− Да, кто-то зашел в дом и взял ключи. Ты не слышал?

Девушка смотрела на меня с недоверием, словно это итак было ясно как день.

− Я был немного занят, − стиснув зубы, произнес я. − Слышал что? Что случилось?

Она пожала плечами и указала большим пальцем в сторону двери.

− Какая-то девушка вошла в дом, возилась в соседней комнате, позвала тебя по имени, заглянула в дверь, затем сбежала вниз по лестнице и, видимо, уехала на твоей машине, − блондинка улыбалась. − У меня потрясающий слух, − сказала она и, нахмурившись, продолжила: − Я думала, ты в курсе, что она наблюдает, и поэтому держал меня за волосы. Я решила, может, тебе нравятся зрители, − она снова пожала плечами. − Это очень сексуально.

Я смотрел на нее, не веря своим ушам, пока пытался осознать все, что она сказала.

− Она угнала мою машину. Она. Угнала. Мою. Машину. Ни хрена себе.

Моя спутница только пожимала плечами с выражением «Ну, что уж тут поделать?» Сощурившись, я застегнул штаны и поднял куртку.

− Мы уходим, − бросил я. Она подняла руки вверх.

− Как? Она угнала твою тачку.

Сбежав вниз по лестнице, я поднял трубку телефона на кухне и набрал первого человека, который пришел в голову. К счастью для меня, он ответил.

− Да.

− Мэтт. Это чрезвычайная ситуация. Мне нужна твоя помощь.

− Келлан? Что происходит?

− Кира украла мою чертову машину, и мне нужна тачка, чтобы ее вернуть.

− Она... Что? – рассмеялся Мэтт.

Я не разделял его чувства юмора по этому поводу и просто молчал в трубку. Тогда он кашлянул и сказал:

− Хорошо, да. Приеду, как только смогу.

Я повесил трубку, не сказав ни слова, затем открыл холодильник и схватил пиво. Открыв его на стойке, я выпил его залпом. Она украла мою машину. Я не мог в это поверить.

Моя спутница спустилась, когда я открывал вторую бутылку.

− Можно и мне одно? − спросила она.

Разозленный, я проигнорировал ее.

– Ладно, − пробормотала она. − Ну, я поеду автобусе, если ты не против.

Я поднял руку, показывая, что мне все равно.

− Потрясающе. Ну, спасибо за... Это. Надеюсь, ты вернешь свою машину.

Она вышла из кухни, а затем и из дома. Я повел себя с ней как последний засранец, но, вспоминая мотивы своего поведения, вспоминая, что Кира просто взяла и угнала мою малышку, я не чувствовал ничего кроме злости. Какого хрена она так со мной поступила?

Когда Мэтт наконец подъехал, я уже прикончил четыре бутылки пива в попытках успокоиться. Это не работало. В ту же секунду, как он вошел в дом, я сорвался с места со словами:

− Она у Пита. Поехали.

Мэтт перехватил меня за руку, когда я шагал мимо него к выходу.

− Подожди Келл, может тебе для начала успокоится. Уверен, у нее была веская причина.

Одернув руку, я прищурился.

− Я чертовки спокоен. Разве не видно?

Мэтт вздохнул, но последовал за мной. Я допил пиво по дороге в бар.

− Ты сможешь сесть за руль, когда мы вернем твою машину?

− Все будет хорошо, − ответил я.

− Как знаешь.

Я не стал ждать, пока Мэтт припаркуется, и вышел практически на ходу.

− Боже, Келлан, − бормотал он, когда я хлопнул дверью и понесся к бару.

Бегло взглянув вправо, я увидел мою Шевелл. Слава Богу, она цела и невредима. Если бы Кира ее поцарапала…

Я влетел в двери и стал осматривать бар, пытаясь найти Киру. И обнаружил ее в зоне с нашими столиками. Ее глаза расширились при виде меня, и она осмотрелась, словно пытаясь отыскать путь отхода. Нет, я ни за что не отстану, пока не верну ключи.

Мэтт догнал меня и положил руку мне на плечо, пытаясь меня удержать.

− Келл, подожди…

Я рванул с такой силой, что оказался к нему лицом.

− Ты высказал свое мнение, а теперь отвали.

Зная, что я нахожусь на грани срыва, Мэтт поднял руки вверх и отошел от меня. Я повернулся к Кире и сосредоточил весь свой гнев на ней. Ты сделала это со мной. Ты использовала меня, заставила желать тебя, а после отвергла. И вдобавок ко всему, ты украла единственную вещь, которая имела для меня значение.

Сначала Кира выглядела испуганной, но потом вздернула подбородок, бросая мне вызов. Боже, она была такой привлекательной. Я хотел целовать эти пухлые губы, которые она сейчас так старательно поджимала. Хотел схватить ее за волосы и притянуть к себе. Хотел развернуть ее, согнуть над столом, и взять прямо здесь перед всеми. Я хотел сказать, что люблю ее.

Но я не мог всего этого сделать, и все, на что меня хватило, так это беспомощно вытянуть вперед руку. Кира, казалось, была слегка разочарована моей реакцией. Хотела, чтобы я нагнул ее над столом? Это было бы менее обидно?

− Что? − заносчиво осведомилась она. Этот ее дерзкий тон ужасно меня бесил.

− Ключи, − проскрежетал я.

− Какие ключи? − спросила она, бросив на меня горящий взгляд.

Я так сильно хотел взять ее прямо сейчас, что у меня снова заныло в паху. Мэтт был прав, мне нужно успокоиться.

− Кира... Вон там стоит моя машина, − я указал в сторону парковки. − Я слышал, как ты ее забрала...

Это замечание зацепило ее.

− Раз слышал, то почему не остановил?

− Я...

Она ткнула пальцем мне в грудь.

− Ты же был на свидании, − над последним словом она пальцами показала кавычки.

Мне показалось, что в помещении закончился кислород. Пребывая в бешенстве из-за того, что Кира угнала мою машину, я забыл, что именно она видела. Она застала то, как незнакомая девушка делала мне минет. Да, я всякое слышал между ними с Денни, но ничего не видел. Думаю, я бы точно сошел с ума. С ней случилось тоже самое? Что ж, это не должно иметь значения, пусть она что-то и увидела.

− И что с того? Почему ты в праве украсть мою машину? – придя в себя, крикнул я.

− Я ее позаимствовала, − задрав подбородок еще выше, возразила она. – Чисто по-дружески, разве это не принято?

Прекрасно. В этом-то и суть нашей проблемы, не так ли? Между нами всегда было чуть больше, чем дружба.

Заметив выпуклость в переднем кармане ее джинс, я сунул туда руку и забрал ключи.

− Эй! − крикнула она, пытаясь отпихнуть меня.

Но ключи уже были при мне. Сжимая связку, я поднес прямо к ее лицу. Я не хотел говорить то, что крутилось в моей голове, но в гневе все вырвалось наружу.

− Мы не друзья Кира. И никогда ими не были.

Развернувшись, я умчался прочь от нее. Я знал, что она поймет меня неправильно и воспримет эти слова как оскорбление, но я был слишком зол чтобы вернуться и объяснить, что к чему. Она слишком далеко зашла.

Выйдя из бара, я тут же почувствовал себя полным дерьмом. Но я ведь сказал лишь то, что действительно считал правдой. Может быть, на долю секунды нас и можно было назвать друзьями, но, когда Денни уехал из города, всё изменилось. Мы изменились. Дружбу невозможно вернуть, когда ты влюбляешься в своего друга. А я любил ее так сильно...

Добравшись до дома, я нырнул в свою комнату, закрыл дверь и включил музыку. Мне нужно подумать. Побыть одному. Меланхоличные мелодии, игравшие на фоне, вдохновили меня писать, и я достал свой блокнот. Большинство написанных в нем текстов были полной ерундой, но кое-что может сгодится. Одна из строчек особенно бросилась в глаза: ты никогда не узнаешь меня, ведь я тебе никогда не откроюсь.

Разве это не правда? Почему на бумаге быть откровенным намного проще?

На следующее утро я проснулся рано, все еще сжимая в руке блокнот. Недописанный обрывался текст внизу страницы. Глядя на криво нацарапанные строчки в тусклом свете ночника, я пытался вспомнить, о чем я думал, когда писал это. Однако момент был упущен, слова навсегда позабыты. А текст стал очередной лирической жертвой моего подсознания.

Соскользнув с кровати, я начал свою утреннюю тренировку. Когда мой пресс уже горел, я переключился на руки. Закончив с отжиманиями, я понял, что верхняя часть тела аж подрагивает от напряжения. А нервы натянуты до предела. Мне нужно что-то сказать Кире. Я не мог позволить своим грубостями встать между нами. Нам и так хватает неприятностей.

Я побрел вниз, пытаясь найти силы, чтобы налить кофе, но сил не хватило. Я рухнул за стол обхватил голову руками, придумывая, что сказать Кире. Обычное «прости» казалось лучшим, но недостаточным.

Я услышал, как Кира вошла в кухню, и приподнял голову. Она хмуро смотрела на меня, определенно обиженная моими словами. Я начал было говорить, но Денни появился следом за ней, и я заткнулся. Кира улыбнулась, повернувшись к нему.

− Я понимаю, что ты уже оделся, но, может, поднимемся и примем душ по-быстрому?

Мое сердце сжалось, когда она недвусмысленно закусила губу. Я знаю, что она имеет в виду. Как и Денни. Я смотрел в стол, пока Денни, смеясь, отвечал ей:

− Я бы рад, солнышко, но тогда я опоздаю. Скоро праздники, и Макс бушует.

− Ох. Да ладно тебе, всего пять минут?

Кира издевается надо мной. Я знаю, она делает это только чтобы причинить мне боль, так что все мое желание извиниться перед ней испарилось.

Поздравляю, Кира, ты меня вернула. Если ты собираешься играть в эту игру, то я составлю тебе компанию, и, если ты можешь принять это, и я тоже могу. Боль в студию!