Когда ей было примерно лет десять, у нее в комнате стоял один из тех старомодных куполообразных радиоприемников, и она не могла понять, почему в нем играл Билли Айдол, а не джазовый оркестр. Когда Сэм впервые включил свою стереосистему, она никак не могла поверить в это. Она никогда не встречала кого-то своего возраста, увлекавшегося тем же музыкальным жанром.

— Тебе стоит носить челку покороче. Не нужно прятать такие прекрасные глаза. — Он отбросил ее волосы в сторону. Софи поднялась чуть выше, чтобы поцеловать его, и ощутила вкус салата на его губах.

— Я могу снова ее отрезать, если хочешь, — предложила она.

— Прошу, не надо, — фыркнул он. — Оставь это профессионалу, умоляю.

— Уверен? — Она села, поднимая челку вверх.

Он внимательно изучал ее.

— Если подумать...

— Я могла бы ходить с прической «только встала с постели». И тогда они точно не закрывали бы глаза.

— Или я мог бы одолжить тебе свой домашний гель, — предложил он, вскинув брови. — Он богат протеином. Как раз для твоих волос.

В ответ Софи выдавила странный звук.

— Сэм! — Она схватила подушку и кинула ему в лицо. — Какой ты злой! 

Он быстрым движением перевернул ее на спину, безжалостно щекоча, заставляя визжать и смеяться. Только когда она попыталась дать отпор, он наконец сжалился. Он лежал на ней так, что их лица были совсем близко друг к другу.

— Ты хоть представляешь, как часто я думаю о тебе? — спросил он.

— Ты думаешь обо мне?

— Да, но не думаю, что это не вредит мне. — Он нахмурился. — Я просто не могу больше сосредоточиться на работе. Дети постоянно говорят... — он перешел на фальцет. — «Мистер Коллинз, вы не могли бы перестать мечтать о мисс Кук? Нам еще столько нужно узнать! Вы нужны нашим жаждущим умам!»

Софи округлила глаза и фыркнула:

— Боже милостивый!

— Так и есть. — Его губы задевали ее кожу прямо возле выреза ее топа на бретельках. Затем он медленно покрыл поцелуями ее шею. Она закрыла глаза и улыбнулась, обхватив его руками. «Черт, не торопиться будет очень трудно!».

Не много времени понадобилось, чтобы невинный флирт превратился в давление его тела на ее. Она извивалась под ним, противореча сама себе, притягивая его ближе.

О, как она его хотела! Прямо здесь и сейчас. Его блуждания перешли к ее голым плечам, ключицами, подбородку. Их желание быстро росло, ее рот жадно приветствовал его, и Софи попыталась успокоиться. Безуспешно. Может, стоило отбросить сомнения, подумала она, только в этот раз. Как только она поддалась этой мысли, Сэм заставил себя разорвать поцелуй, вяло отступив, позволяя рукам свеситься на пол.

— Ты меня убиваешь! — простонал он.

— Я? — Она стукнула его по плечу, давая ему понять, чего хотела, затем встала с дивана и начала обмахиваться руками. — Ты это начал! 

Он провел рукой по волосам.

— Ага, наверное, я, да?

— Ты игнорируешь наше соглашение, — сказала она, погрозив пальцем. Раз они работали вместе, они решили, что будет неплохо повременить с серьезным интимом, пока они оба не будут уверены, что это приведет к чему-то еще. Софи представляла, каково будет ей видеть его в корпусе, если они расстанутся после столько решительных действий. Она понимала, что не было никаких гарантий, но хотела проявить хотя бы некоторую сдержанность. 

Она не была готова к тому, как быстро привязалась. Они встречались всего только месяц, но провели рядом все это время либо переписываясь по телефону, либо будучи вместе. То есть в основном все протекало довольно сентиментально.

— Ты права. Права, — кивнул он. — Мне жаль. — Его кивок превратился в мотание головой с усмешкой. — А вообще-то нет. Мне не жаль. 

Она села рядом с ним и шутливо его толкнула.

— С Эбби все в порядке? — спросила Софи, посмотрев на нее. Та развалилась возле дивана. — Не верится, что она не запрыгнула, когда ты щекотал меня. Она просто лежит там все это время. 

Он опустился на пол рядом с Эбби, чтобы погладить ее.

— Ненавижу это признавать, но, похоже, ее время на исходе. Последние несколько месяцев у нее были проблемы с почками. Я давал ей лекарства, но, думаю, они не особо помогают. 

Софи опустилась рядом с ним на ковер.

— Мне жаль, Сэм. Бедная Эбби.

Она положила голову рядом с собакой, чьи глаза были полуприкрыты. Эбби не выглядела так, будто ее волнует забота, которой они ее окружили, пока она пыталась вздремнуть. Софи провела рукой вдоль всего ее тела. Она не могла описать или выразить это, но было что-то в этой старой дворняжке, что порой усиливало ее связь с Сэмом. Софи не могла этого понять; это было просто странное чувство. Может быть, это из-за того, что она бывала здесь так часто, что Софи начала считать Эбби своей собакой, как и его. 

Заиграла песня Коула Портера, и в этот момент она подумала об австралийской овчарке рядом с собой, бежавшей рысью рядом с ней. Она мельком заметила свои атласные туфли и подол темно-синей юбки, когда толкнула дверь, которая, как оказалось, была амбарной. И за этой дверью была та же золотая трава, те же насыщенные оттенки. С ней был кто-то еще. Ну, не совсем с ней, но недалеко. Он стоял к ней спиной, работая над чем-то. Над трактором?

Прикосновение пальцев Сэма к ее волосам вернуло ее к реальности.

— Ты в порядке? Мне показалось, у вас с Эбби возникла телепатическая связь, — поддразнил он.

— Оу. — Софи села по-турецки. — Кажется, я выпала из реальности. — Она похлопала себя по щекам, но не смогла скрыть волнения.

— Уверена? — спросил он.

«Да скажи ты ему! Чего ты так боишься?».

«А, да только того, что он подумает, что я больная!».

«Но он сказал, что тоже видел что-то, когда вы впервые поцеловались. Почему ты так боишься поговорить с ним об этом?».

— Так ты готов рассказать мне про ту татушку? — перевела она тему.

Сэм прислонился к дивану и вытянул ноги перед собой.

— Ничего особенного. Попробуешь угадать, что она означает?

— Хммм. Ты сказал, это банально. Это связано с мамой?

— Неа.

— Эм-м-м... — Она постучала пальцем по подбородку. — «Чем больше сила, тем больше ответственность». Это из «Человека—паука».

— Знаю. Снова мимо.

— Э... — Она подумала немного дольше, скрещивая и перекрещивая ноги. — «Делать. Или не делать. Не пробовать», — сказала она, подражая голосу Йоды.

Сэм осклабился.

— Это что вообще такое?

— Что? Все знают, что у Йоды лучшие цитаты.

— Это очень длинные предположения. Думаешь, этот маленький символ обозначает так много?

— Откуда мне знать? Я не умею читать по-китайски. Я думала, одна из этих маленьких линий может быть целым словом.

— Одно.

— Одно? — повторила она.

— Этот знак означает «одно».

— О-о-о! — Она покачала головой, прежде чем непонимающе нахмурилась. — Что «одно»?

— Все мы одно, — сказал он, делая короткие круговые движения пальцем. — Всё одно.

Софи, впечатлившись, вскинула брови.

— Очень глубоко, — прокомментировала она. — И классно. Сколько тебе было, когда ты набил тату?

Он посмотрел в потолок и задумался.

— Около двадцати.

— Так... — Софи подползла к нему, взяла за руку и переплела их пальцы. — Давно ты такой непростой, задумчивый парень? Был таким еще ребенком?

— Ну, я бы не назвал себя непростым. Я считаю себя очень даже простым. Но задумчивый? — Он наклонил голову, как если бы был согласен с этим определением. — Давай просто скажем, что я был очень любознательным ребенком. Всегда таким был.

— Я заметила.

— Я хочу тебя кое о чем спросить. — Он поднес ее руку к губам и поцеловал костяшки. — Как так случилось, что ты не замужем? Так, что никто не предложил? Сколько, говоришь, тебе лет? Пятьдесят два? Пятьдесят три?

— Очень смешно. — Она знала, что этот разговор когда-нибудь случится, потому что у нее у самой был к нему тот же вопрос. — Это вовсе не длинная темная история. Для начала, у меня было не так уж и много парней. Добавь к этому тот факт, что сложно найти кого-то, кто тебе подходит, и получишь ответ.