— Я сильно недооценил тебя, молодой Иллэниэл, но мне совершенно всё равно, что будет с теми, кто останется после меня. Я помогу тебе лишь при одном условии… если ты потом даруешь мне быстрый конец, — ответил он с болью в голосе.

— Я этого не сделаю, но твой слуга находится поблизости. Если ты дашь мне хорошие советы, то я позволю ему увидеться с тобой, и он, возможно, исполнит твоё желание, — ответил я.

— Хорошо, — ответил он. — Что ты хочешь знать?

— Кто следующий в очереди на трон?

Умирающий монарх сдавленно хохотнул:

— Ты действительно к этому не готовился, так ведь? Тебе следовало узнать это заранее. Мой второй кузен, Браян Са́усуэлл, Граф Восточного Предела, является следующим в очереди, поскольку у меня нет никаких собственных живых детей.

— Убить тебя я решил лишь несколько дней назад. Ты сам виноват, — сказал я. Я был удивлён тем, что его наследником был настолько второстепенный дворянин. Я думал, что его более близким родственником был один из членов великих семей, вроде Трэмонтов или Ланкастеров. Позже я узнал, что королевская семья избегала браков с более могущественными дворянскими домами, чтобы не давать им больше влияния.

— Боюсь, что Граф просто не подойдёт, — добавил я.

Эдвард недобро улыбнулся:

— Тогда ты должен убить его, и ещё дюжины других людей, если хочешь расчистить себе путь к трону.

Я уставился на него без всякого сострадания:

— Я не собираюсь садиться на трон — я посажу на него вместо тебя Джеймса Ланкастера.

— Его права на трон лишь немногим лучше твоих собственных. Если хочешь сделать его королём, то тебе придётся издать королевский указ, называющий его моим наследником, и одновременно лишающий прав более дюжины человек, которые стояли бы в очереди впереди него. Затем тебе придётся позволить мне умереть, или, точнее, создать видимость того, что я умер недавно, если ты ещё будешь обманывать людей моим подобием, — объяснил он, и приостановился на миг, когда острый приступ боли лишил его дыхания. — Как только ты убьёшь моего двойника, дворянские дома восстанут, и потребуется кровавая война, чтобы поддержать твой указ, делающий Джеймса королём.

— А что если ты откажешься от трона? — предложил я. — Я могу устроить так, что ты оставишь трон из-за ухудшающегося здоровья, и будешь советовать новому королю, лёжа в постели. После года или двух ты мог бы тихо умереть во сне.

Лицо Эдварда приняло задумчивое выражение:

— Это может сработать, хотя я сомневаюсь, что мне такое когда-либо пришло бы в голову. Такое мирное решение заставляет меня сомневаться, есть ли у тебя вообще подходящий для правления характер. Я думаю, что согласен с тобой — Джеймс будет выбором получше. Ты слишком мягок, чтобы править.

— Ты заслужил свою награду, — внезапно сказал я, не потрудившись отреагировать на его небрежное оскорбление. Отвернувшись, я пошёл обратно туда, где стоял Сайхан, и поманил его. Когда он проходил мимо меня. Я предупредил его:

— Живым он отсюда не выберется.

Сайхан приостановился, и ответил:

— Я не могу позволить тебе причинить ему вред, — сказал он, неправильно поняв смысл моих слов.

Я лишь покачал головой:

— Поймёшь, когда увидишь его.

Ветеран прошёл мимо, и нашёл своего короля лежащим там, где я его оставил. Я не стал висеть у них над душой, но оставался достаточно близко, чтобы слышать их слова.

— Опять ты, — сказал Эдвард, рассмотрев лицо Сайхана.

— Ваше Величество, — ответил Сайхан, становясь на колени и склоняя голову.

— Вечно верный пёс, а? — сказал Король, оскорбляя своего стража даже пока его собственное лицо было искажено от боли. — Сослужи мне одну последнюю службу, и прикончи меня, — сказал он миг спустя.

Человек, который провёл всю свою жизнь, обучая Анас'Меридум, а потом — королевских гвардейцев и убийц, ответил голосом, который будто был вытесан из цельного гранита:

— Я поклялся сохранять вашу жизнь, сир. Я не могу этого сделать.

Лицо Эдварда затуманилось гневом:

— Ты поклялся повиноваться мне! Делай, как приказывает твой король!

Голос Сайхана оставался нейтральным:

— Моя клятва защищать вашу персону стоит выше моей клятвы повиноваться вашему Величеству.

Голос Короля наполнился отчаянием, поскольку боль он испытывал нестерпимую:

— Сайхан, пожалуйста, не оставляй меня так. Избавь меня от этой агонии! Я хочу покончить с этим миром.

Лицо воина оставалось неподвижным, но в его голосе прозвучало сочувствие:

— Освободите меня от моих клятв, ваше Величество.

— Просто убей меня, чёрт побери!

— Не могу. Отмените мои клятвы, ваше Величество… отпустите меня, — тихо ответил Сайхан.

— Хорошо, я освобождаю тебя от твоих обязанностей, и избавляю тебя от твоих клятв. А теперь, пожалуйста, ради любви к любым оставшимся богам, прекрати эту боль! — воскликнул умирающий король.

Сайхан засмеялся, и встал, глядя сверху вниз на человека, которому он так долго служил:

— Я скорее окажу милость собаке, — с презрением сказал он, и плюнул на своего бывшего повелителя. — Ты не стоишь усилий, которые мне понадобятся для того, чтобы поднять меч и вырезать твоё чёрное сердце.

Опустив свою стопу на на руку Короля, верзила вдавил кости его руки в твёрдую землю, пока тот не закричал.

Испытывая отвращение, я хотел отвести взгляд, но заставил себя смотреть.

Тут рослый воин оставил его, и направился ко мне, игнорируя жалкие крики Эдварда.

— Пойдём, проветримся, — сказал он, подойдя ближе. — Мне противно его слушать.

Я проследовал за ним добрую сотню ярдов, пока мы наконец больше не могли слышать страдания Короля, а затем он повернулся обратно ко мне, и обнажил свой меч. Я рефлекторно отпрянул, и приготовил свой щит. Я не ожидал, что после всего случившегося он нападёт на меня, но я предположил, что недавние события могли вызвать у него помутнение рассудка. Я был крайне удивлён и сбит с толку, когда вместо того, чтобы напасть на меня, массивный воин преклонил колено, и вытянул свой меч рукоятью вперёд.

— Я провёл всю жизнь, служа никчёмному господину, связанный клятвами, которые я считал стоящими. Теперь я свободен, и обнаружил, что моя жизнь была потрачена зря, — сказал он полным эмоций голосом. Эту сторону Сайхана я никогда прежде не видел, и даже не подозревал о её существовании. Глядя вниз, на его лицо, я увидел, как у него на глазах проступили слёзы. — Я наблюдал за тобой, Мордэкай Иллэниэл, и мне ведомо твоё сердце. Я не могу жить так, как живут другие люди, ибо я был связан честью и клятвами всю свою жизнь. Если ты примешь меня, то я буду служить тебе в течение всего остатка моей жизни, надеясь на то, что я смогу искупить тот урон, который я вынужден был наносить сам, или позволять наносить другим.

На меня нашли печаль и глубокая тоска, пока я смотрел на этого человека, который даже сейчас не мог жить свободным:

— Я не хочу твоей службы, Сайхан. Ты заслуживаешь жить своей жизнью.

— Либо ты примешь её, либо я здесь же и умру. Я не могу жить иначе, — упорно ответил от.

— Хорошо, — наконец сказал я. Взяв его меч, я вогнал его в землю, и положил обе его руки на рукоять, прежде чем накрыть их своими собственными. Глядя ему в глаза, я произнёс: — Я, Мордэкай Иллэниэл, беру тебя к себе в услужение. Поклянёшься ли ты служить мне, и защищать меня, сделав это своим священным долгом?

— Клянусь.

— Я хочу, чтобы ты служил в качестве одного из Рыцарей Камня — ордена, присягнувшего защищать людей и служить всеобщему благу. Примешь ли ты место среди них? — формально спросил я.

— Приму, если ты того желаешь, — ответил он.

— Желаю, — ответил я. — У меня есть последняя клятва, которую я хочу получить от тебя, прежде чем полностью приму тебя.

— Я согласен, — ответил он.

— Поклянёшься ли ты прислушиваться к своей совести? Если судьба или события сложатся таким образом, что твои прошлые клятвы больше не будут иметь смысла перед лицом настоящего, я хочу, чтобы ты поклялся действовать согласно своему собственному суждению, а не слепо повиноваться своим клятвам.

Он помолчал немного, прежде чем ответить:

— Я с радостью поклянусь в этом.

— Как твой повелитель, я обладаю определёнными обязанностями и ответственностью в отношении тебя, и я постараюсь быть достойным твоего служения. Мы проведём церемонию посвящения тебя в рыцари через несколько недель, когда Сэр Дориан поправится достаточно, чтобы присутствовать, — сказал я ему. — А теперь вставай — мне неудобно, когда люди слишком долго стоят на коленях, — с улыбкой добавил я.

Сайхан встал, и вложил свой меч в ножны:

— Если ты не против, я бы хотел подождать здесь, пока всё не закончится, — сказал Сайхан. Хотя он и не стал уточнять, я понял, что он имел ввиду смерть Эдварда.

Я кивнул:

— Встретишься со мной в моём городском доме, когда закончишь, — сказал я, и оставил его там. Я хотел проверить Роуз, а потом мне нужно было найти Пенни.