтаю с Сэмом. Я буду твоим первым клиентом.

Я улыбнулся ей так очаровательно, как только мог, но она не выглядела тронутой моим комментарием. Вообще-то, она казалась еще более настороженной.

– Ладно, спасибо, – войдя в гостиную, сказала она.

Она села на диван рядом со мной и уставилась в телевизор, играя с молнией на своем жакете. В этот момент она напомнила мне Денни: комок нервов в ожидании перемен. По телеку шли какие-то старые ситкомы, но мне не было дела до того, что смотреть, поэтому я передал пульт Кире.

– Держи, я ничего не смотрел.

– Спасибо.

Пролистывая каналы, она, казалось, была правда тронута моим жестом.

Мне было интересно, что она выберет, и я был немало удивлен, когда она остановилась на сцене с двумя людьми, явно очень увлеченных друг другом. Она что-то спросила у меня про каналы, как будто не подозревала, на что переключила. Я старался сдерживать смех, ожидая, пока она наконец поймет, что смотрит. Думаю, она сгорит со стыда, если осознает, что смотрит порно рядом с едва знакомым парнем.