В одну секунду все еще надетый на мне бюстгальтер вдруг оказывается рядом со мной на одеяле, Лиам накрывает губами один из моих бутонов и начинает посасывать его, посылая волны прямиком меж моих бедер. Я выгибаюсь ему навстречу и тихим стоном требую большего. Лиам обнимает мою вторую грудь, выкручивая сосок, пока я не начинаю громко вскрикивать и отчаянно тереться об него.

— Моя очередь, — стонет Лиам, переворачивая нас.

Внезапно я оказываюсь лежащей на спине, и лицо Лиама нависает над моим. Его тяжелое тело лежит на мне, и это давление кажется совершенно правильным. Лиам, тяжело дыша, рассматривает мое лицо.

— Может быть, ты действительно только сон, и когда проснусь, я вернусь в Афганистан.

— Обещаю, что нет, — говорю я, и обхватив руками его лицо, притягиваю к себе.

Лиам целует меня, всасывает мою нижнюю губу и толкается нижней частью тела между моих бедер. Пальцами исследую его мускулистые руки, плечи, шею. Когда прохожусь по шрамам на спине, он напрягается и пытается уклониться от меня. Но я этого не допускаю. Я крепко держу его и смотрю ему в глаза.

— Позволь мне прикоснуться к тебе, — умоляю я.

— Не к грязной части меня, — отвечает он с некоторым отчаянием в голосе.

— В тебе нет ничего грязного, — настаиваю я, кончиками пальцев скользя по паутине шрамов.

Лиам на мгновение закрывает глаза, затем тихо вздыхает, опуская губы к моей шее, скользя языком по моей горячей коже. Прикусывает мою ключицу, и тело пронзает дрожь. Маленькие всполохи огня танцуют на каждом сантиметре кожи, который он целует, пока его губы снова не сжимаются вокруг одного из моих бутонов, и он нежно всасывает его. Я издаю громкий стон, нетерпеливо поднимаю таз, пытаясь достичь облегчения. Такое чувство, что я вот-вот расплавлюсь. Может быть, сказывается долгое воздержание, но уверена, что в жизни никогда не испытывала такого сильного желания поскорее почувствовать в себе мужчину.

Лиам обводит языком вокруг моего пупка, потираясь подбородком по нежной коже на внутренней стороне моих бедер, а затем с удовлетворением смотрит на меня, когда я с шипением выдыхаю от ощущений, что дарит его щетина, обжигающая мою кожу.

— Лиам, — умоляю я его.

Он улыбается и припадает ртом к моему лобку. Влажный жар встречает его горячее дыхание. Моя вагина пульсирует от желания. Он проводит языком по щели через ткань. У меня нет больше сил терпеть эту муку, все мое тело вибрирует от желания.

— Я хочу попробовать тебя и узнать, такая ли ты там сладкая как мед, — говорит Лиам с хрипотцой в голосе, выпрямляясь и освобождая меня от трусиков. Его взгляд жадно концентрируется на тонкой полоске светлых волос между моих бедер. Он поглаживает половые губы большим пальцем, а затем вжимает его в мой жар и нежно касается пульсирующего клитора. Я приподнимаю бедра ему навстречу, требуя большего.

Лиам запускает язык между моими складочками и тихо стонет. Меня пронзает дрожь, когда его язык встречается с моим клитором, запуская покалывание сквозь все тело. Я чувствую себя подхваченной бурей и открываю свои бедра еще шире, чтобы дать ему лучший доступ.

— Как мед, — стонет он, его слова вибрируют у меня между ногами. Он выпрямляется, и на его лице я вижу тот же голод, что бушует и во мне.

Я с волнением наблюдаю за тем, как он расстегивает штаны, стряхивает их с ног и снова устраивается между моих бедер. Он целует мою шею, губы и, беря мою руку, проводит ею между нами, где его горячая и напряженная эрекция вжимается мне в живот.

— Я хочу чувствовать тебя, — едва слышно и возбужденно шепчет он мне в ухо.

Я обхватываю его член, чувствую легкую пульсацию и двигаю кулаком вверх и вниз. Его ствол длинный и мощный с влажной темно-фиолетовой головкой, проведя по которой большим пальцем, я заставляю Лиама вздрогнуть. Он нетерпеливо толкается в мою руку и закрывает глаза.

— Я, возможно, давно не практиковалась, — тихо говорю я ему.

Он смотрит на меня и улыбается.

— Возможно, я тоже.

— Тогда мы должны это быстро изменить, — говорю я, снова проводя по нему рукой, затем поднимаю таз и подвожу к своему входу.

— Давай изменим это, — говорит Лиам и целует меня, медленно толкаясь вовнутрь.

Я отчетливо ощущаю, как мое лоно растягивается вокруг него, принимая и приветствуя его. Тысячи бабочек порхают в моем животе. Я так нервничаю, потому что делала это только с одним мужчиной. С Марком. Но с Лиамом это чувствуется совсем по-другому: более интенсивно, более захватывающе, мое тело ощущается более горячим и жадным. Я прикусываю нижнюю губу, сдерживая крик, пронзающий мое горло, когда Лиам начинает медленно двигаться внутри меня.

Лиам

Тесса смотрит на меня потемневшими глазами, обнимает и подается ко мне бедрами. Она выглядит невероятно сексуально с ее покрасневшими щеками, слегка припухшими от моих поцелуев губами и подернутыми поволокой страсти глазами. Я медленно двигаюсь в ней, хотя все мое существо умоляет взять ее быстро и жестко. Мне стоит огромных сил, чтобы не сделать этого, потому что я хочу продлить наслаждение. И при этом я хочу любоваться ею, потому что боюсь, что она исчезнет, если закрою и снова открою глаза. Мне ни в коем случае не хочется возвращаться в Афганистан. Я хочу быть здесь с ней. Я должен быть здесь с ней.

Опускаю рот к ее губам и улавливаю мягкие вздохи, стараясь не думать о том, что нащупывают ее пальцы на моей спине, потому что этим вещам здесь не место. На данный момент есть только она и я. Ужасы, которые я был вынужден делать, должны держаться как можно дальше.

— Лиам, — стонет Тесса мое имя, извиваясь подо мной.

Она прижимается ко мне, и каждое движение заставляет меня чуть ли не терять сознание от похоти.

Чувства, как набирающий скорость ураган, пронизывают меня. Я толкаюсь сильнее, глубже, хочу от нее все большего и большего. Хочу быть к ней так близко, что мы можем сгореть. Когда Тесса начинает отчаянно биться подо мной, я переворачиваюсь вместе с ней, позволяя ей оседлать меня, чтобы она смогла взять контроль.

Она упирается руками мне в грудь и начинает кружить тазом, практически сводя с ума. Эта близость, эти нежные прикосновения, и, вообще, само то, что ко мне прикасаются. Я так тосковал по всему этому. Я, как утопающий, жаждал этого. И теперь все кажется таким интенсивным, что это почти слишком. Я кладу руки на ее покачивающуюся шикарную грудь и не могу насытиться, наблюдая, как Тесса объезжает меня. А заслужил ли я такую женщину как она?

Задыхаясь, я хватаю ее за бедра и призываю двигаться быстрее. Она откидывается назад, выпячивая грудь, лаская себя, и громко стонет. Я прижимаю большой палец к ее клитору и потираю его. Мне хочется, чтобы она кончила, сидя на мне. Тесса стонет, выкрикивает мое имя, пульсирует вокруг моей плоти и срывает меня за собой следом в этот взрыв ощущений, которые обрушиваются на меня, словно цунами.

— Тесса, — шепчу я ей на ухо, когда она, тяжело дыша падает на меня, пряча свое лицо у меня в основании шеи, — ты самый замечательный сон за долгое время.

— Я? Никогда не считала себя замечательной, — не двигаясь, интересуется Тесса. Она накрывает меня своим телом, и я просто держу ее в своих объятьях.

— Ты замечательная. Никогда не верь, если тебе скажут другое.

Она тихо смеется и целует меня в щеку, и тут в ее корзине для пикника раздается перезвон, и я не могу сдержать смеха.

— Это твой, у меня нет телефона.

— Ты должен быть благодарен за это, — говорит Тесса, вздыхая, выпрямляясь и роясь в корзине, которую мы в порыве страсти столкнули с покрывала. — Это должно быть Джордж, который хочет знать, где я так долго. Мы после обеда всегда сидим на веранде с кофе и пирогами. Он настаивает на своих привычках, — объясняет она, но, взглянув на дисплей сотового, удивленно сжимает губы. — Это не Джордж. Алло? — отвечает она на звонок.

— ...

— Нет, он не... — Тесса смотрит на меня с сожалением, и у меня возникает неприятное чувство. — Кто это сказал? Нэнси Уолтерс? И шериф? Нет, они оба не правы.

— ...

Она снова смотрит на меня, качает головой и закатывает глаза.

— Вы не правы. Я новый владелец. Тесса Кармайкл, проверьте это.

— ...

Тесса хватает ртом воздух и выпучивает глаза.

— Вы стоите перед моим домом? Как вы, наверное, уже поняли, я не дома. — Она кладет руку на телефон. — Кто-то с телевидения, они хотят тебя.

Я качаю головой. Мне не нужно больше ненужных вопросов, которые поднимают еще больше вопросов и приносят с собой больше камер. Я просто хочу покоя, поэтому у меня нет мобильного телефона. Чтобы не приходилось вести именно такие телефонные переговоры.

— Послушайте, его здесь нет. Вы находитесь без разрешения на моей земле. — Тесса вешает трубку, хватает свое нижнее белье и быстро натягивает трусики. — Я не могу сидеть здесь голышом, если не более чем в километре у подножия холма рыщет съемочная группа. Если не желаешь с ними разговаривать, то тебе следует остаться здесь. Я попытаюсь избавиться от них.

— Тесса, подожди, — останавливаю ее я и чувствую себя действительно ужасно, потому что у нее из-за меня проблемы. — Может, мне стоит поговорить с ними, тогда они снова исчезнут.

— А потом с каждым разом их будет все больше и больше, потому что все они захотят побеседовать с тобой лично. Некоторые будут изображать тебя героем, а некоторые — предателем. Я не хочу, чтобы это случилось, и ты пострадал. — Тесса печально качает головой, а в ее глазах стоят слезы, грозящие пролиться в любой момент. — Я не желаю твоей травли, потому что, если ты поддашься их уверенности, что они имеют на тебя право, их будет больше и больше. Я испытала это с Марком, когда он нашел девочку. Пресса была повсюду, они копали и копали, и не сдавались, пока не вытащили всю грязь. Даже то, что его мать взяла и исчезла. И его проблему с алкоголем. Просто все.

Я выпрямляюсь и притягиваю ее в объятья.