— Это не твоя вина, — выдохнул он, каждый вдох был для него сущим мучением.

— Это они виноваты.

И они оба смотрели, как Тьма спешит к ним.

И Джек вырвал манипулятор.

Сотрудниками госпиталя святой Елены овладела паника. Во всей больнице пропало электричество, и никто не знал, почему. Затем они почувствовали землетрясение, когда все окна разбились, а на парковке взвыли сотни автомобильных сигнализаций.

Гвен Уильямс содрогнулась, когда торчвудский прибор, разработанный для того, чтобы извлечь из неё ребёнка, отказал.

Невидимое для врачей и медсестёр, крошечное облачко Тёмных огней появилось изо рта Гвен, когда она закричала. Облачко мгновенно исчезло, бесшумно взорвавшись, и огни умерли, не успев найти нового хозяина.

Несколько медсестёр проявили профессионализм и сразу же начали готовить Гвен к кесареву сечению.

Рис был рядом.

Час спустя Рис Уильямс держал на руках Герайнта Уильямса-младшего, напевая ему валлийский гимн регби. Усталая, но улыбающаяся Гвен только что пришла в себя.

— Что случилось, Рис? — спросила она. — Я почти ничего не помню. Всё как в тумане.

Рис взял её за руку.

— Произошёл взрыв, любимая, в самом центре Кардиффа. Это ужасно — целая часть города уничтожена, осталась только воронка.

Гвен посмотрела на него, и на неё нахлынули воспоминания.

Она плакала полчаса. Медсёстры забрали ребёнка, пока Рис присматривал за ней.

Она без конца повторяла: «Я не знала, что делаю и что думаю», и «Я позволила им контролировать меня», и «Мне так жаль», но Рису было всё равно. Его жена была с ним, целая и невредимая, и она родила ему прекрасного здорового ребёнка.

Хотя ему нужно было сказать ей одну вещь, когда она успокоится. Точнее, две вещи.

Во-первых, хотя ему нравилось имя Герайнт, он считал, что Джек Йанто Герайнт Уильямс было бы лучшим выбором. А потом он сказал кое-что, что она не смогла забыть.

— Торчвуда, такого, каким мы его знали, больше нет, любимая. Джек, Йанто, Оуэн и Тошико — они мертвы. Но нам по-прежнему нужно что-то вроде Торчвуда. Нам нужен кто-то, продолжающий делать то, что делали вы.

— То есть ты и я, да? Вместе. И мы найдём ещё людей: новую Тош, нового Оуэна. И мы снова сделаем это место безопасным. Чтобы наш ребёнок мог расти в безопасности.

И Гвен обняла его крепче, чем когда-либо.