— Но зачем? — более глупого вопроса я придумать не могла, и поняла это стоило словам сорваться с моих губ.

— Я не ещё не готов с тобой расстаться, — в его голосе слышалось отчаяние. — Я всю ночь пытался найти силы уйти, и никак не мог заставить себя это сделать. Мне до сих пор сложно поверить, что ты согласилась стать моей женой и моей спутницей.

— Ксандр, — пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться, — это грубый шантаж!

— Милая, — он наклонился ко моему лицу, — мы провели эту ночь вместе, и мне кажется, я вёл себя более чем прилично. Обещаю, никаких поползновений с моей стороны не будет, я просто буду спять рядом с тобой.

— Только если ты обещаешь.

Я сомневалась в собственном решении, но зерно правды в его словах было. Мы не раз проводили ночи вместе, и он ни разу не дал мне повода усомниться в его порядочности. Взять, например, те случаи, когда мы до утра разбирали документацию по очередному происшествию.

— Я никогда тебя не обижу, — пообещал он. — Сколько тебе времени понадобиться, чтобы подготовиться ко сну?

— Минут двадцать? — реальность происходящего всё никак не могла достучаться до опьянённого счастьем рассудка. — Я отправлю тебе вестника?

— Хорошо, — мне достался поцелуй в нос, — не забудь закрыть дверь на засов, чтобы нас не потревожила твоя служанка.

Подарив мне улыбку, мужчина исчез, видимо телепортировавшись в свою комнату. Размышляя о правильности принятого решения, я оставила записку на внешней стороне двери для горничной, попросив ту не беспокоить меня, пока сама не проснусь. А после пробуждения вопрос о мази для Шалески станет ребром.

Работать в лаборатории королевского алхимика — слишком рискованно, а ждать, пока оборудуют рабочее место для господина Кьярдо у меня просто нет времени. Наставнику стоит прейти в себя после случившегося. Когда мы навестили его во дворце, пусть он и старался это скрыть, было явно видно — похищение сильно его подкосило. В его возрасте подобные приключения проходят наиболее сложно. И вопрос даже не в физических, повреждениях, а в нервном потрясении.

Последние тёмные прядки в его волосах побелели, словно во время своего заключения он видел что-то ужасное. Я не спрашивала Ксандра о том, что случилось с его пленителями. Можно считать меня малодушной, но у меня просто не хватило храбрости узнать, что случилось с этими подонками, пусть они этого и заслуживали.

Надеюсь, что моей изобретательности хватит, чтобы закончить мазь, пусть и заработав несколько косых взглядов от кухонной прислуги Ксандра.

Умывшись тёплой водой и заплетя косу, я переоделась в мягкие штанишки и тунику для сна. Ещё одно нововведение портного в мой гардероб, заменившее ночные сорочки. Тянуть дальше не было смысла, а потому магический вестник сорвался с моих пальцев, яркой бабочкой упорхнув в сторону Александра.

Собственная кровать приняла меня, как родную, и я наконец-то смогла расслабиться на мягкой перине. Впервые, за последние две ночи. Мне страшно представить, как долго я просплю, теперь, когда нет причин куда-то спешить и есть возможность полноценно отдохнуть.

Ксандр в моей спальне появился, словно из воздуха. Одетый в мягкие домашние штаны и тунику с глубоким вырезом, он казался мне неправдоподобно красивым. Широкие плечи, узкие бёдра, рельефные мышцы груди и рук. Не мужчина, а картинка. Страшно представить, что всё это великолепие после сегодняшней ночи принадлежит мне одной, и никому больше.

Облюбовав одну из подушек, он накрылся принесённым с собой одеялом и повернулся ко мне лицом. Чёрные глаза чуть мерцали в полумраке комнаты, завораживая.

— Я начал думать, что ты не позовёшь, — он говорил тихо, почти не тревожа сонной атмосферы комнаты. — Я рад, что ты не испугалась.

— У меня были некоторые сомнения, — пришлось признаться, — но потом я поняла, насколько всё условно.

— Просветишь меня? — Ксандр выглядел особенно довольным, словно объевшийся сливок кот.

— Мы столько ночей провели вместе, что ничего не измениться, если мы поспим в одной постели, — я пожала плечами, хоть это и не было особо удобно из положения лёжа.

— Ты упустила из виду только одну вещь, — промурлыкал он. — Мы наиболее уязвимы во сне, и потому большинство пар нашего круга предпочитает спать раздельно.

— Они не доверяют своим партнёрам в жизни? — удивление было сильней, чем я ожидала. — Но как это возможно?

— Договорные браки, причина вырождения, — в глазах моего мужчины проступила грусть. — Потомки демонов забыли, что самые сильны и здоровые дети рождаются в любви. Только выросшие в счастливой семье, где родители понимают и уважают друг друга, могут вырасти полноценными личностями, видящими не только грязь этого мира, но и добро и чистоту, — грустная улыбка заиграла на его губах. — Конечно есть исключения, но их немного.

— Вроде меня?

Назвать мою семью счастливой, можно только с очень большой натяжкой. Так же сильно, как родители когда-то любили друг друга, так же сильно они стали друг друга раздражать, когда на свет появилась я, вместо долгожданного наследника. Хотя, если сопоставить некоторые факты, то их любовь скорее всего закончилась с рождением Дериона. Желанного сына, которого отец никогда не смог бы признать наследником рода.

— Именно, моё маленькое светлое сокровище. Ты оказалась одной из немногих, кто смог сохранить веру в людей, несмотря на всю боль, что тебе пришлось увидеть.

Мне не хотелось продолжать этот разговор. Слишком сильного от него веяло мраком грустных воспоминаний, которые я бы хотела забыть. Накрыв его ладонь своей, натянула одеяло на самые уши.

— Устала?

— Очень. Я только что сама поняла, насколько хочу спать.

— Тогда спи, моя лучшая половина. Спи, и пусть тебе приснится полёт в поднебесье, — он говорил тихо, мои глаза сами закрывались, а я медленно проваливалась в страну снов, сюжеты которой были навеяны колыбельной демона.

Крылья, сотканные из нитей тумана, поднимали меня всё выше и выше, там, где даже облака подчинялись моим желаниям. Тонкие ленты отделялись от облаков, струились сквозь пальцы и таяли словно снег на весеннем солнце.

Я никогда ранее не чувствовала себя настолько свободной и всемогущей. Небо принадлежало мне, и мне одной. Я могла улететь куда угодно. Для меня больше не существовало границ и королевств. Редкие путники на вьющейся ленте дороги были почти неразличимы, словно крохотные пылинки, подвластные порывам ветра.

Неожиданно, моё уединение закончилось. Из-за грозового облака мне на встречу вылетел мужчина. Его крылья, сотканы из самой тьмы, шлейфом развивались за его спиной. Кожа, словно покрыта чешуей из черного перламутра и тускло отражает полуденное солнце. Красив, демон.

Демон, да. Он действительно демон, мой мужчина из другой жизни. Едва уловимые отголоски его запаха щекочут ноздри, пробуждая уснувшую память. Я не витала среди родных мне облаков целую вечность, а сейчас сплю рядом с демоном, зависшим напротив меня. Он не торопит, он терпелив. Он ждёт, пока я вспомню себя, перестану быть ветром, играющим среди туч.

— Привет, — клыки едва ощутимо царапают кожу губ, стоит мне растянуть их в улыбке. — Я скучала, кажется целую вечность.

— Привет, — его клыки ещё более внушительные, чем мои. — Я ждал тебя.

— Кто я? — слова летят к земле каплями первого дождя.

— Ты Терриана Снежинская, мой свет во тьме, истинное сокровище для демона.

— Кто ты? — шепот срывается с губ порывами ветра и играет с его волосами цвета летнего ночного неба.

— Демон, Александр Сарон, и самый счастливый мужчина во всех мирах, потому что сегодня ночью ты согласилась стать моей женой.

— Ты сильней, — не вопрос, констатация факта. — Но я тебя не боюсь. Почему?

— Я последний, кого тебе стоит бояться, — прямой взгляд бездонных чёрных глаз.

— Полетаешь со мной?

Он протягивает мне ладонь, приглашая на танец. Танец среди облаков. Вальс среди пушистых гор небес. Танго над облаками.

Мы кружимся так быстро, что захватывает дух, и становится сложно дышать от наполняющего меня восторга. Шаг. Взмах крыльев. Битва взглядов.