Пусть пока падишах ждет, когда избитого веэира выгонят из этого дома.

А в доме мать говорит:

— Дочка, бог послал нам гостя, угости его.

Принесла девушка на подносе яблоко, нож, иголки и соль, молча положила перед дервишем и отошла.

Везир разрезал яблоко на дольки и в каждую воткнул по иголке, а сверху посыпал солью.

Тут девушка угостила веаира как следует: принесла хлеб, мясо, фрукты. Потом поднялись они в комнату красавицы и до утра предавались ласкам.

Встретил утром падишах везира, здорового, веселого, и спрашивает:

— Ну, везир, расскажи мне, что ты ночью видел?

— Да продлится жизнь падишаха, ничего я не видел, ничего не слышал.

— Везир, ты говоришь неправду, я велю отрубить тебе голову.

— Я ничего не видел и не слышал, ― твердит везир.

Рассердился падишах и дал везиру три дня на размышление.

Прошло три дня, а везир упорствует. Тогда падишах велел казнить везира. Узнали об этом люди, побежали на площадь смотреть на казнь.

Дошла весть о казни везира и до красавицы. Переоделась она в мужскую одежду, села на коня и поскакала на площадь. Бросила на землю гранат и исчезла, только ее и видели.

Удивился падишах, спросил:

— Кто это был?

А везир ему отвечает:

— Падишах, разве ты не узнал? Это та девушка, которая избила тебя и выгнала из дому. Теперь я могу открыть тебе тайну. Помнишь, девушка приносила на подносе яблоко, нож, иголки и соль. Она спрашивала: «Если тебя разрежут на куска, как это яблоко, будут втыкать иголки и посыпать твои раны солью, будешь ли ты молчать о нашей встрече?» Я обещал молчать. Сейчас она бросила гранат, он раскололся. Это значит, что теперь я могу открыть нашу тайну всему свету.

Отпустил падишах везира. И везир женился на той девушке

Жил когда-то падишах. Пришла как-то к его жене цыганка с привязанным за спиной новорожденным сыном. Жена падишаха тоже недавно родила мальчика, черного, как арап. Увидела оиа сына цыганки, красивого, белоликого малыша, и подумала: «Сын падишаха черный, некрасивый, как арап, а у этой бродячей цыганки сын красавчик, прямо как ангел. Он достоин быть сыном падишаха». Сказала она цыганке:

— Давай обменяемся сыновьями. Я тебя хорошо награжу.

— Слово твое закон, ― говорит цыганка, ― раз ты так желаешь, я согласна.

Отдала цыганка своего сына жене падишаха, а ее сына взяла себе и скрылась.

Прошли годы. Сын падишаха вырос, возмужал. Однажды падишах с семьей вышли прогуляться. Зашли они в лес. Сын падишаха подошел к большому, ветвистому дереву и сказал:

― Ох и много же сит выйдет из этого дерева.

Слова сына поразили падишаха, он подумал: «Я ― падишах, а это мой сын. Откуда ему знать, из какого дерева делают сита и сколько. Бог свидетель, это не мой сын».

Вечером, когда они вернулись во дворец, падишах пристал к жене:

— Лучше сразу скажи правду, а не то убью. Где ты нашла этого мальчика? Это не мой сын. Я падишах, и сын мой должен быть похожим на меня.

В страхе жена залепетала:

— Падишах, выслушай меня, а потом суди, как велит совесть. Родила я тебе мальчика, черного и некрасивого, как арап. Зашла как-то ко мне цыганка. У нее был такой же, как я наш сын, младенец, красивый, как ангелочек. В душе моей заговорила зависть, я заставила ее обменяться сыновьями.

Переоделся падишах и пустился на поиски сына. Ходит он из города в город, из деревни в деревню. Видит ― в одной деревне цыгане живут. Собрались юноши, один из них командует всеми, готовит к военной службе, заставляет ходить строем.

Подошел падишах и спросил:

— Чей ты сын?

— Я сын цыгана, ― ответил юноша.

— Сынок, отведи меня к родителям.

Падишах спросил у цыгана:

— Цыган, скажи, чей это сын?

— Чей же, как не мой? ― ответил тот.

— Ну-ка, позови жену, пусть она правду скажет, чей это сын.

Спросил цыган жену:

— Скажи, где ты этого мальчика нашла?

— Мальчик ― наш сын, откуда же мне его взять?

Долго она не признавалась, пока падишах сам не сказал, кто он такой. Тогда цыганка покаялась:

— Что от бога таить, что от тебя, падишах. Твоей жене понравился мой сын, мы и обменялись детьми.

Взял падишах своего сына во дворец, а сына цыгана отослал домой.

Однажды старый падишах сказал своему везиру:

— Ты должен отдать свою дочь мне в жены. Я влюблен в нее.

Везир, услышав это, остолбенел.

— Бог с тобой, падишах. Моя дочь во внучки тебе годится, что люди скажут?! ― попытался возразить он.

Падишах же стоял на своем:

— Мое желание должно исполниться, иначе велю отрубить тебе голову.

Несчастный везир поплелся домой, рассказал жене и дочерн о намерениях падишаха. Дочь ответила:

— Отец, ну что ты так расстраиваешьси? Отведи меня к нему, я сделаю так, что он сам откажется от меня.

Привел везир свою дочь к падишаху.

А девушка сварила семь яиц, раскрасила их в разные цвета, положила на поднос и подала падишаху:

— Пожалуйста, попробуй каждое из яиц.

Падишах выполнил ее просьбу. Девушка спросила:

— Падишах, какое яйцо тебе понравилось больше?

— Яйцо есть яйцо, все одинаковы, все понравились, несмотря на цвет, ― ответил падишах.

— Если все яйца одинаковы, так и женщины одинаковы. Тебе, падишах, семьдесят лет, и у тебя уже есть семь жен, а я тебе во внучки гожусь. Как ты сможешь разделить со мной супружеское ложе?

По душе пришлись падишаху мудрые слова девушки:

— Иди к себе, девушка. Отныне ты мне будешь дочерью.

Призвал падишах к себе везира и сказал:

— Везир, твоя дочь оказалась умнее нас с тобой.

* Зап. в июле 1977 г. на кочевье от Гулизара́ Мамад (58 лет), жительницы совхоза № 38 Аштаракского р-на АрмССР.

Варианты опубл.: Курд. посл. О., с. 231; Курд. посл, с. 405.

Балкизар 325была женой Сулейман-пехамбара 326. Как-то она сказала ему:

— Я хочу жить во дворце из птичьих перьев. Ты должен построить мне его.

— Хорошо, ― согласился муж.

Сулейман-пехамбар был повелителем всех птиц и зверей. Велел он собраться всем птицам и отдать свои перья. Раньше всех прилетела летучая мышь, которая тогда была еще птицей. Скинула она с себя перья и сказала:

— Птенцы мои остались в гнезде без присмотра, я тороплюсь.

И улетела. Вскоре и другие птицы прилетели, все, кроме совы.

Сулейман послал за ней. Когда сова появилась, он спросил ее:

— Ты почему опоздала?

— Я была занята подсчетом.

— А что ты считала?

— Я считала, сколько на земле живых и сколько мертвых.

— Разве ты не зыаешь, что живых больше, чем мертвых?

— Нет, это не так.

— Ей-богу, мертвых гораздо меньше.

— Нет, Сулейман-пехамбар, мертвых больше, я подсчитала.

— А как ты считаешь?

— В число мертвых входят: мужчины, которые потакают глупостям жены, ягнята, которых будут выкармливать своим молоком козы, и полевые мыши, которые погибнут без пищи зимой.

— Вай, что ты говоришь? ― удивился Сулейман-пехамбар. ― Почему же?

— Ведь ты же послушался свою Балкизар, созвал этих птиц. Сейчас они оставят здесь свои перья, а когда наступит зима, все погибнут. Ты построишь дворец, поднимется ветер, и все перья разлетятся. Ты будешь виновен в гибели всех птиц, ― сказала сова.