— Добрый вечер, апо!

— Добрый вечер, сынок! ― отозвался старик и тяжело вздохнул.

— Апо, почему ты вздыхаешь? Что у тебя за беда?

— Ах, сынок, сам я во всем виноват. Были у меня дом, жена, сын, дочь. Было нас четверо. Работал я на базаре, но одна бесчестная женщина сумела меня уговорить, увела, оторвала от семьи. Вот уже двадцать лет, как я зарабатываю свои гроши, а жена моя таскает их у меня из карманов, не кормит меня, живет сама по себе, да еще бьет меня.

— А ты узнаешь прежнюю жену, сына и дочь, если увидишь их?

— Сына и дочь, может быть, и не узнаю, а жену обязательно узнаю и дом свой тоже. Я помню, где он, на какой улице.

Тут вдруг к ним подбежала женщина с кнутом и закричала:

— Ты что здесь торчишь, время даром тратишь? А у меня ни денег нет, ни еды, ― и хлестнула старика.

Али выхватил у нее кнут и спросил:

— За что ты его бьешь?

— Брат мой, этот бездельник здесь прогуливается, а я сижу голодная. Он мой муж, а домой не приходит, ни денег, ни еды не приносит.

— Это та самая негодяйка, гони се, ― сказал старик.

Замахнулся Аля на нее кнутом, и она убежала. Али обратился к старику:

— Я твой сын Али. Я нашел свою мать. У меня есть жена и сын. Пойдем со мной.

Привел он его домой, увидела его жена, сразу узнала. И не захотела принимать его:

— Иди туда, где был до сих пор, ― заявила она.

Сын и невестка стали просить за него. И он оправдывается, молит:

— Прости меня, что же мне делать, раз так получилось.

Наконец уговорили жену простить его, и зажили они дружной семьей.

Как-то собрались все за ужином, тут кто-то вошел. Это был Вали, Али узнал его.

— Добрый вечер вам всем.

— Хорошо, что ты пожаловал, Вали, ― радостно обнял его Али.

Только Вали хотел обнять жену друга, как она схватила палку и ударила его по рукам.

— Раба божья, за что ты его бьешь? Он же мой брат.

— Нет, дорогой, он тебе не брат, а враг, гони его из нашего дома.

— Почему? ― удивился Али.

Тут жена и рассказала, как Вали к ней приходил.

— Раба божья, это мы вас проверяли, но его жена оказалась неверна ему, он ее и наказал, ― рассмеялся Али.

Сели они за стол и стали есть. Али спрашивает друга:

― Вали, ты хоть что-нибудь заработал?

— Ей-богу, конечно, ― сказал Вали, вынул деньги и положил на стол.

— Здесь две тысячи.

Али взял за руку сестру, привел ее и сказал:

— А это моя сестра, отдаю тебе в жены.

Сыграли свадьбу. И стали молодые радоваться своему счастью.

Когда-то в Шаме жил вор. Его так и звали ― вор из Шама. И была у него одна особенность: он не крал у того, чьи хлеб и соль ему пришлось отведать.

Однажды пришел вор к своим товарищам и сказал:

― Друзья, по-моему, в Шаме мы обшарили все дома, кроме тех, кого нельзя трогать, потому что мы ели их хлеб-соль. Пора отправляться к другому падишаху, посмотреть, как там дела.

― Хорошо, ― согласились друзья, ― пошли, но куда?

― А отправимся мы в город падишаха Америки 293, ― сказал вор из Шама.

Дошли они до этого города, вор из Шама и говорит:

— Давайте-ка начнем с казны падишаха. Сегодня же ночью заберемся в казну, набьем золотом свои мешки и быстро скроемся.

Сказано ― сделано. Когда мешки были уже набиты золотом и все собрались уходить, вор из Шама сказал:

— Подождите меня здесь, я пойду проверю карманы падишаха, может, и там что найдется.

Сунул пор из Шама руку в карман падишаха и вытащил что-то белое, блестящее. Лизнул он языком, а это ― соль.

— Э, ― сказал он, ― я попробовал соль этого человека, теперь я не могу обокрасть его. Оставьте золото.

— Как это, что ты говоришь? ― рассердились друзья.

— Я говорю, что не нарушу свой завет.

— Ну, тогда прощай. ― И, разозленные, грабители ушли.

— Ступайте, ступайте, а я останусь здесь сторожить золото падишаха.

Рано утром пришел везир, видит ― двери падишахской казны нараспашку, но золото в мешках целехонько.

— Видит бог, падишах никогда не подумает, что это я украл золото, ― решил везир.

Он взвалил себе на спину мешок и отнес домой. Так он перетаскал все золото из казны. А вор из Шама незаметно следил за ним. Везир с женой спрятали мешки с золотом под полом, а доски пола забили гвоздями.

Затем везир пошел в диван падишаха. А уже по всему городу слух идет, что казна падишаха ограблена. Через некоторое время схватили невинных людей, которых признали грабителями.

Вор из Шама думает: «Что же это такое: я казну грабил, везир ее присвоил, а повесят этих несчастных. Клянусь богом, я должен помочь правосудию».

Тем временем к виселице уже подвели одного беднягу. Вор из Шама подошел поближе, спросил:

— Почему казните невинных? Я кешиш 294, отпустите этих людей, а я схожу принесу книгу и по ней отыщу настоящего вора.

Потом он обратился к повелителю города:

— Будь в здравии, падишах, если я не найду вора, вели отрубить мне голову.

Падишах отложил казнь и отпустил его. Пошел вор из Шама на базар, купил себе шляпу и книгу, переоделся в одежду кешиша, сунул книгу под мышку и вернулся во дворец:

— Падишах, книга мне подскажет, куда идти, вы же все ― ты, падишах, везир, вскиль, кази ― ступайте за мной, — сказал вор из Шама.

— Э, да будет бог доволен тобой. И вправду, ты хороший кешиш, разумно говоришь, ― обрадовался падишах.

А везир испугался:

— Не дай бог, этот всесильный кешиш приведет всех в мой дом.

Но так и случилось. Шли они, шли и пришли прямо к дому везира.

— Бог с тобой, куда ты нас привел? Это дом моего везира, ведь не он же обокрал меня, ― удивился падишах.

— Будь в здравии, падишах. Ты не хочешь, чтобы я нашел твое золото? Откуда мне знать, чей это дом ― везира, кази или муфти. По книге я должен прийти в этот дом, я и пришел сюда.

Вошли они в дом, вор из Шама опять заглянул в свою книгу.

— Вскройте пол, ― велел он.

Когда сняли доски пола, тут и нашлось все золото из казны падишаха.

Падишах приказал схватить везира. Везира схватили и повели на виселицу.

А вор из Шама опять задумался: «Везир ведь из-за меня погибнет. Если бы не я, его бы не поймали. Надо как-нибудь спасти везира».

— Падишах, будь в здравии, но ты не должен казнить везира.

— Почему? ― удивился падншах.

— Пойдем в твой диван, скажу тебе слово, только отпусти сначала тех невинных.

Пусть они возвращаются по домам, а мы послушаем, что вор из Шама говорит падишаху:

— Падишах, ты когда-нибудь слышал про вора из Шама?

― Да, слышал.

— Этот вор из Шама такой человек, что если попробует чью-нибудь хлеб-соль, то никогда нитки не возьмет в том доме. А твое золото из казны я первый вытащил. Проверь-ка свои карманы, в одном из них есть что-то белое, блестящее. Я достал это из твоего кармана и лизнул, оказалось ― это соль, поэтому я твое золото и не тронул. Но везир позарился на твое золото и украл его. А во всем я виноват. Но не пойман ― не вор. Если ты справедлив, отпусти и меня и везира, жаль мне его.

— Хорошо, я его отпущу, ― согласился падишах. ― А тебе придется доказать мне свою ловкость: если ты украдешь у сына арабского эмира его коня Раджульбайда и приведешь его мне, тогда я поверю, что ты вор из Шама. Не приведешь ― велю отрубить тебе голову.

— Будь в здравии, падишах, я пойду, как же мне не идти.

Встал он и пустился в путь. День, два, три идет, бог знает, сколько. Только в сказке все быстро делается, а дорога все тянется и тянется.

Дошел наконец вор из Шама до земель эмира арабов. Пришел он к дивану эмира, смотрит ― народ вокруг расселся, едят все. Увидел его сын арабского эмира и говорит: