Нур и я воспользовались возможностью побеседовать с Горацио. В последний раз, когда мы с ним виделись, он был не до конца сформированным человеком-пустотой, который едва мог говорить, и он выпрыгнул из окна квартиры Эйча на шестом этаже в Нью-Йорке — мы предполагали, что он умер. Как он добрался до развалившейся петли во Франции и как ему удалось вновь влиться — уже вполне сформировавшемуся и довольно симпатичному — в ряды верных слуг Каула?

— Да, — протянула Нур, качая головой, когда она уставилась на него. — Что, черт возьми, с тобой случилось?

Горацио изобразил странную улыбку, выражение лица, которое он явно все еще осваивал.

— Да, все было довольно… насыщенно событиями. Выпав из окна, я спрятался в канализации. Я пробыл там несколько дней, завершая свое превращение из пустоты в тварь. За долгие годы, проведенные с Гарольдом Фракером Кингом, я развил в себе определенные навыки мышления и, применяя их, сумел сохранить память, которую теряют многие пустоты. — его язык был чистым, его произношение точным. У него был тонкий нью-йоркский акцент, который в сочетании с его грамматически безупречным английским делал его похожим на ИИ-бота, пытающегося подражать водителю такси. — Я никогда не забывал Гарольда Фракера Кинга и его великодушие. Я был полон решимости продолжать его миссию — защищать Нур Прадеш и помогать ей в исполнении пророчества семи странных.

— Ну, спасибо, — сказала Нур.

— Ты мог бы выбрать более подходящее время, — сказал Енох, подходя ближе.

— А могло быть и хуже, — добавила Эмма.

— По крайней мере, его цель была точной, — сказала Себби, потирая горло в том месте, где Горацио подстрелил упыря.

Теперь к нашему разговору присоединились все.

— Один вопрос, — сказал Миллард. — Если ты так много знал о пророчестве, почему не сказал нам, что сердце Ви было в списке элементов, необходимых для воскрешения Каула?

— Господин Кинг не знал, потому что госпожа Велия никогда не рассказывала про это, — просто ответил он.

— Если бы она это сделала, то никогда бы не послала нас за ней, — сказал я.

— Это означало бы, что она призналась в том, что была имбриной, — сказала Эмма. — Чего она, вероятно, не хотела делать.

— Это очень скучная тайна, — сказал Енох, нетерпеливо взмахнув рукой. — Я хочу знать, как ты проник к тварям. Разве они не знали, кто ты?

— Нет, — ответил Горацио, — потому что я изменил себя. Это было не то лицо, с которым я переродился, а пришитое.

Губы Эммы скривились от отвращения, и Нур произнесла одними губами: «Чего-о-о-о?»

— Когда мое перерождение было завершен, я нашел тварь и убил его, затем удалил его лицо и отнес его Элсуорту Элсуорту, знаменитому портному Неприкасаемых. И вот результат. — Он повернул щеку и провел по ней тыльной стороной ладони, как модель в рекламе средств по уходу за кожей. Можно было только разглядеть тонкую линию швов, которая исчезала под его светлыми волосами.

— Я украл его личность, — продолжал Горацио. — Подражал его манере речи и присоединился к банде тварей, действовавших в Нью-Йорке, в числе последних в Америке. В этот момент было уже слишком поздно останавливать заговор тварей, чтобы вызвалить Персиваля Марнау и его товарищей из вашей тюрьмы в Дьявольском Акре, и ещё позднее, чтобы помешать им воскресить Каула. Но я узнал, что они перехватили один из ваших телефонных звонков, — он указал на Софи, которая со стыдом спрятала лицо, — и я узнал, что они планировали выследить мисс Прадеш в попытке выяснить место встречи.

— Значит, Каул знал о семерых, — сказала Бронвин, только что проснувшаяся и сонно моргая. — И пророчестве.

— Конечно, — сказала Эмма. — Вот почему он послал за Нур людей, когда она была еще совсем маленькой.

— Звучит прямо как в Апокрифе, — сказал Гораций.

— Каул не дурак, — сказал Миллард. Он повернулся к пожирателям света. — Я не верю, что у него «бессоница» из-за вас троих — не хочу вас обидеть, — но он не собирался проходить через всю эту боль и хлопоты по воскрешению, не убивая вас в качестве страховки.

— Значит, мы попали в ловушку, — сказала Нур Горацио. — И ты проделал весь этот путь, чтобы спасти нас.

— Да, — ответил Горацио без тени скромности или гордости.

Нур сложила руки вместе:

— Спасибо.

— Он будет продолжать пытаться убить нас, — сказал Джулиус. К нему вернулось самообладание, и я заметил, что его пальцы и пальцы Горация переплелись на сиденье между ними. — Мы попали в его ловушку, убили его пустот, унизили его старшего лейтенанта-монстра. На его месте я бы непременно убил нас. А ты бы не боялся?