Смотритель достал из за пазухи фляжку и сделал большой глоток. Жидкость стекла по его лицу, спадая на землю. Он взглянул на Митю и ушёл в заросли травы.

Любовь – это язычество; она никому не подчиняется, до конца никому не открывается; она всегда нова и безвинна. У настоящей любви нет тлена, нет порока, нет изъянов; люби – и ты обретёшь истинное счастье.

Первая ночь Кристины и Мити была заполнена неисчерпаемой страстью. Молодые люди упивались друг другом, обретая какое-то неземное знание, дающее наслаждение в каждом прикосновении к любимой коже, в каждом биении сердца, открытого чтобы любить. Темнота комнаты осветлялась только работающим ночником. В полуоткрытое окно, зависшее над ночью и спящим городом, входил прохладный ветер, колыша занавески. Работал кондиционер, мерно сопя словно маленькая собачка.

Обнажённое тело Кристины с широко раздвинутыми в стороны ногами изображало на стене причудливую тень. Мите она казалась чем-то сродни китайскому дракону, застывшему у пруда с чудесными лилиями. Девушка чуть слышно стонала, полуприкрыв глаза. Митя, приподняв слегка её ягодицы, входил в изнывающее от страсти лоно во всю глубину, Нет ничего величественнее обычного совокупления мужчины с женщиной, даже боги замирают в своих небесах, созерцая это действо. Мир останавливается в эти трогательные мгновения, одаряя любовников всеми силами земли.

Отвердевшие яички Мити испускали чуть улавливаемый запах мужской силы. Для Кристины этот запах был символом защиты, поддержки и заботы. Теперь, думала она, нет в её жизни скверного одиночества, нет беспокойства засыпать и просыпаться одной – одной берёзкой в диком поле, склонённой ненастным ветром и трясущейся от дождя и грозы. В сердце девушки входило умиротворение, тело, напряжённое, ждало взрыва оргазма. Этого взрыва ждали глаза, рот, кончики грудей и принимающее мужскую силу нежное женское естество, готовое слиться с семенем мужчины и подарить новую жизнь.

Самые нежные прикосновения исходили из движений Мити внутри подруги. Головка члена как самое совершенное орудие любви, гладя покрытые влагой стенки лона Кристины, возбуждали в теле девушки желание идти навстречу этим движениям, чтобы не было предела удовольствиям и счастью любовного искусства. Охвативший все клеточки тела Кристины ошеломительный оргазм как завершение всех действий секса, слил сознание девушки с потусторонним миром. Струя семени оросила движимые в судороге ткани потаённого места созревания любви. Вошла ли с этой струёй новая жизнь, пара любовников не знала, но знала, что родилась обоюдная любовь, вышла на свет жажда делится теплом и радостью в этих молодых телах, ещё не думающих о смерти и не страдавших от тяжёлых болезней. Они наслаждались уютом быть вместе. У этих двух щёки пылали жаром страсти.

Уснули они, когда луна перестала светить в окно их комнаты. Голые тела забылись покоем. Ночь была бесконечной, но потом эта бесконечность сменилась радостным июньским рассветом, в котором всегда присутствуют птицы, голоса мам, отводящих своих чад в ясли, приятный шум работы дворников и лай собак, беспокоящий близ находящихся кошек, но не людей.

-Доброе утро, Кристи! – Митя улыбнулся во всю ширь лица и погладил бедро подруги. – Я рад, что это всё наконец состоялось в моей холостяцкой квартире. Раньше я бы встал, совершил обыденные движения как робот, но теперь, когда есть ты, я хочу что-то делать ради тебя, ради любимого, дорогого человечка, которому я нужен. Пусть я не так опытен в сексе – признаюсь тебе: у меня было мало подруг, – но сердце моё полно желанием расти вместе с твоим сердцем, радоваться каждому дню, каждому вздоху.

Кристина положила голову на грудь Мити. Она слушала, как равномерное дыхание движет кровью, дающей жизнь этому любимому существу рядом с ней. Она вспомнила детство, когда засыпала на груди у бабушки, гладившей всегда её пышные волосы, читавшей молитву ангелу-хранителю или напевавшей прекрасную песню казачьих станиц, откуда бабушка была родом. Бабушкино сердце билось как сердце Мити, хотя они соответствовали друг другу. Кристина это знала, но знала ещё, что сходство есть в том, что оба этих сердца содержали любовь к ней. Пусть Митя не любил её во всю мощь, но чувствовалась уже начальная сила этой любви.

-Ты подарил мне великолепную ночь! – промурлыкала Кристина.

Митя стал перебирать пряди её волос, любуясь их блеском.

-Так неохота на работу ехать. Я забыл, что карьера целиком когда-то поглотила меня, но теперь я даже сменил бы биржу на что-то другое, лишь бы быть чаще с тобой, моя любимая.

Девушка откинулась на подушку. На её грудь лёг лучик света.

-Я читала твои заметки о детстве. Митя, у тебя есть литературный талант. Ты мог бы написать книгу…

-О чём?

-О любви, о радости принадлежать друг другу…

Митя привстал и облокотился на оббивку кровати. Надо было идти в душ, но этот разговор целиком и полностью захватил его внимание. Он забыл о работе, наслаждаясь слухом – слышать любимый голос, внимать его скрытым вибрациям.

-Но у меня нет сюжета. На пустом месте книгу не написать – нужна основа. Да и опыта у меня совсем нет.

-Митя, опыт приходит вместе с удачей, с успехом. А сюжет, основа, как ты говоришь, всегда присутствует где-то рядом. Я хотела заняться сочинительством, но реклама забирала все силы. В 18 лет я писала стихи, их даже хвалили, но через год всё кончилось молчанием. У тебя может получиться что-то достойное, ведь ты пишешь с тех же 16-ти, но без перерыва. Твои записи о бирже интересно читать. О любви ты мог бы написать ещё интереснее. Любовь всем интересна.

Митя встал с кровати. Кристина окинула взглядом его чуть возбуждённый пенис. Какая сила поднимает его, подумала девушка, как этот весящий мешочек в основании мужского органа  способен зарождать жизнь? «Ну и мысли с утра», – ужаснулась она.

-Я в душ, – сказал Митя и ушёл в пространство прихожей.

«Интересно, что чувствует девушка, вбирая этот чувствительный мужской орган в свой рот?» – размышляла Кристина.  Мякоть головки, как говорили её подруги, соприкасаясь с губами, рождают мужчине непередаваемые ощущения, от чего яички начинают подрагивать, тяжелеть, и член, отвердевая, проникает, на сколько может, в пространство рта. Девушка начинает языком играть с головкой, как ребёнок играет со зверем за клеткой, кончик язычка раскрывает отверстие пениса, мужчина стонет, оперевшись руками о голову девушки. Минет, которого нет прекраснее! Тоже самое чувствует девушка, когда мужской язычок забавляется с её клитором. Тот же зверь, томящийся за решётками клетки.