Я перевернулась на бок, чтобы встретиться взглядом с парнями, которые  с трудом пытались сдержаться от смеха.

Я сразу же отвернулась обратно.

- Тони, слезай!

- Я же сказал, нет!

Чертов малыш! За что он так со мной?

- Так, Тони, ты, что решил поиздеваться над сестрой? Она же девочка, так нельзя.

К брату обратился Кэм, и я несколько удивилась тому, что он перестал шутить, а решил разобраться с моим братом.

- Нет, я не издеваюсь над Алексис. Я просто не хочу слезать.

Да почему, черт возьми?!

Я вытягиваю руку, чтобы Дэйв помог мне принять полусидячее положение.

- Тони, пожалуйста, слезай.

Здесь было высоко, и я не столько злилась на Тони, сколько переживала из-за того, что брат может сорваться и упасть.

На себя мне плевать, но вот тревога за брата была слишком уж жгучей.

Кэм снова обращается к моему брату.

- Слушай, Тони, это уже просто не красиво. На чтобы ты там ни обиделся, посмотри на то, как ты перепугал свою сестру и своего брата. Они волнуются.

Тони заметно притих, и я начинаю надеяться, что он может послушать Кэма.

- Я обиделся не на них. И здесь не высоко.

Что ж, иногда Тони был намного упрямее Тэда.

- Ты должен вести себя, как настоящий мужчина, Тони. – Уже с укором сказал Кэм, коснувшись меня, когда я принимала получидячее положение. - Если Алекс не виновата в том, что ты не хочешь слезать отсюда, то думаю, нужно помочь твоей сестре спуститься невредимой вниз. Чтобы потом поговорить с ней и с братом, как взрослый мужчина. Посмотри, как ты заставил их переживать.

Я косо посмотрела на Кэма.

Он что детский психолог?

Что он несет?

Еще больше я удивилась, когда Энтони, после минутной паузы,  полез мне навстречу.

- Сейчас мы спустим тебя, Алекс. – Пробурчал брат, а я едва не расплакалась от облегчения.

Пока Дэйв распутывал веревку у моих рук, Кэм забрался на площадку и  помог освободить мои запутавшиеся ноги из сетки.

Я упорно не смотрела на Кэма, который, то и дело, касался меня, чтобы направить в нужную сторону, или держал меня за руки и плечи, пока Дэйв перебрасывал мои ноги вниз.

Когда меня наконец-то вытащили, я, сев на лавочку, хмуро посмотрела на Тони.

- Какого черта ты вытворял, Тони?

Малыш опустил глаза.

- Алекс, нужно привести в порядок твои колени. – Перебил нас Дэйв, когда понял, что малыш разговаривать не собирался. Парень сочувственно похлопал меня по плечу.- У меня в машине аптечка я сейчас приду.

Дэйв убегает, а Кэм приземлился возле меня, коснувшись меня своим плечом, от которого я не сделала попытку отстраниться. Наоборот. Я оперлась о него, как о стену.

- Энтони, помнишь, что я тебе сказал? Будь мужчиной.

Не будь я в такой ситуации, я бы умилилась с того, как Кэм общается с близнецами. И вообще, как оказывается, ладит с детьми. Потому что Тэд уже вился у его ног, позволяя Кэму поправить его кепку.

Тони виновато поднял глаза.

- Мне стало грустно, Алекс. – Выдохнул малыш, заставив меня тревожно поднять к нему взгляд. Печаль в его голосе была, практически, осязаемой.

- Дома, в Аризоне, на площадке мы с Тэдом  знали всех детей. А здесь нет ни одного из моих друзей. Я почувствовал себя одиноко. Здесь все чужое. И мне это не нравится.

Малыш опустил глаза  и ковырнул ботинком землю.

Я наклоняюсь к нему, чтобы ласково коснуться руками его пухлых щек.

- Тони, я обещаю тебе, что здесь ты тоже обретешь друзей.

Нежно убираю со лба его волосы. Тони был не таким коммуникабельным ребенком, как Тэд, поэтому у него было не так много друзей. Я понимала, почему ему так грустно.

Тони тоже не любил … перемены.

- Обещаю.

Тони, оттаяв, тянется своими пухлыми ручонками, чтобы крепко обнять меня. Сразу, как он отстраняется, Тэд возмущенно хлопает его по плечу.

- Ты заставил нашу Алекс разбить все колени, спасая тебя, дурак!

Все-таки, каким бы самостоятельным и вредным Тэд не был, ко мне он был очень привязан.

Как и я к нему.

Но я с укором произношу его имя, чтобы напомнить ему, что обзываться не хорошо.

- Тэд!

Брат только машет на нас рукой, снова подсев к Кэму, который все это время с улыбкой наблюдал за нами. Но когда я сама перевожу на парня взгляд, я вижу, как тепло он смотрит на меня. Его глаза обнимали меня и согревали какой-то немой теплотой. Здесь не было флирта или пошлости, нет, было что-то другое. Что-то настоящее и до боли важное.

Снова обвожу взглядом лицо парня, отмечая, как он красив. Мужественные и правильные черты лица уже давно запомнились мне, чтобы периодически подсовывать мне образ парня, стоило мне закрыть глаза или просто отдаться свободному потоку мыслей.

Кэм … привлекал.

И я не знала, как с этим бороться.

Ожог после отношений с Блэйком все еще ныл и пускал корни где-то под сердцем. Вопрос доверия к людям теперь стоял очень остро. И мне не нравилась эта вынужденно приобретенная черта, которая не давала мне теперь отдаваться своим чувствам  и людям с присущей когда-то легкостью.

Интимность момента прерывает Дейв, который бежал в нашу сторону. Кэм резко заморгал, словно вышел из какой-то прострации, и то напряжение, что только что искрило между нами, снова утихло, позволив нам больше не рассматривать друг друга так изучающе.

Запыхавшийся Дэйв, как настоящий врач, промыл мне колени и помазал их какой-то заживляющей мазью.

Кэм же, внезапно разговорившись и вернув себе игривое настроение, стал задавать мне какие-то вопросы: сколько лет братьям, как их зовут, что они любят.

Но в основном ему с радостью отвечали за меня близнецы. Я только смущалась, когда он снова подкалывал меня про то, как они с Дэйвом застали меня на детской площадке.

Количество моих нелепых случаев, свидетелем которых стал Кэм, с каждым днем только росло, отчего я превращалась для него в излюбленный предмет для веселья.

Дэйв закончил, и я, медленно встав с его помощью, поблагодарила парней  за помощь. Если бы не они, сколько бы мы тут еще просидели?

- Ну что ты, Алекс! – довольно промурлыкал Кэм, сразу получив в ответ мое закатывание глаз. -  Это было довольно забавно. Ты не перестаешь меня удивлять.

Кэм широко и дерзко мне улыбается, поэтому сложно скрыть свою улыбку, когда он так ее побуждает.

Дэйв только смеется.

- Не доводи ее, Кэм.

Мы попрощались с ребятами, но что я особенно отметила, это то, что Тэд подошел к Кэму и протянул ему руку для рукопожатия. Кэм, улыбаясь, присел и пожал ему руку, после чего шутливо хлопнул его по козырьку кепки.

Снова пугаюсь того, как меня трогает отношение Кэма к моим братьям.

Кэм, похоже, очень любил детей, возможно, в силу того, что внутри себя сам еще был ребенком. И как может не нравится парень, который нашел общий язык с твоими непоседливыми младшими братьями?

Тоже самое было и с Тони.  Энтони виновато протянул руку сначала Дэйву, при этом, поблагодарив его за то, что тот залечил мне ссадины, а потом подошел к Кэму, который, потрепав его по голове, попросил защищать меня, а не обижать.

Тони искренне ему улыбнулся.

Я взяла близнецов за руки, игнорируя их виноватые взгляды, и потащила их в сторону стоянки, вслед за парнями. Домой мы ехали в полной тишине.

- Извини меня, Алекс.

Снова виновато протянул Тони.

- И меня, - согласился с ним Тэд, -  я не должен был убегать. Я просто решил позвать на помощь, но рядом были только эти ребята.

- Я с вами не разговариваю.

Со стороны наверно покажется, что это я веду себя, как ребенок, но все же, из-за них я опять выставила себя полной дурой перед Кэмом.

Мы в тишине приготовили ужин, встретили родителей,  и оставшийся вечер я провела у себя, читая Кинга.

Поздно вечером ко мне тихо постучали.

- Открыто.

Ко мне виновато заглянули близнецы и протянули мне банку с мороженным.

- Помиримся?

Ну, что мне оставалось?