Присев у дуба, на котором они планировали спать, они ели крендельки с арахисовым маслом, запивая все газировкой. Оба ничего не говорили, слишком устав для бесед и слишком погрузившись в обдумывание плана Б на утро.

— Держи, — пробормотал Букер, передавая ей что-то в темноте. — Я все.

Это оказались остатки его крендельков.

— Что, ты типа наелся? — подколола она. Вот уж чего-чего, а сытости уже давно никто не ощущал.

— Бери, — сказал он, вставая.

— Тебе лучше съесть их, надо поддерживать силы.

— Мне хватит, — это был нетипично искренний ответ от мужчины, для которого колкие препирательства были вторым родным языком.

Кейтлин взяла у него пакетик, следя за передвижениями его силуэта.

— Ты… в порядке?

— Нормально, Мидоуз. Просто подумал, что мне пора начинать карабкаться на дерево, а то до полуночи не залезу.

— Амортизационного троса хватит только на одну петлю вокруг ствола, так что нам придется привязаться друг к другу.

От его тихой усмешки по рукам внезапно пробежали мурашки.

— Я думал, мы уже привязались друг к другу.

— Я имела в виду буквально, а не образно.

— Знаю, — под его ботинками зашуршали листья. — Я могу забраться туда первым, а ты бросишь мне этот трос; я тут все приготовлю.

Им потребовалось несколько минут, чтобы разобраться, как работать в темноте. Много ошибок, не туда брошенных веревок и тросов, и куча мата. Но в итоге они справились.

Почему-то это казалось более значительной победой, чем было на самом деле, но у Кейтлин не было энергии разбираться в том, чем это вызвано.

Устроившись у основания ветки и крепко прижавшись спиной к стволу, она закончила застегивать трос на талии и убедилась, что со стороны Букера все тоже держится.

— Нормально? — спросила она, наклонив голову в сторону.

— Устроился как у Христа за пазухой, — ответил он, и трос чуточку дернулся, когда Букер немного изменил позу.

Вдалеке крикнула сова, и Кейтлин улыбнулась. Чем дольше она находилась среди деревьев, тем больше к ней постепенно возвращалось умиротворение.

— Значит, теперь я могу называть тебя Китнисс? (прим. отсылка к «Голодным играм», там тоже спали на деревьях, привязывая себя веревками)

Она закатила глаза.

— Нет, если ты хочешь, чтобы я и дальше с тобой разговаривала.

— Ммм, вот это дилемма.

— Вот отвяжу трос, проснешься от падения на землю, будешь знать.

— Ты такого не сделаешь, — отозвался он рокочущим голосом.

— Чего это ты так уверен? — она повернула голову, но все равно не могла увидеть его в темноте. — Может, я социопатка, готовая воспользоваться любым шансом.

Трос снова дернулся, когда Букер поменял позу.

— Неа, ты не такая. Иначе вчера ты бы реально подставила мне подножку и бросила на съедение стональщикам.

Кейтлин закрыла глаза, усмехнувшись.

— Ну, может, в следующий раз.

— Конечно, Мидоуз.

Она заснула еще до того, как улыбка сошла с ее губ.