Когда дверь закрылась, мы с Пенни переглянулись.

— Это что вообще было? — сказала она.

— Я думаю, он пытался оказать нам услугу… наверное, — ответил я.

— Я только что потеряла все средства к существованию! — воскликнула она. Ей было не до смеха.

— Ну, я готов предложить тебе новый пост, — рискнул я.

— Какой, главной сожительницы? Потому что если ты так обо мне думаешь, то советую передумать — только потому, что прошлой ночью мы… Это была магия, я не контролировала себя полностью! — продолжала она себя накручивать. Хотя я, конечно, не стал бы говорить это вслух.

Медленно дыша, я осторожно встал с кровати, и начал идти к ней:

— Я никогда не предложил бы ничего такого, Пенни. Герцог просто ясно давал понять, что мы могли бы продолжить оставаться вместе, под совершенно любой связью или фикцией, которую мы сочтём уместной.

— «Фикцией, которую мы сочтём уместной» — ты хоть слышишь себя сейчас, Морт? Одно то, что ты — долбаный Граф ди'Камерон, не означает, что я с радостью упакую вещички и перееду, став твоей девкой! — взвилась она. Я был почти рядом с ней, но она стала пятиться. Учитывая моё хрупкое состояние, я не мог гоняться за ней по комнате. Я решил попробовать другую тактику:

— «Спутница» не обязательно означает «проститутка», Пенни, а если тебе нужен титул получше, то ты могла бы быть у меня секретаршей, — одарил я её кривой ухмылкой, используя свои обширные познания в психологии. Сработало. Она покраснела, и набросилась на меня, оскалив зубы и обнажив когти:

— Ты, слабоумный хлыщ! — испустила она достойный банши вопль, кинувшись на меня. Я поймал её запястья, когда она оказалась рядом, и попытался её усмирить. У сожалению, как вам скажет большинство борцов, сила верхней части тела в значительной мере полагается на мышцы вокруг грудной клетки, а моя была в ужасной форме. Уверен, я уже упоминал, какой я ужасно умный.

Боль пронзила меня, пока я боролся с ней, пытаясь на миг удержать её на месте. Вопреки агонии я сумел подтянуть её поближе к себе, и заключить в медвежьи объятья, вследствие чего она меня укусила. «Она меня укусила!». Но я отказывался её отпускать, и, шагнув назад, упал на кровать, крепко прижимая её к себе. Этим я заработал себе ещё больше боли, когда её вес навалился на меня. Извернувшись, я оказался сверху, и прижал её к кровати. Я упоминал, что она сильная как пантера? Но я наконец поймал её.

— Я не собираюсь допускать ту же ошибку, как в прошлом нашем споре, — сказал я, моё лицо находилось в считанных дюймах от её лица. — Тебе не удастся сбежать сразу же, как только я начну говорить.

Она зарычала на меня с налившимся кровью лицом, но слегка расслабилась:

— Ты заплатишь, когда я высвобожусь, и у тебя нет сил, чтобы прижимать меня долго.

— Мне не нужно долго, мне нужно гораздо больше. Пенелопа Купер, ты выйдешь за меня замуж? — произнёс я. Мой план был настолько гениален, что она замерла, не шелохнувшись.

— Что!? — сказала она.

— Я спросил, выйдешь ли ты за меня замуж, — отчётливо повторил я, причём, могу добавить, с большим шармом.

— Я — простолюдинка, идиот ты этакий, — ответила она.

— Как и я.

— Уже нет, ты теперь долбаный, мать твою, Граф ди'Камерон, — сказала она пессимистичным тоном, но в её лице я увидел отблеск надежды.

— Я мог жениться на тебе раньше, и никто бы и бровью не повёл, и, насколько я знаю, нет закона, который помешал бы мне жениться на ком угодно, — ответил я. Она больше не сопротивлялась, поэтому я ослабил хватку.

— Я не хочу выходить за тебя, — возразила она, — у тебя странная внешность, — закончила она с мокрыми глазами.

Я склонился, и поцеловал её. Она поцеловала меня в ответ, слегка рыча где-то в глубине глотки. Когда я прекратил поцелуй, чтобы вдохнуть, она посмотрела на меня:

— Это, должно быть, самый глупый способ сделать девушке предложение, о каком я когда-либо слышала, — заявила она. Я снова поцеловал её, и вложил в этот поцелуй мои наилучшие усилия. — У тебя даже нет кольца, — пробормотала она после этого. Я поцеловал её снова, и она перестала жаловаться.

Некоторое время спустя мы лежали, выбившись из сил. Ну, я выбился из сил — несмотря на мою молодость, я был не в той форме, чтобы затевать борцовские поединки и… другие вещи. Но оно того стоило. Мне в голову пришла мысль:

— Так это было «да»?

Она хитро посмотрела на меня:

— Я пока ещё не решила.

Я шмякнул её подушкой. Это развязало войну, но в конце концов она попросила пощады:

— Ладно, ладно! Да, да, я выйду за тебя! — сказала она, смеясь.

Позже я лежал, размышляя о том, что вопреки удаче, которой я в данный момент наслаждался, у меня всё ещё была одна довольно крупная проблема — Дэвон Трэмонт. Он уже нападал на Пенни, а теперь и меня попытался убить. Я также был весьма уверен, что он намеревался устроить Ланкастерам много неприятностей. К сожалению, я понятия не имел, что со всем этим делать. В дверь снова постучали.

Пенни ушла вниз, чтобы забрать свои вещи, поэтому отвечать пришлось мне. Иногда жизнь тяжела. Снаружи стояли Дориан и Марк.

— Ты правда жив! — крикнул Марк. Я отступил назад, и впустил их внутрь.

— Чему обязан великой честью вашего визита? — насмешливо сказал я.

— Разве человеку нужна причина, чтобы навестить своего двоюродного родича? — ответил Марк.

— Так твой отец тебе рассказал?

— Конечно! И он дал мне кое-что для тебя, — бросил он мне большой кошель. Я его чуть не уронил. Он был очень тяжёлый.

— Что это? — спросил я.

— Двести золотых марок, Отец взял большую их часть с его благородия этим утром, а разницу покрыл из своего собственного кошелька. Я слышал, у них был просто потрясающий разговор, — сказал он, после чего несколько минут потратил на то, чтобы пересказать мне услышанное.

— Ха! — хохотнул я, когда он закончил. — Это хорошее начало, но этому дьяволу ещё за многое надо ответить, — заявил я. С этим мы все согласились, и какое-то время обсуждали самые разные неприятные вещи, которые могли приключиться с Лордом Дэвоном до его возвращения домой.

Поскольку этот разговор на самом деле не вёл ни к чему продуктивному, я решил сменить тему:

— О, кстати! Я упоминал, что у меня помолвка? — упомянул я. Это приковало ко мне их взгляды. После этого мы долго говорили, а я гадал, как же я буду решать вопрос о том, кто будет моим шафером. Эту проблему я решил отложить на другой день.