Наблюдая за этой публичной «казнью», Хорикита лишь вздохнула, расчесывая волосы, словно наблюдала за чем-то неинтересным.

— Интересно, сможем ли продолжить наш разговор? Смотреть на какой-то спектакль — пустая трата времени.

— Знаешь, Хорикита, твоя речь звучит так, словно ты раздражена.

Потеряв интерес к сбежавшей Сакуре, Каруизава снова переключилась на Хорикиту.

— Эй, Хорикита-сан. Почему ты так холодно ко мне относишься? Что-то случилось?

— Действительно, почему же?

— Ну, в любом случае, разве Хирата-кун не крут? А еще он довольно умен. Он даже пытается нормально общаться с кем-то вроде тебя. Я думаю, каждая девушка влюбилась бы в него.

Хихикая, Каруизава взяла Хирату за руку и с гордостью начала говорить.

— Знаешь, Аянокоджи … ну, в порядке. Его внешность может и хороша, если сравнивать его с другими парнями, но разве все остальное в нем не ужасно? Может, ты просто ревнуешь?

— Ты слишком наивна, Каруизава-сан.

— Ах, и не стыдно же тебе ревновать?

В свое время, я часто слышал, что коллективное поведение полностью перестраивает человека, его личность и психологическое состояние. То, чего нельзя было увидеть в обычной школьной жизни, все же происходило одно за другим. Особенно, если мы посмотрим на Хорикиту, которая всегда сама по себе. Почти никто из девушек из класса ее не принимает, но она просто игнорировала все это, словно это ее не волновало. В данный момент, неизбежно пострадают обе стороны конфликта.

— Да, это правда, что у Аянокоджи-куна есть много всего, за что его можно невзлюбить.

Эй… Я думал она все же будет поддерживать меня.

— Конечно же, если Хирата-кун скажет, что доверяет ему, то уже другой разговор. Ты почему-то без причины обвинила Хирату-куна, но на самом деле, Аянокоджи тоже нельзя доверять. Я не собираюсь демонстрировать личную привязанность к Хирате-куну, потому что мне это и не нужно. Все понимают, что он стал парнем, которому больше всего можно доверять. Или ты хочешь сказать, что есть кто-то лучше него? Если есть, то давай, скажи мне, — сказав это, Каруизава оценивающе оглядела парней и вздохнула. — …Ну, здесь нет никого настолько же значительного. Они всегда ходят где-то на заднем плане!

На самом деле, я не мог не согласится с этим. Но все равно, восприятие девушек слишком жестокое.

— Разве я не права? Правда, если Хирата-кун все же согласится с этим, то ладно, я смирюсь.

Похоже, именно я стал козлом отпущения для остальных. Очевидно, мне это не нравилось, но я ничего не сказал. Это бы лишь усугубило нынешнюю ситуацию.

Чем ближе подходил этот разговор к концу, тем больше распадался наш класс.

— Я понимаю, что вы хотите сказать… Но я не согласен с тем, чтобы начать подозревать одноклассника без каких-либо оснований. В нашем классе нет такого человека, который бы сделал что-то настолько ужасное, — сказал Хирата, так как он уже не мог мириться с этим.

— Ох, ты слишком добр. Хочешь сказать, что украл кто-то из другого класса?

— Не знаю… но я не хочу начинать обвинять одноклассников.

Парни чувствовали себя очень подавленно, так как их постоянно в чем-то обвиняли девушки.

— Эй… а может быть… Ибуки? — пробормотал человек, украдкой посматривая на нее.

Ибуки сейчас сидела почти на самой границе лагеря.

В этот момент, сомнения всех людей были направлены именно на нее.

— Ибуки-чан из класса C. Было бы забавно, если бы она специально мешала классу D… Сделать так, чтобы посеять семя раздора внутри нашего класса.

— Хватит уже оправдываться! Вы здесь наиболее подозрительные личности!

Шинохара словно ненавидит всех парней. Она держала дистанцию, призывая нас отойти подальше.

— Пока не выясним, кто виноват, мы просто не можем доверять парням.

— Да. Виновник точно кто-то из них, — сказала Каруизава.

Теперь, из-за этого инцидента парни и девушки были разделены.