Мы бежали к краю обрыва. У нас не было выбора; библиотека рушилась у нас за спиной. За обрывом не было ничего, кроме крутого склона, где виднелись разбросанные волнами скалы и черное море. Мисс Сапсан летала над пустотой, высматривая какой-нибудь другой выход из Абатона.

Сквозь оглушительный грохот обрушения библиотеки Нур кричала:

— Отпустите меня! Отпустите!

Прежде чем я понял, что происходит, она вырвалась из наших рук и побежала к краю обрыва.

— Нур! — закричали остальные, но она остановилась и упала на колени. С огромным рывком она начала извергать в пустоту струю серебристо-голубого цвета, такую яркую, что она отбросила нас на несколько шагов назад, такую яркую, что остальные могли только смотреть сквозь рассеченные пальцы.

Это продолжалось и продолжалось, терзая тело Нур, пока я не испугался, что она разорвется на части. Когда все, наконец, закончилось, она качнулась назад на пятки, истощенная, когда последние проблески души Каула рассеялись в ветре и черном океанском течении.

А потом она рухнула на землю.

Мы бросились к ней. Я просунул лапы под нее, подхватил. Ее глаза были стеклянными, но открытыми, и она смотрела на меня. Я попытался заговорить, но не смог. Я все еще был пустотой.

Она сказала мне:

— Ты светишься. Оно внутри тебя.

— Боже мой, — чуть не плача, сказала Эмма. — О, Джейкоб, что ты наделал?

— Он спас нас, — слабо сказала Нур.

— Забери это, — настаивал Хью.

— Опусти меня, — сказала Нур, и я осторожно это сделал. Она повернулась ко мне лицом, пошатываясь на нетвердых ногах. — Открой рот.

Я распахнул пасть так широко, как только мог, стараясь держать язык за зубами.

Она просунула руку внутрь, мимо моих рядов острых как бритва зубов, до самого локтя. Когда она снова вытащила его, я почувствовал, как холод, который жил во мне, отступает. В ее руке находился шар, светящийся синим светом. Она положила его в рот, закрыла глаза, затем повернулась и выплюнула его вместе к остальным.

А потом мисс Сапсан закричала, когда утес под нами обрушился.