Глава 22 Макс

Финансовые отчеты на моем столе свидетельствовали том, что усилия в области маркетинга и пиара, которые мы предприняли в «JOS», благотворно повлияли на деятельность «Hurst & McCoy». Бесконечные телефонные звонки, публичные выступления, интервью для телевидения дали свои плоды.

В перерывах между работой на объекте строительная бригада представляла мне отчеты каждые двенадцать часов.

Ситуация, наконец, развивалась в нужном направлении, оставался неразрешенным только вопрос с неизвестным типом, который пытался наехать на Стеллу. А вот здесь пока был капитальный тупик. Никто из тех, с кем разговаривали наши люди в Южной Америке, а также Педро, не заметили ничего подозрительного или экстраординарного.

Прошло две недели с тех пор, как мы вернулись с озера Ланье, и я бы многое отдал, чтобы снова оказаться там сегодня вечером. Однако вместо этого нужно пойти домой и подготовить Стеллу к новости о том, что в понедельник я вынужден улететь в Нью-Йорк, а потом отправиться прямиком на фабрику для пробного запуска нового оборудования.

Меня убивала мысль о предстоящем расставании, но этого следовало ожидать. Возможно, мой сюрприз немного смягчит удар.

— Макс, — в кабинет вошла Дана и вручила мне конверт, свирепо скрестив руки на груди.

— Что это?

— Эта кипа счетов, отправленных в «Hurst & McCoy». И они не оплачены.

— Дана. Зачем ты принесла их мне?

— Я взяла на себя смелость войти в систему платежей и увидела, что на них стоит пометка полностью прекратить оплату.

— Что?!

— Ты меня слышал.

— Хочешь сказать, что им не заплатили ничего? Даже аванс?

— Ничего.

— Что за черт?!

— Чтобы дать тебе небольшую подсказку, я осмелилась вписать в твое расписание звонок главному бухгалтеру через пять минут.

— Это же десятки тысяч долларов! Почему я не в курсе? — Я пролистал счета.

— Лейси сказала, что Стелла обеспокоена. Она думает, что это связано с вашими отношениями.

— Полная чушь! Это ее бизнес. Стелла посвятила нам без отрыва несколько недель работы, отодвинув других клиентов на второй план. Не могу поверить, что она не потрудилась сообщить мне о неполученной оплате! Так вот почему Эдвард избегает меня.

На столе у Даны зазвонил телефон, и она развернулась, чтобы уйти.

— Они поспешили с выводами, но ты должен немедленно решить этот вопрос, а потом уже назначать другую встречу.

Я кивнул в знак согласия и откинулся в кресле, ожидая, когда она переведет звонок на меня. Как только зазвонил мой телефон, я нажал кнопку громкой связи и гаркнул: — Маккой!

— Макс, это Грант, и со мной рядом Бренда — главный бухгалтер, — было отчетливо слышно, что Грант нервничает.

Он трудился на должности финансового директора уже много лет, был назначен еще при жизни отца, и вместе мы всегда работали слаженно. Черт, он даже помог мне скрыть снижение прибыли несколько месяцев назад. Однако сейчас я злился, и он, разумеется, должен был быть в курсе допущенной оплошности.

— Грант, предполагаю, ты в курсе, какие данные недавно попали ко мне на стол?

— Я только что узнал об этом, но мы оказались в сложной ситуации. Оплата «Sullivan PR» приостановлена до тех пор, пока не поступит прямое указание от совета директоров. Эдвард лично прислал служебную записку. И, вообще-то, именно твои инициалы стоят на линии подписи.

Дана влетела в мой кабинет с раскрасневшимся лицом.

— Я бы никогда не допустил этого! Еще вчера вечером я лично дал тебе указание оплатить семьдесят пять процентов от суммы этих счетов. Я скажу Дане напечатать новую служебную записку и включу в нее весь совет директоров, исполнительную группу и менеджеров среднего звена. Подозреваю, они — не единственный поставщик, с которым сложилась подобная ситуация? Скольким еще компаниям мы задержали оплату?

В ответ тишина.

— Грант?

— Больше никому, сэр, только «Sullivan PR».

— Не напрягайся с переводом денег на их счет. Выпиши чек и через десять минут принеси ко мне в офис. Я лично передам его. Меня не будет в офисе ближайшие несколько недель, но Дана внесет в расписание нашу встречу, и мы поговорим с тобой с глазу на глаз по возвращении. Подобные ситуации недопустимы!

Я нажал кнопку отбоя прежде, чем он успел ответить. Дана завертела головой и посмотрела на меня с сожалением, а потом вернулась за свой стол. Через пять минут было готово новое служебное распоряжение, которое осталось только утвердить. В нем в основном говорилось о том, что любые ограничения в оплатах кому-либо из поставщиков теперь могут исходить исключительно от меня и будут включать объяснения задержки. Я его подписал.

Пять минут спустя пришел Грант. Выглядя пристыженным, он передал мне конверт. Я тут же вскрыл его, дабы убедиться в правильности указанной суммы.

— Макс, я оказался в безвыходном положении. Из-за вашей с Эдвардом борьбы за власть весь мой отдел боится потерять работу. Бренда лишь выполняла указания Эдварда.

— А тебе не показалось странным то, что ограничение в выплате коснулось лишь одной компании?! Той, которая упорно помогала спасти нашу репутацию… — Да, но, честно говоря, увидев твои инициалы, я решил, что ты одобрил это решение.

— Я бы никогда не приостановил платеж поставщику за выполненную работу.

— Правда ли, что у вас возник личный интерес к этому поставщику? — тихо спросил Грант.

— Если ты пытаешься выудить информацию в погоне за сплетнями, я не стану отвечать. Если ты спрашиваешь, желая убедиться в моем желании, что маленькая фирма, проделавшая огромную работу, получит достойную оплату, тогда мой ответ — «да».

Он кивнул и вышел из кабинета, а я взял пальто и свои вещи. По дороге к выходу Дана вручила папку с несколькими копиями моего графика и пожелала удачи.

Подойдя к машине, я решил немного прокатиться по городу. Однако во время поездки на заднем сидении лимузин, я постоянно прокручивал в голове сложившуюся ситуацию и взбесился еще больше.

Мы подъехали к зданию Общества защиты животных. В это время небольшая группа волонтеров с собаками собралась возле него, и я присмотрелся, нет ли среди них Зверюги. Усмехнувшись, снова прокрутил в голове эту кличку, и она стала мне нравиться еще больше. У секретаря округлились глаза, как только она узнала меня. Она подняла телефонную трубку и мягко заговорила, одарив меня при этом застенчивой улыбкой.

Секунду спустя кто-то за моей спиной произнес тихим голосом: — Мистер Маккой?

— Можно просто Макс, — я развернулся лицом к женщине и пожал протянутую руку.

— Я Таня — директор этого заведения. Пожалуйста, следуйте за мной.

— Мы вошли в маленькую комнатенку. В углу стояла корзина, в которой находился светло-серый щенок, за которым я присматривал последние две недели.

Девочка с трепетом смотрела на меня. Вместо того чтобы сесть на стул, я опустился на колени и запустил руки в корзинку, желая погладить щенка. Сначала она попятилась назад, а затем, обнюхав каждый палец, принялась облизывать их.

— Иди сюда, маленькая Зверюга, — ласково позвал я, и она завиляла хвостом.

— Вы уже дали ей кличку? — спросила Таня.

— Нет, это прозвище. Стелла сама даст ей кличку.

— Я рада знакомству со Стеллой. Она очень заботилась об этом помете и их здоровье.

— Я непременно привезу ее встретиться с вами. Спасибо, что позволили это.

— Это действительно очень мило с Вашей стороны. Надеюсь, она хорошо все воспримет.

— Конечно, да. Она и не подозревает, что я решил забрать щенка сегодня. Все знают об этом сюрпризе кроме нее.

— Мистер Маккой, не хочу показаться навязчивой, но Ваше присутствие в этом приюте очень много значит для нас. Могу ли я сделать Ваше фото для нашей стены достижений?

— Нет.

— Ну, ладно. Я понимаю.

— Нет, я пришлю вам фотографию, на которой будем мы со Стеллой. Вы можете даже написать наши имена. Я хочу, чтобы она стала частью этого. Это, в первую очередь, для нее.

У Тани посветлело лицо, и она быстро кивнула.

— Конечно. Это будет чудесно.

— Могу я теперь открыть дверцу?

Таня бросилась вперед, открыла задвижку, и щенок, наконец, оказался в моих руках, облизывая меня.

— Я предоставил Вам все необходимое, правильно? И теперь могу выйти за эту дверь со Зверюгой?

— Конечно, сэр. И спасибо за столь щедрое пожертвование. Оно значительно поможет другим животным, которым пока не повезло найти своих хозяев.

— Спасибо за помощь! Стелла будет тронута. — Я поднялся с колен, удерживая извивающегося щенка на руках.

Когда я выходил из комнаты, на меня уставилось множество глаз, и последовало несколько щелчков камер на телефонах, но я держал голову прямо и сосредоточенно шел вперед. Далее нужно было добраться до «Sullivan PR» быстрее, чем эти фотографии попадут в сеть.

Оказавшись на заднем сидении лимузина, я отправил Джейку сообщение, что уже в пути. Он ответил, что все идет, как и планировалось ранее. Подъехав к офису Стеллы, я заметил мамину машину перед входом, а она сама стояла у порога с камерой, осмотрительно спрятанной за спиной.

Стелла находилась в офисе, и Лейси должна была обсуждать с ней проблемы фиктивного предприятия, любыми путями отвлекая до тех пор, пока я не окажусь в здании. Расправив ярко-красный бант на шее собаки, я в который раз мысленно поблагодарил Дану и выпустил собаку побегать по траве. Я читал, что от волнения животные могут часто писать, а этой собаке предстоит нечто большее, чем просто волнение.

Звук входного звонка сообщил всему офису о нашем прибытии. По моему сигналу Лейси громко проворчала: — Кто, черт возьми, это может быть?!

Как только Стелла возникла в дверном проеме, я наклонился и помог щенку взобраться. Животное заскулило, пока не услышало голос Стеллы, а затем нерешительно повернулось в сторону шума. Как только девочка увидела Стеллу, сразу побежала в ее сторону, неуклюже спотыкаясь, и тем самым вызвав всеобщий смех. Стелла упала на колени и завизжала, когда Зверюга оказалась в ее руках. Защелкали камеры, и в комнате начали раздаваться охи и ахи.