Глава двадцать вторая:

Мы уже не могли стоять там. Это понимала и я, и Сяо Шан.

Снаружи оказалось раннее утро, ветер свистел в ушах, словно был осенним. Сяо Шан остановился на тротуаре и спросил меня:

- Хочешь перекусить?

Я кивнула.

Мы нашли небльшой ресторанчик. На улице еще было темно, но несколько рабочих зазывали внутрь, заманивая обещаниями вкусной еды. Мы заказали миску вареной рыбы. Щедрый босс пожелал нам приятного аппетита.

Миска была огромной, к ней прилагалось множество маленьких мисочек. Для двоих этого было много. А еще здесь подавали ликер. Я отказалась.

Ликер налили в пластиковый стаканчик, Сяо Шан держал его, как бокал вина, и он пил быстро, как воду.

- Только не напейся, - предупредила я.

Он улыбнулся.

- Боишься?

Я не знала, что еще ему сказать. Язык покалывало, все внутри горело.

Мы безмолвно ели рыбу, и она была острой. Такой острой, что я не могла сдерживать слезы. Я быстро опустила голову, словно кланялась, но это не помогло. Я вскинула голову и вдохнула.

Сяо Шан посмотрел на меня и прошептал:

- Не плачь.

Я поймала палочками росток фасоли.

- Кто сказал, что я плачу? Просто острое.

Сяо Шан сказал:

- Не ешь ростки, они еще острее рыбы.

Уже в школе я была высокой и худой, и Лин Жи Сянь дала мне кличку Снежный стебелек, потому что я была еще и бледной. И весь класс это подхватил, как клички Сяо Шаня Ромео и Лин Жи Сянь Джульетты.

При мысли о Лин Жи Сянь слезы потекли сильнее. Она была похожа на меня, ей был всего 21 год. Сяо Шан не трогал меня, он медленно пил вино. Я протерла глаза и тоже выпила вина.

Я слышала, что бывают люди, что много выпивают. В этот раз я обнаружила, что это согревает и придает сил. Мы пили быстро. Вскоре закончилась бутылка, и Сяо Шан заказал еще одну.

Я не знала, допили ли мы ее, потому что напилась.

Я ждала, пока Сяо Шан рассчитается. Я слышала, как он отходил, а потом вернулся и сказал:

- Хорошо, можно идти, - я послушалась, нечаянно сбила стакан, но стекло не разбилось, а я извинилась. Снаружи был холодный ветер, но я не знала, как передвигать ногами.

Я оказалась на спине Сяо Шаня, повезло, что в два часа ночи никого на дороге не было. Было приятно вспомить эти времена:

- Только в школу не ходи. Нам там не будут рады.

Я испытывала дежавю, меня словно нес на спине отец. Сознание опустело, я очень устала из-за всего, что случилось в этот год. Я уснула на его спине.

Юэ Инь шептала мне порой, что такое поведение до добра не доводит. Я проснулась с похмельем, увидела странный потолок. Голова болела. В пршлый раз я так напилась на ужине с Мо Шао Цянем, и меня стошнило в машине.

Кровать была мягкой, я спала в джинсах, ноги затекли. Я села и увидела на тумбочке сумку и записку. Я узнала почерк Сяо Шаня:

«Тун Сюэ, я на занятиях. Не переживай так сильно о Лин Жи Сянь. Береги себя».

Даже пьяной я не нужна была ему.

Я умылась холодной водой и посмотрела на себя в зеркало. Глаза опухли, как и лицо. Я казалась старше. А все потому, что в сердце такой себя чуствовала.

Я страдала от головной боли по пути в университет утром субботы. Атмосфера там была ленивой, я вошла в общежитие, тут было удивительно тихо. В коридоре были девушки, что зевали, а я шла в наушниках и ничего не слыщала. В нашей спальне было тихо, соседки были местными и ушли на выходные домой, Юэ Инь тоже не было. Я рухнула на кровать и испытывала вину.

Я спала, но тут меня разбудила Юэ Инь и сказала:

- Ты ничего не планировала на выходные?

Я плохо себя чувствовала и не могла идти. Юэ Инь уйдет, а я останусь одна. Как всегда.

Я не рассказала ей, что Лин Жи Сянь плохо, ведь не хотела никому об этом рассказывать. Юэ Инь с серьезным видом села на мою кровать.

- Даже не знаю, что тебе сказать.

Я едва отреагировала.

- С кем-то ужинала прошлым вечером?

Юэ Инь толкнула меня:

- Вообще-то я слышала, что у компании Мо Шао Цяня убытки, а это проблема!

Богачи тоже могут терять деньги?

Я ничего не понимала в бизнесе, в отличие от Юэ Инь, хотя она пыталась мне объснить. Я поняла лишь, что у Мо Шао Цяня и остальных сейчас сложности.

- Я слышала, что его жена сопротивляется. Семья Му важна в бизнесе. И Му Чжэнь Фэй поддерживает сестру

Я не хотела этого слышать. Я боялась Му Йон Фэй. Хотя мы виделись, и она показалась мне красавицей, от ее улыбки у меня проступали мурашки. Я была бы рада никогда ее больше не видеть.

В этом мире было много страхов, и я не знала, как мне избавиться от страха Му Йон Фэй.

Мы встретились, и она была такой же красивой, как в прошлый раз. Я не понимала, что ей нужно. Му Йон Фэй вежливо заказала мне пирожное с каштаном.

- Это самое популярное угощение здесь, мисс Тун Сюэ, - она словно рекомендовала дочери десерт, но я была насторожена и испугана. Я вежливо поблагодарила ее, но не чувствовала вкуса.

Му Йон Фэй спокойно пила чай, но вдруг улыбнулась мне:

- Не бойся, это пирожное не отравлено.

Я взглянула на нее. До этого я отводила взгляд, мне было стыдно. В этот раз я разглядела ее. Ее глаза были янтарного цвета, а лицо нежным. Но от ее красоты мне стало только страшнее.

Я прямо сказала ей:

- В прошлом месяце мне пришлось попросить мистера Мо об услуге, но не волнуйтесь, больше мы с ним не пересечемся.

Она чарующе улыбнулась.

- Я знаю, что случилось, знаю, что ты достигла своей цели. Это меня не интересует, и ты не понимаешь, что брак с Мо Шао Цянем был лишь пародией, сделкой между семьями. Я не буду сражаться, но использую самый эффективный метод, чтобы разрешить эту проблему. Надеюсь, ты поняла меня.

- Его желание развестись со мной не связано, - выпалила я.

Я видела, как расширились глаза Му Йон Фэй, она паниковала, но вдруг она рассмеялась:

- Мисс Тун Сюэ, я тебя недооценила. Я думала, что ты глупая, но и дурочки бывают сильными.

Ее слова жалили. Я не реагировала. Она видела меня глупой, а не опасной.

- Да, он хочет развода. Но отец злится, ведь семья Му спасла его, сделала богачом, помогла покрыть все долги. А он оказался неблагодарным.

- Если хотите оскорблять Мо Шао Цяня, сделайте это лично, - сказала я.

Му Йон Фэй рассмеялась, но ее голос был ледяным.

- Может, ты и глупая, или хорошо притворяешься, но я не хочу, чтобы ты говорила такой бред. Ты хоть знаешь ситуацию Мо Шао Цяня? Скажу честно, он теряет деньги. Из-за тебя. Но то, что он подписал контракты, что ты принесла, натолкнуло меня на мысль, что он тебе не нужен. Ты ведь только просить и можешь?

Ее слова пронзали мое сердце.

- Вы и про отца Юэ Инь знаете?

- Мистера Лю? О, глупая, как же можно было сказать такую глупость, - Му Йон Фэй насмешливо улыбнулась. Но ты помогла мне сбить с него спесь, так что благодарю.

Сердце сжалось. Я не знала, что все это было ловушкой не только Мо Шао Цяня, но и ее. Я знала, что он спасал дело отца, потому согласился на брак с ней. Проще было убить его, чем мешать его работе.

- Вы его любите, - я посмотрела в лицо Му Йон Фэй. Зачем вы это делаете?

Она вдруг рассмеялась, беспечно пожимая плечами:

- Я люблю его уже десять лет. Я сказала отцу, что если он не даст мне выйти за него, я умру! Я заставила отца помочь ему, а теперь? Он не коснулся меня с первой брачной ночи! Для женщины нет большего оскорбления!

Я смотрела на нее, а она продолжала:

- Для него брак это жертва. А разве для меня - нет? Я отдала ему десять лет, но он ненавидит меня. Я думала, что он изменит отношение, но он отказывался от меня. Я надеялась, ведь любила его, но я снова и снова разочаровывалась, и мое терпение лопнуло!

Я не понимала эту безумную женщину. Я не знала, что у них такие отношения. В прошлый раз я поверила ее словам. Но она была врагом Мо Шао Цяню. Я прошептала:

- Так вы убьете его.

Она взяла себя в руки и странно усмехнулась:

- Ага, Мо Шао Цянь такой гордый, что брак со мной стал его страшным позором. Если я перестараюсь, он спрыгнет с крыши офиса.

Я застыла. Му Йон Фэй фыркнула:

- Не строй из себя сожаление. Тебе ведь понравится, что он погибнет? Ты ведь просто убежишь. Это ты последней его толкнула. Думала, он упадет на розы?

Мне стало не по себе:

- Я не думала об этом.

- Я знаю, что ты любишь Сяо Шана, - отметила Му Йон Фэй. И нужно было оставаться с ним. Ты ведь все это время врала Мо Шао Цяню, чтобы получить подпись. И если вы поженитесь с Сяо Шанем, я дам знать Мо Шао Цяню.

- Зачем? я ее не понимала.

Она посмотрела на меня с улыбкой.

- Ты ведь врала ему, ты все это время думала о Сяо Шане, но не отпускала и Мо Шао Цяня. Я просто хочу все исправить.

Я ощутила отвращение.

- Я не врала ему и не буду.

Му Йон Фэй смотрела на меня и красиво улыбалась, но ее слова были ледяными.

- Даю десять дней. Это твой последний шанс. Не отпустишь, и я покажу тебе последствия. Я рано поняла, что если жертвой нельзя управлять, ее нужно бросить или убить. Что мне выбрать для Мо Шао Цяня?

Я пару дней мешкала, Юэ Инь была занята, и я не могла спросить ее. Я даже начала думать, что ее отец соврал ей, чтобы она порвала с Чжао Гао Синем, а она теперь страдала из-за любви, как я. В этом мире мы с Юэ Инь стали жертвами тех, кто думал, что знает, как все должно быть.

Я искала новости в Интернете, из-за финансового кризиса страдали все. Я искала следы компаний Мо Шао Цяня. Оказалось, что он продавал большую долю, ему явно не хватало денег. Я не могла этого вынести, я хотела позвонить ему, но помнила его слова в аэропорту:

- Надеюсь, ты меня искать не станешь.

Я тоже на это надеялась. Но мне снился кошмар, как он прыгает с крыши небоскреба. Его лицо было белым, он смотрел на меня с улыбкой, кровь была на лице. Его улыбка была такой странной, а мои руки были в его крови

Я плакала во сне. Наверное, я впервые плакала из-за него, а когда просыпалась, сердце колотилось. Я не могла с этим спириться. Если бы не я, он не оказался бы там. Мой отец предал его отца, а потом я предала его. Я хотела увидеть Мо Шао Цяня. До конца отведенного Му Йон Фэй срока оставалось пять дней, и я знала, что она была жестокой.

Найти его было сложно. Он не отвечал на звонки. Возможно, сменил номер. Я пришла к его квартире, а мне сказали в фойе, что квартира выставлена на продажу, что там никого нет. Он не хотел меня видеть. Я решила позвонить его водителю, ведь других способов не осталось. Водитель рассказал не сразу, но потом признался, что ночью Мо Шао Цянь уедет. Я отправилась туда, и на парковке увидела знакомый майбах. Водитель курил рядом. Он быстро затушил сигарету.