— Нет, это неправильно. Думаю, даже неестественно.

— Тогда…

— С таким мышлением ты должна научиться видеть реальную картину жизни. Сейчас ты так ослеплена злобой и печалью, что ничего не видишь.

— А ты какой-то особенный? Обладаешь суперспособностью, позволяющей тебе разглядеть чужие ошибки?

— Не знаю что там с суперспособностями, я вижу только одну вещь, которую ты не замечаешь. Единственный недостаток в совершенстве по имени Хорикита Сузуне.

Она фыркнула, словно пыталась сказать: «Давай уже, выкладывай свои претензии».

— Позволь мне указать на твою ошибку. Ты воспринимаешь людей, как помехи, и никого к себе не подпускаешь. Не думаешь, что ты обоснованно попала в класс D, именно потому что ставишь себя выше всех остальных?

— Такое впечатление, будто ты пытаешься сказать, что я с Судо-куном и остальными равны.

— А ты считаешь себя лучше их?

— Очевидно, достаточно взглянуть на оценки. Они для класса просто балласт.

— Конечно, если мерить по оценкам, понятно что они в два-три раза по уровню ниже тебя. Даже если очень постараются, им тебя не обойти. Но это правда только отчасти. Школа смотрит не только на интеллект. Если бы школа принимала по физическим данным, результаты были бы другими. Или я не прав?

— Как тебе…

— Твоя физическая форма тоже очень ничего. Я видел, как ты плаваешь – одна из лучших среди девушек. Но мы с тобой знаем, что физические способности Судо превосходят твои. Что Ике умеет общаться с людьми так, как у тебя не выходит. Если бы мы сдавали экзамен на способности к общению, Ике бы очень пригодился. И тогда ты была бы в числе худших в классе. Получается, ты бездарна? Нет, вовсе нет. У всех свои сильные и слабые стороны. У каждого человека.

Хорикита хотела возразить, но не смогла сказать ни слова.

— У тебя нет оснований так говорить. Это только догадки.

— Даже без оснований, к этому можно прийти, если обдумать имеющуюся информацию. Вспомни слова Чабаширы-сенсей. В кабинете она сказала: «Кто сказал, что в лучшие классы попадают самые умные?» Следовательно, есть еще какие-то факторы, влияющие на оценку потенциала ученика.

Я резко отрезал Хориките путь к отступлению, пока она искала, чем бы ответить на мой аргумент. Если бы я этого не сделал, в моих усилиях не было бы смысла.

— Говоришь, тебя устраивает просто оставить заваливших на произвол судьбы, но это не более чем ложь. Даже ты будешь сожалеть.

Я заглянул в глаза Хориките. Она не просто поняла ситуацию, но и уже начала анализировать ее. Эта девушка впечатляет.

— И ты сегодня разговорился. Это не отвечает твоему принципу избегать проблем.

— Ага, похоже на то.

— Меня это огорчает, но ты прав. Твоего дара убеждения хватило, чтобы заставить меня принять это. Но я все еще кое-что не понимаю. А именно – твои цели. Что для тебя эта школа? Почему ты так отчаянно пытаешься меня уговорить?

— Вот о чем ты думаешь. Понимаю.

— Если у человека нет дара убеждения, его предположениям не поверят.

Хорикита пытается понять, почему я так стараюсь убедить ее в том, что дать Судо и ребятам вылететь – плохо.

— Я хочу узнать настоящую причину, без отговорок. Ради баллов? Чтобы подняться до класса А? Или чтобы помочь друзьям?

— Потому что хочу узнать, в чем ценность человека? Что такое равенство?

— Ценность, равенство…

— Я поступил в эту школу, чтобы получить ответы на вопросы.

В моей голове это понимание еще не приняло формы, но слова сформулировали мысль верно.

— Может уже отпустишь мою руку?

— Ой, прости.

Освободившись, Хорикита обернулась и посмотрела на меня.

— Ты ведь не думаешь, что я куплюсь на твои речи? - с этими словами она протянула мне ладонь. — Так что позабочусь о Судо-куне и ребятах ради себя самой. Просто чтобы убедиться, что их не исключат, и не увеличат наш вычет. Тебя это устроит?

— Все хорошо. Даже не надеялся, что ты изменишь собственным принципам. Такой уж ты человек.

— Тогда договорились.

Я уверенно пожал ей руку. И позже узнал, что это был договор с дьяволом.