Она быстро огляделась, но комнату явно давно не использовали. Несколько старых инструментов и стул лежали в углу, покрытые пылью, и больше ничего тут не было. Она махнула Сириллу, но смотрела на дверь.

— Ольгун?

Сомнение, но желание попробовать. Ее ухо и та сторона лица стали покалывать, она снова прижалась к двери.

Сначала грохот мельницы оглушал, но он быстро утих до нормальной громкости. От звука ее голова дрожала, словно эхо было громче звука, что порождал его.

Сила Ольгуна текла, бог приглушал одни звуки и притягивал другие, пока не стало слышно то, что напоминало голос.

К сожалению, на этом наступил предел. Шинс слышала голоса, но не понимала ни слова.

Что-то про расписание? Она не знала этот голос, не могла определить вот так, но он был встревоженным.

Второй голос, тоже незнакомый, был слишком тихим, чтобы что-то уловить.

Когда заговорил третий, она узнала фразу «чертова девчонка» и не сомневалась, о ком идет речь. И, что важнее, она узнала сам голос.

Голос Ивона Малина она не могла так быстро забыть. Ей хотелось помыться и оттереть прошлую встречу.

Значит…

— Нашли! — шипение было направлено на Ольгуна. От радости Виддершинс оказалась достаточно громкой, чтобы Сирилл, выбравшийся неловко из окошка, услышал ее, не будь тут шумно.

Ивон и Джос сотрудничали. Это доказывало, что дом Карно был связан с Тысячью ворон. И с ней был свидетель, которого Каланта Делакруа и власти Обера должны послушать.

Но, как отметил Ольгун, они еще ничего не увидели. Они могли лишь подозревать, что один из двух незнакомых голосов был Джосом, и могли лишь предполагать, что, пропав из виду, он пошел сюда.

Виддершинс ворчала о лошадях, а потом заворчала, когда Сирилл шлепнулся на пол за ней. Она встала, осмотрела петли двери — старый и чуть проржавевший металл, как она и думала — а потом потянулась к инструментам, что носила в кармашках пояса. Несколько капель масла, пауза, чтобы впиталось, и еще пара капель.

Она проверила, готов ли Ольгун, решила, что нет смысла проверять готовность Сирилла, а потом прижала ладонь к засову. Медленно и осторожно, нервно, она приоткрыла дверь на пару дюймов.

Она увидела, когда глаза привыкли к сумраку, мельницу внутри. Полки для хранения, сито и чаша. Она не видела, где мололось зерно, хоть звук был всюду. Она не видела и трех собеседников.

Открыть дальше и посмотреть? Если Ивон и остальные были в поле зрения, то это привлечет их внимание, как бы тихо она не двигалась, но если она не увидит больше…

Ах.

Шинс шагнула в сторону и прижалась лицом к узкой щели между дверью и стеной, к которой она крепилась. Не сильно помогло, но хоть что-то.

Они были ближе к двери, чем ей хотелось. Ивона она не видела, но не расстроилась. Она лучше всего видела мужчину, которого не узнавала, с острым лицом и мышиными волосами, в одежде торговца, но с лестью слуги.

Третий стоял спиной к ней, и она видела мало, но этого хватило. Она заметила лысеющую голову и расшитую тунику, поняла, чье это.

— Сирилл! — чуть громче. — Сирилл! Сюда!

Он подобрался за ней, потирая локоть, ушибленный по пути.

— Что? — шепнул он.

Шинс отошла от двери.

— Скажи, узнаешь ли кого-то.

Сирилл кивнул, склонился, прижал ладонь к стене и двери.

Простая привычка, рефлекс. Он тут же спохватился и убрал руку, но этого контакта хватило. Дверь открылась еще на пару дюймов, и Виддершинс уже не слышала даже обрывки разговора.

«Боги, защитите от глупых аристократов!».

— Уходи!

— Шинс, прости…

— Беги, потом извинишься! Иди!

Шинс закрыла дверь, безумно искала способ запереть ее, но осталась лишь старая лопата в груде инструментов. Она сунула ее под дверь. Это не поможет надолго, особенно, когда она открывалась наружу, но пару секунд им дать могло.

Им этого должно хватить.

Виддершинс уловила кряхтение, и ей захотелось топнуть возмущенно ногой. Сирилл пытался забраться в окно, но маленькое отверстие и камень стены, что был тут ровнее, чем снаружи, замедляли его. Он выбрался только наполовину, размахивал ногами, пока пытался уцепиться.

Виддершинс подбежала к нему, схватила за ногу и толкнула. Сирилл вылетел в окно кричащей пробкой, пропал из виду. Шинс отошла на пару шагов, воззвала к Ольгуну, побежала и прыгнула. Камень пролетел вокруг нее, земля ждала ее, пока она летела, слыша, как за ней пропадает деревянная дверь.

Не оглядываясь, доверяя предупреждениям Ольгуна, если в нее начнут стрелять, она подняла скулящего аристократа на ноги и побежала, таща его за собой, пока он задыхался и спотыкался.

ИНТЕРЛЮДИЯ: ДАВИЛЛОН

Он был крупным, казался неуклюжим, как ни двигался. Широкие плечи и длинные руки, большая лысая голова на короткой шее. Он выглядел опасно, выглядел сильно и подло. Он не выглядел изящно и хитро. Как и умно.

Его это устраивало. В его профессии, его мире обман был не только способом жизни. Он был единственным способом жизни.

Те, кто не умел обманывать, не жил.

Лареми «Реми» Привотт, мастер заданий Гильдии искателей, что управлял ворами Давиллона после загадочного Скрытого лорда, обычно был внутри в это время, а не терпел холодную врагу, что не могла решить, быть ей туманом, дождем, снегом или всем вместе. Ему стоило находиться в глубинах штаб-квартиры гильдии, в своем кабинете или в своей комнате. Может, с одной из глупых воровок, что думала по ошибке, что постель мастера заданий могла быстро привести к повышению. Всегда находились те, что так думали, и Реми сам поддерживал этот слух.

Обычно. Не сегодня.

Этой ночью, впервые за несколько лет, сам мастер заданий был снаружи. Укутавшись в дешевую рваную одежду, которая «случайно» обеспечивала идеальное укрытие в тенях ночи, с тремя верными искателями, он шел в тишине по улицам Давиллона. Его место назначения виднелось впереди, точнее, ограда вокруг него.

Заперто, под охраной и наблюдением. Не важно.

Несколько досок в заборе плохо держались, и они не вставали на место из-за удачно брошенных монет в руки столяров, что занимались ими. Реми и его ребята проникли легко. Внутри были телеги разных размеров, а еще кареты, куда могло влезть сразу несколько семей или очень много груза.

Давиллону они нужны были для путешествующих торговцев. Не удивительно, что за сохранность телег и карет нужно было платить.

Но это место было дешевым. Очень.

И дешевые места были близко к воротам. Успешные торговцы использовали эту стоянку, делая вид, что их дела идут плохо, а потом уезжали с большей прибылью, чем все у них ожидали. Скрытность оберегала их.

Искатели следили за этой стоянкой и знали достаточно тайн.

Они нападали туда лишь порой, только если добыча того стоила. Если бы они делали это часто, то люди поняли бы, а им нужно было, чтобы торговцы и путешественники верили, что их товары в безопасности. Этой ночью гильдия решила пойти против торговца специями и духами, у которого было в десять или двенадцать раз больше монет, чем он дорожил товарищам (и сборщикам налогов Давиллона).

Это должно быть просто. Прямо. И просто.

И это должно было завершиться часы назад.

Когда его команда не вернулась, Реми сделал все, что должен был, как мастер заданий. Он отправил гонцов, и они должны были добыть определённую информацию.

Когда они вернулись, отчеты были отрицательными. Искателей не схватили, стража не побывала там, и никого не отправили в тюрьму.

Другие банды не вмешались. Они не поднимали головы, все еще помня тот раз, когда искатели показали пример на одном из них.

И пропавших воров не было в тавернах, укрытиях или домах.

Гонцы давали один ответ, кроме одного, который побежал к мишени, чтобы понять, там ли команда.

Тот гонец вообще не вернулся.

И Лареми, мастер заданий и лейтенант Скрытого лорда, решил не следовать одной процедуре. Он решил выйти лично с верными ребятами, и он должен был доложить об этом. Ему требовалось разрешение Скрытого лорда. Стоило хоть сообщить, куда он пошел.

Это было опасно: даже если ничего плохого не будет, его могли наказать, если Скрытый лорд узнает. Но была другая деталь в плане на эту ночь, мелочь, из-за которой Реми решил решить проблемы, пока глава гильдии не услышал обо всем.

План был его.

— Ладно, ребята, — буркнул он, голос был низким, даже когда он шептал. — Разойдитесь, глаза откройте. Если увидите что-то, скажите! Нельзя, чтобы кто-то еще пропал сегодня.

— О, Реми, никто не пропал. Твоим ребятам немного нездоровится.

Он знал голос. Он звенел в его голове, тянул за воспоминания, как злой пес, но он не мог понять в таком контексте. Он слышал, что голос был женским и доносился с одной из крытых телег.

Мастер заданий поднял голову, медленно и заметно двигая рукой к поясу. Он понял в тот миг, что три маленьких, но опасных арбалета — не такие сильные, как пистоли, но намного тише — были направлены на незнакомку с трех сторон. Он тщательно выбирал спутников для ночи, и…

Ткань на телеге развевалась, фигура, невидимая в темноте, скользнула в сторону. Реми услышал короткий вскрик, хруст, похожие на звон тетивы, а потом тихий стук.

Великан вытащил клинок и побежал вокруг телеги, застыл, когда один из его ребят выбежал с другой стороны. Другой из его людей лежал на земле, не двигаясь, но незнакомки не было видно.

Тихий стук донесся с той стороны телеги, где он стоял до этого.

— Минус двое твоих, мастер заданий. Они еще дышат. Как и твоя команда, что пришла раньше. Это жест доброй воли.

— О, благодарю. Я просто тебя немного убью.

Что-то вспыхнуло сверху, темный хищник летел с ночного неба. Реми понял, что видел почти невозможный прыжок, и крыльями оказался развевающийся плащ. Его третий товарищ оказался на земле, рана на руке кровоточила.

— Ты мог напасть на меня, — отметила незнакомка. — Но мы знаем, чем это для тебя обернется, да? Убери сталь, Реми. Я выманила тебя поговорить. Не нужно ранить себя.