Глава 16

ТЕРЕКС

Я едва уворачиваюсь от меча, нацеленного мне в голову, и из моего горла вырывается рычание. Поскольку воин молод, он использует тренировочный меч, но отвлекаясь во время тренировки, воины не редко теряют зрение.

— Хорошо, — я киваю Арексу, который ухмыляется моей похвале, бросаясь вперед.

На этот раз мне удается отодвинуть свои мысли в сторону, сосредоточившись на молодом воине передо мной. С уходом Ракиза его обязанности ложатся на меня. Есть много других опытных воинов, готовых провести обучение, но после нескольких дней работы над глупыми вопросами совета и принятия решений, которые непосредственно влияют на судьбы наших людей, мне нужно было выпустить пар, а не что так не помогло, как продолжительная тренировка.

Я двигаюсь в сторону, отбрасывая руку Арекса своим предплечьем. Он чуть не роняет меч, и я, прищурившись, смотрю на него.

— Этот выпад вывел тебя из равновесия. Помни, вуальди возможно и меньше нас, но зачастую они намного быстрее. Двое из них могли бы выпотрошить тебя в мгновение ока.

Его губы сжимаются, но он кивает, отступая назад. Я ставлю его в пару с Ровиксом, воином, известным своей быстротой в бою. Он должен научить Арекса некоторым трюкам, чтобы легче держаться на ногах.

Мимо проходит маленькая самка, практически рядом с тренировочной ареной, и мое сердце подпрыгивает к горлу. Но мои плечи тут же опускаются, когда я понимаю, что она слишком высокая, чтобы быть Элли, и я хмурюсь, узнав в этой самке Вивиан.

Она поднимает бровь, глядя на меня, но продолжает идти, бросая взгляды на воинов, которые замирают, когда она проходит мимо.

Я поворачиваюсь, приподнимаю брови, и тренировка продолжается.

Последние несколько дней Элли нигде не было видно, хотя Вивиан сказала мне, что она остановилась у нее. Каждую ночь я оказывался у входа в их кради, готовый взять ее на руки и отнести обратно в мои меха.

Прошлой ночью я подошел достаточно близко к кради Вивиан, чтобы услышать голоса двух самок. Хотя я не смог расслышать, о чем они говорили, звук мягкого голоса Элли перевораживал мои внутренности, и я долго стоял, сжав кулаки, борясь с желанием отправиться к ней.

«Если моя крошечная самка захочет меня, она придет ко мне».

Это мантра, которую я повторяю в течение всего дня. Честно говоря, я знаю, что близок к тому, чтобы встать перед ней на колени. Возможно, сегодня ночью я буду умолять ее вернуться ко мне, отчаянно желая провести с ней хотя бы еще одно мгновение, даже если она покинет меня.

Я отворачиваюсь от тренировочной арены, чертыхаясь. Если Элли не придет ко мне сегодня…

Возможно, она действительно не хочет меня.

ЭЛЛИ

Мои руки дрожат, когда я ищу Терекса. Сейчас или никогда. Если он не захочет меня после того, как выслушает то, что я хочу сказать…

Я отгоняю эту мысль. Я сожгу этот мост, когда доберусь до него.

Я спрашиваю у всех вокруг, и Арана говорит мне, где найти Терекса. Я вдыхаю сквозь зубы. Конечно, он всегда среди людей. И вполне вероятно, что одна или двое из самок надеются заменить меня в его постели.

Я качаю головой, выдыхая. Если я собираюсь пройти через это, я должна отпустить ревность. До того, как я сожгла наши отношения дотла, Терекс смотрел только на меня. Он никогда не давал мне понять, что хочет быть с кем-то еще, никогда даже не оглядывался на женщин, которые постоянно бросались на него.

Он верный, благородный, стойкий. Это я позволила своей неуверенности взять верх.

Сейчас или никогда.

Он в общей зоне, возле огня, где, кажется, проводит большую часть своего времени в эти дни. Неужели он, как и я, постоянно ищет, чем бы отвлечься? Или он наслаждался бы общением, когда я была с ним, но я помешала ему своей ревностью?

Я колеблюсь, ладони вспотели, а сердце бешено колотится. Вивиан болтает с одной из других женщин, указывая на что-то на своем платье, и женщина смеется, разглаживая рукой ткань.

Вивиан смотрит мне в глаза, поднимая бровь, и я почти разворачиваюсь и убегаю, мои щеки пылают, когда женщина, с которой она разговаривает, тоже поворачивается ко мне.

Я пытаюсь совладать с дыханием, все еще не в силах сделать шаг вперед, и она закатывает глаза. Терекс подходит к ней, задавая вопрос другой женщине, и Вивиан наклоняется, застенчиво глядя на него из-под ресниц, и что-то тихо шепчет.

Терекс улыбается ей, и я скриплю зубами. Я знала, что ей нельзя доверять.

Вивиан игнорирует меня, придвигаясь ближе, и мой рот приоткрывается, когда она проводит рукой по его рубашке, прямо там, где под тканью находится чешуя, при этом кокетливо смеясь.

Вот и все. Я шагаю вперед, кровь стучит в ушах. Мне кажется, что я парю над своим телом, и я наблюдаю как будто издалека, как мои руки отталкивают ее.

— Он мой, — рычу я. — Отвали.

Ее рот расширяется от шока, когда она отшатывается. А потом она хитро улыбается мне.

Какого черта?

— Чёрт возьми, пора бы тебе отрастить яйца. Я уж думала, мне придется перед ним сверкнуть чем-то или что-то в этом роде, прежде чем ты подойдешь сюда.

Я хмуро смотрю на нее, а затем закрываю глаза от унижения, когда понимаю, сколько людей смотрят на меня. Для того, кто ненавидит повышенное внимание к себе, я привлекла к себе все взгляды.

Вивиан просто пыталась спровоцировать меня на решительные действия. И моя неуверенность не только стоила мне Терекса, но и едва не стоила моей зарождающейся дружбы с ней.

Я открываю глаза.

— Прости, — говорю я.

— Не думай об этом, — она улыбается мне, а затем ее глаза скользят к Терексу, и она уходит, оставляя его смотреть на меня.

Его глаза не ледяные, но и не теплые. Он больше не смотрит на меня, как будто не хочет смотреть ни на что другое. Вместо этого он настороженно смотрит на меня, ожидая, что же я скажу.

— Терекс…

— У меня ничего с ней не было, Элли, — вздыхает он, отводя взгляд, на его лице застыло разочарование. Он разочарован во мне, и это причиняет боль где-то глубоко внутри.

— Я знаю, — говорю я, и его взгляд встречается с моим. Вот оно. Сейчас или никогда. — Я понимаю, что несправедливо ожидать, что другие женщины не будут флиртовать с тобой. Я не могу контролировать это, и я знаю, что ты не поощряешь это. Я знаю, что ты хочешь меня. По крайней мере… ты хотел меня до того, как я все испортила.

Он сужает глаза, открывает рот, и я поднимаю руку.

— Дай мне закончить, — говорю я. — Пожалуйста, — Он кивает, но видно, как на его челюсти пульсирует мускул от усилия сохранить молчание.

— Возможно, мне кажется, что я недостаточно хороша для тебя. Возможно, я и не верю, что достойна, но над этим мне придется поработать. Ты никогда не давал мне повода чувствовать себя неуверенно. На самом деле, ты сделал прямо противоположное, заставив меня по-новому взглянуть на себя.

— С тобой я не неловкая и застенчивая. Я не чувствую необходимости постоянно прятаться, и я знаю, что ты никогда не сделаешь мне ничего плохого. Возможно, я не понимаю, почему ты выбрал меня, но если ты позволишь, я проведу остаток своей жизни, доказывая, что я та женщина, какой меня видишь ты. Я люблю тебя, Терекс. И я хочу остаться здесь на Агроне… с тобой.

Я выдыхаю и дрожащей рукой лезу в карман. Я вытаскиваю золотые ленты, и впервые вижу, как у Терекса открывается рот от того, что он полностью застигнут врасплох.

Слышны шокированные вздохи, и мое лицо пылает, когда я пытаюсь игнорировать толпу вокруг нас. Выражение глаз Терекса смягчается, и я повышаю голос, позволяя словам, которые я запомнила, разноситься так, чтобы их услышали все.

— Терекс. Ты будешь моей спутником по жизни? Будешь ли ты любить меня, защищать, всегда беречь и никогда не изменять мне в других мехах? Подаришь мне детей и будешь чтить нас до конца наших дней?

Взгляд Терекса тверд, но голос хриплый, когда он протягивает руку.

— Клянусь, — говорит он, позволяя мне завязать ленты вокруг его запястий. Мои руки трясутся так сильно, что я почти не могу завязать их, но, наконец, обе золотые брачные ленты повязаны там, где они останутся навсегда.

Я открываю рот, не зная, что сказать дальше, но Терекс рычит, притягивая меня к себе одной рукой и обхватывая мою ягодицу другой.

— Моя крошечная самочка, — бормочет он. — Ты такая храбрая. — Он набрасывается на мои губы, толпа ликует, а я пытаюсь совладать с дыханием, уверенная, что сплю и все это мне только снится, пока его мощное тело, наконец, не окружает мое.

Он отстраняется, его лицо пылает, глаза блестят от вожделения. Потом я взвизгиваю, когда он поднимает меня, баюкая в своих объятиях, как ребенка, и направляется к своему кради. Я ловлю смеющийся взгляд Вивиан, а затем Терекс пригибает голову, и мы наконец-то оказываемся в его кради.

Наедине.

Я нервно покусываю губы, внезапно не зная, что сказать, а затем Терекс притягивает меня ближе, захватывая мои губы в глубоком поцелуе,

Я всхлипываю в его объятиях, до сих пор находясь в шоке. Каким-то образом этот невероятный воин хочет быть моим. Навсегда.

Терекс отстраняется, развязывая мое платье, пока оно не падает на пол, а я стою и моргаю, глядя на него.

Его глаза темнеют, когда он изучает мое тело и подходит ближе, утыкаясь носом в мою шею.

— О чем ты думаешь? — бормочет он.

— Не знаю, — признаюсь я. — Думаю, я все еще в шоке.

Он отстраняется слегка, пристально глядя на меня.

— Ты заявила на меня права перед всем племенем, — говорит он. — Теперь наедине я заявлю права на тебя.

Я улыбаюсь, а затем вскрикиваю от удивления, когда он поднимает меня на руки и шагает к нашей кровати. Я вздрагиваю, когда мех касается моей обнаженной кожи, когда он кладет меня вниз, снова клеймя мои губы, прежде чем отодвинуться, чтобы стянуть с себя одежду.

Я жадно смотрю на его тело, мои бедра сжимаются, когда он расправляет плечи под моим взглядом, один уголок его рта изгибается в сексуальной усмешке.

Этот невероятный, верный, удивительный, добрый и до смешного привлекательный мужчина — мой. Весь мой.