- Тони?

Её голос дрожал от тревоги:

- «СиДжо» в безопасности? У них получилось устранить их проблему?

Он отправил свой телефон обратно в карман и ответил:

- Ты хочешь знать, о чём я думал весь этот вечер?

Клэр приложила массу сил, чтобы не сбиться с пути:

- О чём же ты думал? Хорошо.

- О многом, во-первых – какой прекрасной ты была. Я вытерпел много спутниц с нашего развода. И я не получал от тех вечеров столько удовольствия, сколько я получил сегодня, проведя его с тобой.

Клэр пристально посмотрела на него; она задалась вопросом, какая часть этого утверждения должна была найти в ней отклик, его упоминание о большом количестве спутниц или её образцовый выход.

Тони продолжил:

- Шелли не испытывала счастья по поводу угодного мне пресс-релиза, но я решил, что это будет единственным решением. Теперь весь мир знает о нашем примирении. Это официально.

- Ты говоришь так, как будто это не обсуждается.

Он без толики сомнения посмотрел в её изумрудные глаза.

- Вне сомнения. Это затрагивает общественность.

Неудача – не вариант – подразумевалось, как само собой разумеющее.

- «СиДжо»?

- Взлом был устранён. Это было сделано около восьми часов вечера.

Клэр выдохнула.

- Спасибо.

Тони ожидал её благодарность и ответил:

- На самом деле, я попрошу Эрика отвезти тебя к тебе домой. Возможно лучше, чтобы ты не знала, о чём ещё я размышлял.

Клэр села прямее.

- И снова, спасибо. Я готова ехать.

Она смотрела на то, как он кивнул. Знакомая притягательность засосала её в его поле силы притяжения, и не думая, она взяла его руку в свои. Движимая любопытством наряду с опаской, Клэр спросила:

- О чём ещё ты размышлял?

- О тех чёрных кружевных трусиках.

Клэр выпустила его руку и резко вскочила на ноги.

- Что ты сказал?

- Я размышлял о твоём чёрном кружевном белье, там был маленький бантик

В его улыбке появились чувственные нотки:

- Мне было интересно , какого цвета бельё на тебе сегодня.

Её голос прозвучал на октаву выше:

- Как ты узнал о чёрных кружевных трусиках?

Тони встал, его руки обхватили её плечи. Их грудные клетки соприкоснулись, и его дыхание участилось:

- Почему ты не можешь поверить, что я всё ещё люблю тебя?

- На самом деле? После всего шантажа сегодня, чтобы заставить меня сопровождать тебя, угрожая компании моих друзей катастрофой, а теперь выясняется, что ты… что ты…

Её тело задрожало, слёзы снова потекли, её голос надломился и перешёл в шёпот:

- Изнасиловал меня.

В его тоне было больше мольбы.

- Нет, Клэр. Даже не предполагай такого.

Он приподнял её подбородок, и их взгляды встретились:

- Ты согласилась на всё. Ты была более , чем согласна; ты хотела этого так же, как и я.

Он выпустил её подбородок, и её лицо уткнулось ему в грудь.

Она вспомнила тот день, когда он пришёл в её квартиру. Она провела без сна полночи, мечтая о нём , о них. Она вспомнила о том, как сказала ему «до свидания», и она помнила, что хотела его.

Её ноги подкосились, но его руки обняли Клэр. Звук его сердца отдавался эхом в её ушах, а знакомый запах его одеколона заполнил подсознание. Клэр таяла в его объятиях; у неё не осталось сил, чтобы восстановить их. Он был прав. Она хотела его в тот день. По правде говоря, даже в этот момент она наслаждалась таким знакомым прикосновением. Что-то было в этой повторяющейся провокации, которая удерживала все её чувства раскаленными. Вихрь эмоций, которые он вызывал, и глубина понимания, которую они разделяли, создавали связь. Она сражалась с ней всю ночь. Закрыв глаза, Клэр проиграла теперешнюю битву. Внутри неё не осталось ни грамма сопротивления.

Тони поцеловал её в макушку и поднял девушку на руки.

Её голос звучал мягко, но уверенно:

- Нет. Тони, нет, не этим вечером.

- Я уложу тебя на диван. Ты практически падаешь.

Она кивнула напротив шёлка его рубашки. Мягкость у её щеки, и размеренный барабанный ритм его сердца успокоил боль в её висках. Вместе они сели на большой белый диван с видом на высокие окна. С длинными ногами Тони, вытянутыми на сочетающийся по цвету пуфик и с его рукой, всё ещё нежно обнимающей её плечи, Клэр скинула свои высокие каблуки и положила ноги на плюшевые подушки. Примостившись у него под боком, она приняла удовольствие его объятий. На долгое время они замерли в таком состоянии: молчаливые, смотрящие на панораму перед ними.

Башни Моста Золотых Ворот сверкали на уровне освещения города. И тот же самый свет живописно отражался на воде ниже. Ночь была ясной, а небо казалось насыщенного синего до черноты цвета. Звёзд было не видно, хотя луна светила низко над потемневшей землёй по другую сторону от опоры моста.

Клэр чувствовала, как его грудь поднимается и опадает при вдохе и выдохе глубокого дыхания. Его глубокий голос пресёк молчание:

- Ты готова, чтобы я вызвал Эрика?

Когда он заговорил, её щёку пощекотала вибрация. Она не подняла своей головы.

- Чего я на самом деле хочу – это ответов.

- Каких ответов.

- Правдивых.

Это было то, чего он требовал от неё в прошлом. Некоторые из их самых сокровенных бесед происходили в похожих позах, интимные моменты, когда они не могли видеть выражения лиц друг друга. Когда Тони не ответил, Клэр надавила:

- Ты говоришь, что всё ещё любишь меня. Ты очень умный человек. Конечно, ты понимаешь, что действия говорят громче слов.

- Ты сказала «нет».

- Я не имею в виду секс. Я имею в виду действия, то, как ты обманул меня сегодняшним вечером, а также то, как ты подставил меня под покушение на убийство.

Его грудная клетка вновь поднялась и опала. Она чувствовала его тёплое дыхание, раздувающее её волосы:

- Расскажи мне почему.

- Я рассказал тебе. Это был мой обходной манёвр.

Клэр покачала головой:

- Я не понимаю твоих загадок.

- Ты тоже очень умная. Я не верю, что ты провела последние полтора года без каких-либо подозрений.

- Я на самом деле не понимала, до тех пор, пока я не получила коробки с информацией.

- И к какому выводу ты пришла?

Она размышляла над своим ответом, пока её пальцы бессмысленно поигрывали с маленькими пуговками чуть ниже центральной части его шёлковой рубашки. В конце концов, она заговорила:

- Что ж, сложно ответить. Видишь ли, поначалу, я думала, что это ты отправил её мне. Поэтому, я думала, что ты решил добить меня, ну знаешь, как сыпать соль на раны.

Его объятия стали крепче:

- И ты думала, что я сделал это?

- А что ещё я могла подумать? Ты подставил меня и бросил.

Ее перегруженный эмоциями голос сменило молчание. Закрыв глаза, она вспомнила его в тюрьме Айовы, и увидела картинки её тюремной клетки. Её тело задрожало, пока она боролась с тем, чтобы сдержать рыдания, рвущиеся из её груди.

- В этом мире мало людей, которые мне не безразличны.

Голос Тони звучал издалека.

- Мало людей, чьими мнениями о себе я дорожу.

Он приподнял её подбородок и посмотрел во влажные блестящие изумрудные глаза:

- Я понимаю, что у тебя есть причина сомневаться во мне. Чёрт, причины. Но, Клэр, ты одна из этих людей.

Она закрыла глаза, а он продолжил говорить.

- Мне нужно, чтобы ты поняла. Я пообещал, и я держу своё слово.

Она не знала, откуда взялись слова. Это не было чем-то, что она сознательно обдумывала, но тем не менее, они вылетели:

- Ты дал обещание мне , 18 декабря…

Он прервал её, и каждое его слово звучало медленнее, чем предыдущее:

- Две тысячи десятого года, в нашем поместье, любить тебя вечно. И я держу своё слово.

Его губы нашли её губы, и страсть склеила их вместе. Это не было лихорадочно, похоже на рычание диких животных в горах Калифорнии. Это было глубоко и болезненно; тот тип связи, который тревожит сердце, до тех пор, пока единственным желанием не остаётся жажда вынуть этот качающий кровь орган собственными голыми руками.