Пастух пошел и передал жене падишаха слова Хатун. Дала ханум ему золотой и прошептала:

— Молчи об этом. А ей скажи, пусть гусей оставит себе.

Хитрая Хатун осталась довольна:

— Отец умер ― дом достался мне, мать умерла ― ковер остался мне, гуси падишаха тоже достались мне. Бог бездельников не любит, пойду поищу себе работу.

Вышла хитрая Хатун на улицу, оглянулась, видит ― младенца несут хоронить. И Хатун пошла с ними. А на кладбище, когда народу было много, спряталась. Потом, когда все разошлись по домам, она вырыла мертвого ребенка, завернула его и пошла в лавку. Сказала лавочнику:

— Отмерь мне ткани разных цветов, каждой по 35 метров.

Хатун нарочно сосчитала перед ним деньги и сказала:

— Денег не хватает, пусть мои ребенок здесь поспит, а я схожу за деньгами.

Забрала Хатун ткани и ушла. Вернулась она через час в лавку, подошла к ребенку и закричала:

— Вай, мой ребенок умер! За что ты моего ребенка убил?

Лавочник испугался:

— Бога ради, не говори так! Не трогал я ребенка! Вот тебе деньги, только молчи и уходи скорей.

Хатун взяла деньги, похоронила ребенка. И радуется своей удаче:

— Отец умер ― дом достался мне, мать умерла ― ковер остался мне, гуси падишаха достались мне. Умер чужой ребенок ― деньги лавочника достались мне. Бог не любит бездельников, пойду поищу себе работу.

Вышла Хатун на улицу, оглянулась вокруг ― женщину несут хоронить. Запричитала Хатун:

— Вай, моя сестра умерла, ― и стала царапать себе лицо.

В те времена женщинам не разрешалось приходить с покойником на кладбище, но она пошла за народом и все время причитала:

— Вай, моя сестра умерла!

Вернулись они с похорон. А через некоторое время муж умершей женился на хитрой Хатун.

Хатун счастлива, хвалит сама себя:

— Отец умер ― дом достался мне, мать умерла ― ковер остался мне, гуси падишаха достались мне, умер чужой ребенок ― деньги лавочника достались мне. Умерла жена ― чужой муж достался мне.

В это время вошла свекровь и услышала похвальбу пройдохи. Но Хатун подошла к свекрови и начала ее колотить. До того избила, что та потеряла дар речи. Хитрая Хатун уложила старушку в постель. Муж вернулся, спросил жену:

— Почему мать спит?

— Мать твоя больна.

Подошел сын к матери, спросил:

— Матушка, что случилось? От чего ты заболела?

Мать не могла ответить сыну и начала руками объяснять: так, мол, и так, жена твоя меня о стену била. Но сын не понял ее:

— Может, ты понимаешь, что мать говорит?

Ответила Хатун:

— Муженек, разве не понятно, что она говорит? Все мое имущество принадлежит теперь моей невестке, да будет она благословенна ― вот что она говорит.

211. «Это точно, как сон кази»

Зап. в июле 1960 г. от Ахмаде Мирази (см. № 51).

Жил кази. Был у него сад. А в том саду росло большое, ветвистое дерево. На том дереве было дупло. Жена кази завела себе любовника. И на ветвях этого дерева устроили они себе место встреч.

Как-то жена сказала кази:

— Муженек, пойдем погуляем в саду.

Пришли они в сад. Жена оставила кази в саду, а сама незаметно взобралась на дерево. А там ее уже любовник поджидал.

Кази случайно поднял голову, видит ― жена с чужим мужчиной на дереве. От удивления он потерял дар речи. Потом пришел в себя и стал бранить жену:

— Ах ты распутница! Это кто там с тобой? Как ты смеешь подпускать его к себе? Сию же минуту спускайся вниз!

А жена ему отвечает:

— Ты что, ослеп или разума лишился? Я здесь одна, чужой мужчина мерещится тебе, не веришь ― поднимись, посмотри.

А ее дружок тем временем потихоньку спрятался в дупле. Присмотрелся муж к ветвям повнимательней, видит ― жена одна. Опустил голову, задумался: «Эх, видно, мне и впрямь померещилось…»

Поднял он голову, а незнакомец опять рядом с его женой, обнимает ее, целует. Не смог кази смолчать, опять начал браниться. А жена ему в ответ:

— Раб божий, ты и взаправду сошел с ума. Не видишь, что я здесь одна?

Дружок тем временем опять спрятался в дупле. Смотрит кази ― жена и впрямь одна. Спустилась она с дерева, подошла к мужу и говорит:

— Поднимись-ка сам туда!

Кое-как вскарабкался кази на дерево, а жена принялась кричать:

— Ах ты негодник, с кем это ты там обнимаешься? Погоди, спустишься вниз, я тебе покажу, как целоваться с другими!

У бедного кази язык отнялся. А когда он пришел в себя, еле пролепетал:

— Раба божья, наверное, это дерево заколдованное и все это нам снится. Твоей вины тут нет.

Так коварная женщина сумела обмануть мужа и уверить, что все увиденное ― сон. До сих пор о заведомой лжи в народе говорят: «Это точно, как сон кази».

212. Кто к чему привык ― не отвыкнет

Зап. в августе 1956 г. от Джардое Асада (см. № 102).

Как-то пришел муж домой и застал жену с любовником. Он молча прикрыл дверь и вышел. Вечером вернулся домой, сел за накрытый стол, беседует с женой как ни в чем не бывало.

А жена беспокоится, не знает ли он что-нибудь. И решила проверить.

— Раб божий. ― начала она, ― наша собака ощенилась, четырех щенят принесла, надо клички им дать.

— Что ж, давай придумывать.

— Ты первым называй, ― предложила жена.

— Нет, ты, ― возразил муж.

— Ладно, первого щенка я назову: «Ты видел или нет».

— А я назову второго щенка: «Видел, но не слышал».

— Третьему я дам кличку: «Не повторится, не повторится», ― промолвила жена.

— Четвертого я назову: «Привыкший ― не отвыкнет», ― ответил муж.

213. Семейная тайна

Зап. в марте 1956 г. от Тафуре Мсто (см. № 38).

Познакомился парень с девушкой и решил на ней жениться. Когда он сказал об этом отцу, тот воскликнул:

— Не можешь ты на ней жениться, потому что она моя дочь и твоя сестра. Только матери об этом не говори!

Сын ушел.

Познакомился он с другой девушкой, и слова сказал ему отец:

— И эта ― моя дочь, твоя сестра. Откажись от нее, но матери ― ни слова.

Сын промолчал. Познакомился с третьей девушкой.

— И от нее откажись, сынок, и это твоя сестра, моя дочь. Но умоляю тебя, мать ничего не должна знать.

Рассердился парень, пошел к матери:

— Матушка, всегда ли отец был верен тебе? Поправились мне три девушки, и обо всех он говорит «Это моя дочь, твоя сестра, откажись от нее!»

Мать рассмеялась:

— Не горюй, сынок, любая из этих девушек рада будет выйти за тебя замуж. Это его дочери, правда. Но ты ― не его сын.

214. Она еще о бороде спрашивает

Зап. в январе 1966 г. от Мзафаре Гасо (см. № 129).

Был у муллы теленок. Каждое утро мулла спорил с женой, кому из них вести теленка поить. Муж говорит: «Тебе вести», жена: «Нет, ты веди». И каждый раз дело доходило до драки.

Однажды муж сказал:

— Давай так решим: «Кто с утра первым заговорит, тому и вести теленка на водопой».

Жена согласилась. Молча легли они спать.

Рано утром, пока мулла еще спал, жена его потихоньку оделась и ушла к соседке. Та уже и тандур растопила. Разговорились.

А тем временем мимо дома муллы проходил вор. Увидел он открытую дверь, вошел, видит ― спит мулла.

— Доброе утро! ― поздоровался вор. Молчание.

Разозлился вор, схватил муллу за бороду, выхватил нож и отрезал ему бороду. Мулла не издал ни звука. Тогда вор обшарил весь дом, забрал все, что под руку попало, и был таков.

Вскоре жена вернулась и увидела в своем доме молодого мужчину. Она даже шею вытянула от удивления. «У мужа ведь была борода», ― подумала она и, смутившись, отвернулась. Но любопытство взяло верх, и она украдкой снова взглянула на него и спросила:


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: