Часть 2

Дело было после занятий. Хирата поднялся и начал готовить классную доску для обсуждений. Благодаря его обаянию собрались все, за исключением Хорикиты и Судо. Эти двое уже ушли. Я также собирался уйти до начала обсуждения.

— Аянокодзи! – прямо передо мной появилась голова Ямаучи, он все еще не отошел от потрясения.

— Что за черт? Что такое?

— Купи ее за двадцать тысяч! – Ямаучи положил на мою парту приставку, на которой он раньше играл. — Я ничего купить не могу, у меня баллы кончились.

Не скидывай свои проблемы на меня!

— Если ты продашь ее мне, то с кем я буду играть?

— Мне откуда знать? И так же неплохо, а? Отличная сделка.

— Я куплю, если снизишь цену до тысячи.

— Аянокодзи! Мне больше не на кого положиться…

— Почему на меня? Я не могу дать того, чего у меня нет.

Ямаучи посмотрел на меня слезящимися глазами, но я отвел взгляд до того, как ощутил укол совести.

— Хасебе, у меня к тебе просьба, как к моему лучшему другу! Купи эту консоль за двадцать две тысячи!

Теперь он пытается всучить приставку Хасебе. Более того, он беззастенчиво поднял цену.

— Потратившим все свои баллы небось сейчас непросто… - сказала Кушида, наблюдая за обменом между Ямаучи и Хасебе.

— Кушида, у тебя они еще остались? Девчонкам обычно много чего нужно.

— Хм, нет, пока достаточно, осталась примерно половина. В этом месяце я много тратила, потому будет трудно контролировать себя в дальнейшем. А как ты, Аянокодзи-кун?

— Конечно, такой популярной девушке трудно жить, не тратя денег. Я почти не тратил. Мне ничего особо не нужно.

— Это потому что у тебя друзей нет?

— Эй!

— Ха-ха-ха, прости-прости, я не хотела тебя обидеть, - хихикая извинилась Кушида. Она очень милая, когда так смеется.

— Эм, Кушида-сан?

— Каруизава-сан? В чем дело?

— Если честно, я потратила все баллы. Мне уже немного помогли остальные девушки, но я подумала попросить еще и у тебя. Мы же друзья, да? Мне нужно примерно две тысячи, - с фальшивой улыбкой на лице просила Каруизава. Думаю, тут должен последовать отказ…

— А, да без проблем.

«Без проблем?» - мысленно переспросил я. Впрочем, наверно каждый сам решает, кто ему друг. Кушида без колебаний решила помочь Каруизаве.

— Спасибо! Друзья и правда полезная штука. А вот мой номер. Что ж, увидимся. Эй, Иногашира-сан, если честно, я потратила все свои баллы!.. - переключившись на новую цель, Каруизава покинула нас.

— Тебя это устраивает? Сомневаюсь, что потом она тебе вернет баллы.

— Я не могу отказать, когда другу нужна помощь. У Каруизавы-сан тоже много друзей, так что ей трудно будет обойтись без баллов.

— Мне кажется, то, что она потратила все сто тысяч – это только ее проблема.

— Слушай, а как тут переводить баллы?

— Каруизава же дала тебе бумажку с номером? Можешь переслать их с помощью телефона.

— Ого, эта школа и правда все продумала. Они даже придумали систему, чтобы можно было помочь тем, кто потерял все свои баллы.

Несомненно, для Каруизавы эта система переводов очень даже кстати. Однако так ли нужно пересылать таким как ей деньги? Это скорее прибавляет проблем.

«Аянокодзи-кун из класса D. Тебя вызывает Чабашира-сенсей. Пожалуйста, приходи в учительскую!!!» - раздался голос из громкоговорителя.

— Тебя позвала учительница.

— Ага… извини, Кушида. Я пойду.

С самого начала обучения в этой школе не припоминаю, чтобы делал что-то, из-за чего меня могли бы вызвать в учительскую. С этой мыслью, ощущая на себе тяжелые взгляды, я вышел из класса.

Дойдя до кабинета учителей, я неуверенно постучался и открыл дверь. Оглядев просторное помещение, так и не нашел Чабаширу-сенсея, потому решил обратиться к одной из учительниц, рассматривавшей себя в зеркале.

— Эм, а Чабашира-сенсей здесь?

— Что? Саэ-тян? Только что была тут, - у оглянувшейся на меня учительницы были волнистые волосы до плеч, придававшие ей взрослый вид. Судя по тому, как она назвала Чабаширу-сенсей, они довольно близки. И возраст у них примерно одинаковый.

— Похоже, она вышла. Если хочешь, можешь подождать тут?

— Нет, лучше побуду в коридоре.

Мне не очень комфортно в местах вроде учительской. Чтобы не привлекать внимания, я решил остаться в коридоре. Но учительница почему-то вышла следом за мной.

— Я Хошиномия Чиэ - куратор класса B. Мы с Саэ-тян лучшие подруги со старшей школы. И даже достаточно близки, чтобы звать друг друга Саэ-тян и Чиэ-тян.

Никогда раньше о ней не слышал, потому эта информация бесполезна. Но она не отступила:

— Слушай, так зачем тебе позвала Саэ-тян? Ну, ну, так зачем?

— Как знать, мне ничего не известно.

— Не понимаю, тебя позвали, не сказав зачем? Серьезно? Как тебя зовут?

Сколько вопросов. Она словно изучала меня со всех сторон.

— Аянокодзи, - ответил я максимально коротко.

— Аянокодзи-кун? Какое крутое имя… Ты популярен, да? Слушай, а у тебя уже есть девушка?

Да что с этой излишне дружелюбной учительницей? Она больше похожа на ученика, чем на учителя, в отличие от Чабаширы-сенсей. Если бы это была школа только для мальчиков, вне всякого сомнения, все ученики были бы в нее влюблены.

— Нет… эм, я не особо популярен, - пытался я сделать вид раздраженного человека, однако Хошиномия-сенсей пододвинулась ближе и изящным движением схватила меня за плечи своими тонкими красивыми руками.

— Серьезно? Странно, я бы точно влюбилась, если бы мы были одноклассниками. Это потому что ты слишком невинный? Или ты цун-цун?* - она потыкала пальцем мне в щеку.

Я даже не знал, что сказать. Если внезапно укусить ее за палец, она наверняка остановится, но когда об этом узнают, меня тут же исключат.

— Что ты делаешь, Хошиномия? – Чабашира-сенсей неожиданно стукнула Хошиномию-сенсей папкой для бумаг по голове. Учительница опустилась на корточки, схватившись за голову.

— Больно! Зачем ты это сделала?

— Потому что ты занималась странными вещами с учеником.

— Я просто разговаривала с ним, пока он ждал твоего возвращения!

— Оставь его в покое. Прости, что заставила ждать, Аянокодзи. Что ж, идем в отдельный кабинет.

— Я не так уж долго ждал. В отдельный кабинет… Скажите, я что-то натворил? Думал, у меня получается не выделяться.

— Хороший ответ. Идем со мной.

Я шел за Чабаширой-сенсей и размышлял: «В чем же дело?»

Неожиданно Хошиномия-сенсей, улыбаясь, пристроилась рядом со мной. Заметив это, Чабашира-сенсей развернулась и гневно посмотрела на нее.

— Нет, ты остаешься.

— Не будь такой холодной… ничего же страшного, если я тоже послушаю, а? Кстати, Саэ-тян, тебе ведь не свойственно давать частные уроки. А тут вдруг зовешь Аянокодзи-куна на личный разговор… Что ты задумала? - ухмылкой отвечая Чабашире-сенсей, она подошла ко мне сзади и возложила руки мне на плечи. Я не видел ее лица, но ощутил напряжение, повисшее в воздухе. — Так может быть, Саэ-тян ищет парня помладше?

Парня помладше? Что она хочет этим сказать?

— Не говори глупостей. Это невозможно.

— Ха-ха, ну да. Для Саэ-тян такое невозможно, - Хошиномия-сенсей почему-то продолжала идти за нами.

— Долго будешь преследовать? Эта проблема касается класса D.

— А? Мне нельзя? Будет плохо, если я пойду? Знаешь, я ведь могу что-нибудь посоветовать… - Хошиномия-сенсей так и продолжала тащиться следом, но вдруг к нам подошла ученица и перегородила ей путь. Это была привлекательная девушка со светло-розовыми волосами, которую я раньше никогда не встречал.

Она на мгновение взглянула на нас, но потом снова перевела взгляд на учительницу:

— Хошиномия-сенсей, у вас есть время? Студсовет желает кое-что обсудить с вами.

— Тебя ищут, так что давай иди уже! - Чабашира-сенсей шлепнула ее по заднице папкой для бумаг.

— Блин… боюсь, она озвереет, если я останусь, так что увидимся, Аянокодзи-кун! Что ж, идем в учительскую, Ичиносе-сан, - с этими словами она развернулась на каблуках и они с ученицей ушли.

Когда Хошиномия-сенсей покинула нас, Чабашира-сенсей поскребла голову и двинулась дальше в сторону кабинета. Он расположился сразу за учительской.

— Так… зачем вы меня позвали?

— Ох, насчет этого… до того как я начну, иди-ка сюда, - взглянув на настенные часы она открыла дверь в смежное помещение, и там поставила чайник на конфорку офисной плиты. — Я приготовлю зеленый чай. Ходзича* подойдет? – она достала банку с Ходзича в порошке, а потом вдруг приказала: — Заходи! Не делай лишних движений, и не шуми. Пока я не разрешу тебе выйти, смирно стой тут. Ослушаешься – и тебя тут же исключат!

— Чего? Что это значит?

Безо всяких объяснений она закрыла дверь с другой стороны. Что она, черт побери, собирается делать? Я стоял тихо, как мне и было велено, и совсем скоро дверь в кабинет открылась.

— Вот, заходи. Так что ты хотела мне сказать, Хорикита?

Похоже, Хорикиту пригласили в этот кабинет.

— Спрошу прямо, почему меня зачислили в класс D?

— Серьезно, вот так в лоб?

— Сегодня утром вы сказали, что классы были распределены по потенциалу. И что класс D – это кучка отбросов.

— Именно так я и сказала. Создается впечатление, будто ты относишь себя к высшей касте.

Интересно, как Хорикита на это ответит? Уверен, она найдет что сказать.

— Я верю, что решила практически все задачи на вступительных экзаменах и не допустила серьезных ошибок на собеседовании. Потому не думаю, что должна быть в классе D.

Посмотрите-ка, а я угадал. Хорикита из тех, кто считают себя выше других. Она никогда не скромничает, и всерьез думает, что лучше остальных. По результатам прошедшего теста она делила первое место.

— Решила все задачи, значит? Обычно мы не показываем результаты вступительных экзаменов, но я сделаю для тебя исключение. У меня случайно оказался твой лист с ответами.

— А вы хорошо подготовились. Похоже, вы заранее знали, что я приду сюда, чтобы опротестовать свое распределение.

— Я учитель, и в мои обязанности входит знать своих учеников, по крайней мере, до определенной степени. Хорикита Сузуне, как я и думала, ты была третьей среди поступивших учеников. Разрыв с первым и вторым местом минимальный. Справилась на отлично. С интервью тоже никаких проблем. Тебя оценили очень высоко.