ГЛАВА 14

Террин смотрел, как его бывший наставник отпрянул от неподвижной Айлет. Венатор-доминус рухнул на локоть, а потом поднялся и попятился. Его глаза были круглыми от ужаса, белки выделялись во тьме.

— Фендрель? Фендрель, что такое? — осведомился Террин.

Фендрель покачал головой. А потом тряхнул ею еще раз, открывал и закрывал рот без слов. Сердце Террина колотилось. Она могла уйти слишком далеко. Обливис в ее крови уже наполнил ее тьмой. Иначе его бывший наставник так не отреагировал бы. В любой миг заражение польется из ее рта, ноздрей и глаз, задевая всех, кто близко.

Террин заметил движение краем глаза, кто-то появился напротив, с другой стороны от Айлет.

— Я тут, Террин, — Герард просунул руки под ее плечи. — Давай ее поднимем.

Террин кивнул, от вида принца он ощутил облегчение. Он напряг ноги, собираясь встать. Они с Герардом подняли Айлет. Их руки были за ее плечами и под коленями, они понесли ее по ступеням в коридор.

Лица и звуки мелькали мимо Террина. Он слышал, как Герард кричал Фендрелю следовать за ними, звенели вопросы. Он не мог ответить. Он едва слышал Герарда. Он знал лишь, что Айлет была в его руках, и обливис стучал пульсом в ее венах.

— Сюда, сюда, — сказал Герард, ведя их к ступеням и в покои в восточном крыле. Подальше от банкета, подальше от герцога Дальдреда и других гостей. — Тут есть комната, где мы ее уложим.

Террин кивнул без слов. Эверильд вышла из полумрака, тихая, как горгулья у двери храма. Она быстро прошла к двери, на которую указал Герард, и открыла ее, а потом пропустила мужчин с грузом. Спальня, видимо, была подготовлена для одного из гостей, кровать была заправлена, в камине лежали бревна.

Герард и Террин опустили Айлет на кровать грубее, чем хотели. Она в тот миг издала жуткий вопль, ее ладони сжали и рвали простыни. Ее глаза раскрылись широко, черные от обливиса. Казалось, они лопнут. Герард отпрянул, но Террин склонился и поймал ее за ладони. Она сжала вместо простыней его пальцы до боли. Хорошо, что ее тень не давала ей в тот миг силу, иначе она сломала бы кости в его ладони.

— Все хорошо, — сказал он, видя, что она вот-вот закричит снова. — Мы в безопасности. Ты в порядке, ди Фероса. Дыши, дыши.

Может, она его услышала. Она подавила крик, глаза закрылись. Ее голова повернулась в стороны, горло было напряжено.

— Что с ней случилось? — спросил Герард не в первый раз.

— Это заражение обливисом, — ответила Эверильд где-то за Террином.

Все еще сжимая руки Айлет, Террин оглянулся на Герарда.

— Видимо, она столкнулась с Фантомной ведьмой.

Герард уставился на Террина.

— Я думал… — он коснулся лба и убрал волосы с глаз. — Ты сказал, что не нашел ее следов!

— Не нашел, — Террин посмотрел на лицо страдающей Айлет. — Но она нашла, да поможет ей Богиня.

Фигура появилась на пороге. Фендрель стиснул зубы, лицо было бледным. Он прошел в комнату, миновал Герарда без слов и встал за Террином, разглядывая Айлет.

— Отчет, — сказал он.

Старые привычки заставили Террина отпустить Айлет и выпрямиться. Он чуть не отсалютовал.

— Я встретил отряд из храма Сивелин, леди Серина с ними.

— Серина тут? — спросил Герард, но Фендрель заглушил его, махнув рукой, пронзил Террина взглядом, чтобы он продолжил.

— Венатрикс ди Фероса была с ними, — сказал быстро Террин. — Она уже была ранена, когда я ее нашел. Я не знаю, как.

Фендрель кивнул и отвернулся к Айлет. В этот раз он не отпрянул. Он разглядывал ее с головы до пят. Он сел на кровать и склонился над ней, удерживая ее подбородок рукой, другой приподнимая веко, чтобы увидеть глаз. Его глаза сияли светом тени.

— Она вдохнула его, — сказал он, отпустил ее и отошел от кровати. Айлет стонала и мотала головой, глаза закатились. — Чистый обливис из Прибежища.

Эверильд прошла к кровати, Террин заметил ее.

— Сэр, — сказала она, — мне послать за носителем?

— Нет, — ответил Фендрель, выпрямляясь. — Она уже далеко. Поздно.

— Что? — сказал Герард за ним.

Террин не слышал принца. Пульс гремел в его ушах. Он поймал Фендреля за локоть.

— Она еще не далеко зашла, — прорычал он. — Вы можете ее спасти.

— Отпусти меня, мальчик, — гнев искрился в глазах Фендреля.

Террин сжал сильнее.

— Вы можете ее спасти, — сказал он. — Сколько людей вы спасли от проклятий Жуткой Одиль во время войн? Они были в худшем состоянии.

Фендрель стиснул зубы.

— Прошли часы. Поздно.

— Не поздно, — Террин склонился ближе, прошептал едва слышно. — Я не заберу Милисендис так. Я получу его, но не из-за ее смерти, — Фендрель пронзил его взглядом, но Террин не отпрянул. — Спасите ее, Фендрель.

— Ты не знаешь, о чем просишь, — Фендрель отдернул руку и отвернулся от кровати. Он шагнул к двери.

Но Герард преградил ему путь.

— Террин прав? — осведомился принц. — Ты можешь ее спасти? Ты спасал других с похожим состоянием?

Фендрель опустил подбородок к груди в ответ.

— Во время Ведьминых войн.

— Как? — спросил Герард. — Объясни, как это работает.

— Пути последователей Эвандера…

Герард поднял руку.

— Я не спрашиваю о тайнах, дядя. Скажи простыми словами, чтобы я понял, как ты спасал других.

Фендрель перевел взгляд с принца на Террина и обратно.

— Проклятие обливиса всегда забирает жизнь. Смерть не избежать. Но ее можно переместить в другого носителя.

— В человека? — спросил Герард.

Фендрель не ответил, и Эверильд сказала из другой части комнаты:

— Зверь подойдет, если он подходящего веса.

Фендрель не оглянулся на женщину, но Террин видел, как его челюсть напряглась от ее слов.

Герард кивнул.

— Тогда свинья? — его лицо было белым от напряжения. — Или овца? Это подойдет?

— Да, — ответила Эверильд.

Фендрель сделал еще шаг. Герард тоже, перекрыв доминусу путь руками.

— Дядя, — сказал он. — Ты должен попробовать.

Миг тишины, нарушаемой только стонами Айлет. Ее агония росла, пока она не издала новый вопль, этот был хуже других. Ее тело извивалось на кровати, темные пятна появились под кожей.

Террин прыгнул к ней, поймал, не дав скатиться с кровати. Ее кулак ударил его по челюсти, не так сильно, чтобы он отпустил, но было больно. Он подвинул ее, и ее спина оказалась у его груди, он обвил ее руками и сжал, чтобы она не навредила себе, пока билась в конвульсиях.

Приступ прошел, Айлет тяжело дышала, обмякнув в его руках. Ее грудь вздымалась и опадала ужасно быстро, рот был раскрыт. Террин поймал взгляды трех других. Эверильд кривилась, Герард был встревожен и сжимал кулаки.

А Фендрель… смотрел на него с каменной маской.

— Сделайте что-нибудь, — процедил Террин.

Ноздри Фендреля раздувались. Он открыл рот, но принц повернулся к нему. Он выпрямился во весь рост.

— Фендрель, венатор-доминус ду Глейв, — сказал он, — ты используешь все способы, чтобы спасти эту девушку. Это приказывает Золотой принц, исполняющий волю твоего господина, Избранного короля.

Фендрель смотрел в глаза племянника. В воздухе ощущалась власть, и эта сила задела Террина и Эверильд, они вздрогнули. Тень Фендреля встрепенулась в его теле от ярости носителя, и Террин видел, как края ее трепещут вокруг духа венатора-доминуса темными оттенками магии Анафемы.

Но Герард не ощущал этого, он не был захвачен тенью. И он не отступил.

Наконец, через несколько ударов сердца Фендрель поклонился.

— Ваше высочество, — пробормотал он.

Герард отвернулся от доминуса к Эверильд.

— Принеси с кухонь овцу. Или свинью. Быстро, — Эверильд хотела возразить, но от быстрого взгляда Фендреля отсалютовала и поспешила из комнаты.

Фендрель прошел мимо Герарда, встал с другой стороны кровати напротив Террина.

— Уложи ее, — сказал он, начал снимать верхнюю одежду. Он был в том же грубом наряде, что и в дороге, не стал переодеваться для банкета, в отличие от Террина. Ему не хватало только колчанов и скорпионы, и он мог ехать в патруль. Он снял жилетку, разделся до нижней рубахи. Он снял даже левый щиток с тремя шипами и закатал рукава до локтей, открыв уродливые шрамы. Только потом он взял вокос и заиграл Песнь призыва.

Шок сотряс воздух, венатор-доминус ослабил сильные оковы на своей тени. Магия была такой сильной, что у Террина закружилась голова. Он рос рядом с этой Анафемой, видел контроль Фендреля годами. Но он еще не ощущал эту тень такой сильной. Такой опасной.

Близкой к захвату его.

Но Фендрель был мастером вокоса. Он играл сложную вариацию, плел другие чары при этом, и тень оставалась связанной, хотя он получил ее силу. Он закончил песнь сложной нотой, Террин не все смог разобрать, а потом магия перестала быть такой страшной. Она была опасной, но управляемой.

Фендрель сложил вокос и убрал его, Террин уложил бережно Айлет на кровать, ее голова была на подушке. Она пока молчала, но постоянно дрожала. Ее глаза, к счастью, были закрытыми, а не выпучивались, пугая.

— Раздень ее, — сказал Фендрель, вытаскивая нож из ножен.

— Что ты будешь делать? — Герард шагнул вперед, пока Террин исполнял. — Ты… ранишь ее?

Фендрель мрачно посмотрел на принца, опустил нож на столик.

— Этой ночью прольется много крови. Процесс не будет милым, и тебе лучше уйти, потому что кровь заляпает твой наряд.

Ладони Террина дрожали, пока он расстегивал пряжки жилетки Айлет и осторожно снимал ее, поворачивал ее тело, чтобы высвободить руки. Он знал, как Фендрель избавлял от проклятия обливиса, знал теорию. Но не видел, как это делали.

— Я останусь, — сказал Герард за ним. Хоть Террину не хотелось признавать, он был рад. Он не хотел испытывать это один.

Он развязал шнурки туники Айлет, раздвинул ткань. Нужно было забыть о скромности. Ей все равно сейчас было не до этого. Да, ему не нравилось, что он видел ее такой. Она выглядела маленькой, уязвимой и… ужасной.

Паутина черных вен тянулась под ее кожей, белые участки медленно заполнялись.

Фендрель шагнул вперед, прижал указательный палец к впадине у ее горла. Остался след магии Анафемы, который не видел Герард, но заметил теневым зрением Террин. Фендрель надавил на плечи Айлет, на грудь над сердцем и живот. Она дрожала, но не билась пока в конвульсиях.