Глава 14.

28 декабря, 2015 г. 

Рейвен 

После рождения Невы, я пробыла в больнице всего сутки. Мама пыталась заставить меня вернуться к ней, но я отказалась. Вместо этого, поехала к отцу. Он с Элисон были моей опорой всё то время, когда мне приходилось справляться с трудностями в одиночку.

Сказать, что у моей матери и Мэтта случился инфаркт, когда они приехали в больницу после обеда было бы преуменьшением. Из головы не выходит, каким было мамино лицо, пока она распекала нас с Линком за наши отношения. Ещё никогда в своей жизни я не чувствовала себя такой мерзкой до момента, когда они увидели нас и спросили, как мы посмели так поступить с ними. Ведь ничего лучше быть не может, чем сидеть на больничной койке после принятого снотворного и выслушивать от матери о том, как ты эгоистична и как ей в это не верится. Словно мы преследовали лишь одну цель — насолить ей и Мэтту.

Я лежала и тупо смотрела на неё, пока она рыдала на плече у Мэтта, приговаривая, что мы испортили собственные жизни, вступив в близость. Маму больше заботило то, что подумают её друзья-снобы, чем тот факт, что я только что держала на руках мёртвую дочь.

Взгляд, которым наградил меня Мэтт в ответ на брошенные мной сквозь слёзы слова о том, что я влюбилась в Линка и мы даже и не думали причинять им боль, будет преследовать меня вечность. Он смотрел на меня так презрительно, словно я сатанинское отродье, ниспосланное уничтожить выстроенную им идеальную маленькую жизнь. Упаси Господь того, кто посмеет подпортить репутацию Мэтта и Вивиан, как самой совершенной пары в мире.

Линк попытался сказать отцу правду — о том, как мы пытались не общаться, потому что знали, что добром это не кончится, но он и слышать не хотел. Только и делал, что кричал Линку, что тот мог заполучить любую девчонку, посему не так уж и сложно держаться подальше от единственной недоступной.

Я догадывалась, что сначала будет трудно, что после разговора они успокоятся и увидят, как мы по-настоящему любим друг друга, просто так уж вышло, что всё пошло наперекосяк. Но Боже, как же я ошибалась! Вместо этого, Мэтт в одиночку сумел отобрать у меня всё — и мать, и Линка.

Он сделал так, чтобы ни один человек из всех, с кем мы контактировали в больнице, ни за что бы и словом не обмолвились о том, что я произвела на свет ребёнка Линка. Он зашёл так далеко, что даже не позволил Линку подписать свидетельство о смерти Невы. Аргументировав тем, что слишком много трудился, чтобы Линк в шаге от цели, испортил всё ради ребёнка, который даже вздоха сделать не успел.

Ему хватило наглости сказать, что мой ребёнок — не большое дело. Она мертва и с этим ничего не поделаешь. Нет веской причины провоцировать скандал, способный поставить под угрозу карьеру Линка. Он сумел убедить и мою мать, и Линка, что это единственный возможный выход.

Лёжа там я плакала до тех пор, пока не распухли глаза, а прямо передо мной парень, которого я любила, позволял своему отцу диктовать как ему жить, даже не попытавшись побороться за нас. Позже на той же неделе, когда я приехала в похоронное бюро с отцом, Элисон и Тэссой, и передо мной встал выбор между погребением и кремацией, я выбрала кремацию, потому что мне не хватило бы сил выстоять церемонию без Линка рядом.

Как можно клясться в любви, обещать бороться и доказать, что ты — весь мир, а потом просто уйти без оглядки? От этого всё произошедшее с Алисией казалось правдоподобным. Глупо было верить, что Линк любил меня и ни за что не опустился бы до измены. Если его отец так эгоистичен, то может действительно яблоко от яблони не далеко падает?

Тихий стук отвлекает меня от раздумий.

— Рейвен, это Тэсса. Ты готова? — спрашивает она, прежде чем медленно открыть дверь.

Встав с постели, я разглаживаю юбку и оглядываю себя в зеркало. На мне тёмно-серая шёлковая блузка, чёрная юбка-карандаш, бабушкино жемчужное ожерелье и серьги. Волосы стянуты в узел на макушке, лицо идеально накрашено в попытке скрыть синяки под глазами от недельного плача.

— Готова насколько это возможно, наверное, — бормочу больше себе, чем ей, а потом беру её за руку, протянутую мне, и выхожу следом из спальни.

До похоронного бюро с папой и Элисон мы едем в полной тишине. Единственный звук — станция классического рока, который всегда приглушённо играет в машине отца. К сожалению, некролога для Невы не было, потому что мама и Мэтт настояли, чтобы мы сохранили мою потерю внутри семьи. Утром мама написала мне — перепроверяла время, так что она, наверное, будет, но на Линка и Мэтта я не надеюсь.

Я пыталась несколько раз писать Линку, но в ответ тишина. Тэсса рассказала мне, что говорила с Тейлором, которому Линк, скорее всего, доверял всё, и тот поведал ей, что Линк наведывался в их паб. Что он находился там ежедневно с раннего вечера до закрытия с тех пор, как мы выписались из больницы. И Тейлору с Маком приходилось каждую ночь отвозить его пьяную морду к ним домой, потому что он отказывался возвращаться в дом наших родителей.

Руки сжались в кулаки на коленях, когда отец заехал на парковку у бюро и я заметила машину мамы.

— Не знаю, получится ли у меня, — выпаливаю я, пока папа паркуется и выключает зажигание.

Тэсса обвивает меня рукой, нежно сжимая плечо.

— У тебя есть наша поддержка, Рейвен. Если ты не можешь сделать это ради себя, сделай это ради Невы. Эта сладкая кроха заслуживает достойных похорон, заслуживает прощания с матерью.

Со струящимися по лицу слезами, я распахиваю дверь и спрыгиваю на асфальт. Звук цокающих каблуков привлекает мой взгляд к тому места, где припаркована машина матери. Я вижу, как она идёт ко мне с вытянутыми руками, пытаясь изобразить любящую мать. От этого я ненавижу её ещё больше.

— Как ты держишься, милая? — интересуется она, притягивая меня в объятья. Я оставляю руки безвольно висеть по бокам, ожидая, пока она отпустит меня.

— Просто шикарно, мам, — сухо говорю я, отступая от неё.

Она моргает, смотря на меня недоуменным взглядом.

— Не стоит грубить, Рейвен. Знаю, ты мне не веришь, но я правда очень переживаю. Мне больно видеть, как ты мучаешься.

Я издаю саркастический смешок, прищурившись глядя на неё.

— У меня нет времени на твоё притворное беспокойство. Если ты забыла, я здесь, чтобы проститься с дочерью, а не для того, чтобы избавить тебя от чувства вины. Теперь, если ты позволишь, мне нужно внутрь.

Тэсса нагоняет меня и открывает дверь, оставив папу и Элисон с мамой.

— Мне очень-очень жаль, что тебе пришлось с этим столкнуться, Рейвен.

Воздев глаза к потолку, я промакиваю их салфеткой и судорожно выдыхаю.

— Всё нормально. Ничего другого я от неё и не ждала. Я люблю маму, но она самый эгоистичный человек на земле. Как можно выбрать мужа, а не дочь?

— Мне кажется, она до сих пор переваривает случившееся. Наверное, было шоком узнать, что ты не просто спишь с её новым пасынком, но ещё и забеременела от него. Меня бы это потрясло, будь я на её месте. Думаю, её брак ещё слишком нов для неё, к тому же она уже была однажды разведена, поэтому наверняка и соглашается с Мэттом — чтобы сделать его счастливым. Надеюсь, когда шок от потери ребёнка уляжется, Линк вытащит голову из задницы и загладит вину. А то, что он не подписал свидетельство о смерти? Мерзкий поступок. Мне не верилось, что он позволяет отцу играть с ним как с грёбаной марионеткой в больнице.

Оказавшись в комнате, где будет проходить служба, я спускаюсь в первый ряд и плюхаюсь на место у трибуны. Стискиваю руки в кулаки на коленях и склоняю голову, силясь набраться сил, необходимых чтобы через это пройти.

— Так оно и есть, Тэсса. Его мама приходила в больницу после того как все, наконец, оставили меня в покое. Она сказала, что попытается с ним поговорить. А я попросила её не тратить зря время. Не хочу, чтобы он находился в моей жизни. Если он сумел так запросто бросить меня в самое ужасное время моей жизни, тогда мне будет лучше без него. Я просто хочу пережить сегодня эту церемонию, а после вернуться на учебу и похоронить себя в выпускных экзаменах. Мне нужно отвлечение.

Голоса, разнесшиеся по комнате, обрывают наш разговор, и в помещении появляются директор похоронного бюро и мои родители, которые присоединяются к нам с Тэссой. Встав на ноги, я поднимаюсь на подиум, где стоит маленькая розовая урна с её выгравированным именем и датой смерти.

Я нежно очерчиваю пальцами имя, а потом прижимаю их к губам, стараясь сдержать слёзы.

Нева Диана Саррис 

22 декабря, 2015

Пусть Линк и не достоин ни грамма моего сочувствия или сострадания, я всё же дала ей его фамилию и указала отцом в свидетельстве о смерти. Может, он и не признаёт её сейчас, но во мне теплится надежда, что однажды он передумает и пожелает это сделать в будущем, однажды, когда какая-то часть боли, что сейчас свежа и мешает мыслить трезво, исцелится.

Я была измотана и эмоционально истощена, поэтому мне едва хватало сил на то, чтобы стоять и функционировать, но моя малышка заслуживает достойного поминовения. В глаза бросается крошечная бархатная коробка, лежащая на постаменте рядом с её урной, и я замечаю записку. Беру её трясущимися пальцами и раскрываю.

«Рейвен,

Нет таких слов, что сумели бы описать, как больно мне видеть страдания, которые ты переживаешь с этой трагической потерей.

Мне хочется, чтобы ты знала, что я люблю тебя и буду рядом в любой момент, когда понадоблюсь. И хочу подарить тебе кое-что особенное, то, что поможет тебе хранить Неву близко к сердцу. Прими от меня подвеску, с которой ты сможешь носить всегда её частичку. 

Любящая тебя твоя ЛПНВ[8],

Тэсса».

Я вскидываю взгляд на Тэссу, которая сидит прямо передо мной, с такими же как у меня струящимися по лицу слезами. Не знаю, что со мной бы было без моей лучшей подруги. Всю прошлую неделю она служила мне опорой.

Схватив коробочку, я её открываю и всхлипываю, вынимая аккуратное серебряное сердечко с двумя, изображёнными на нём, следами детских ножек, на такой же серебряной цепочке.