Бросив взгляд на узкий переулок с переполненными мусорными контейнерами, она увидела людей, сидевших на железных площадках пожарных лестниц. На перилах всех пяти этажей и в узких промежутках между зданиями висело белье, напоминая разноцветные флаги. Здесь жили и невинные люди, причем их было немало. Они редко осмеливались выходить на улицу, а когда выходили, то зачастую становились добычей.

Она увидела таблички «Проход запрещен!», прибитые гвоздями к белым дверям заброшенных домов вдоль железнодорожных путей. На крыльцах этих домов спали бездомные, обложившись одеялами и картонками. У многих пожитки были свалены в магазинные тележки или в припаркованные у домов машины.

— Как думаешь, мы близко? — спросил Джек.

Она могла понять его нетерпение. Он рисковал всем, полагаясь лишь на ее слова.

— Прости, — ответила она. — Я узнаю места, а не расстояния.

— Мы должны быть близко. Скоро мы окажемся у здания Капитолия.

— Здесь поверни направо, — указала Анжела.

На стене одного из заброшенных кирпичных зданий был нарисован огромный белый череп. Ее воспоминание — воспоминание Кассиэля — идеально совпало. Кассиэль видел этот грубо намалеванный череп.

Территория возле построек больше напоминала свалку. Анжела увидела среди обломков детский веломобиль и другие сломанные игрушки. Это напомнило ей о том, как она сама в детстве играла перед трейлером матери, делая пирожки из грязи, собирая сорняки в банки из-под пива, как цветы в вазу, и совершенно не обращала внимания на нищету, наркотики и преступления. Для нее это просто был дом, она не видела ничего ненормального в том, чтобы обходить стороной пьяниц, которые сидели в шезлонгах перед своими трейлерами и пытались ее завлечь, или прятаться от страшных людей под синим брезентом, покрывавшим сломанные автомобили, которые уже никогда не починят.

Невинные дети, которые крутили педали на этих игрушках, превратятся в пар под грибовидным облаком, если она не предотвратит взрыв этой бомбы.

Дальше по улице им начали встречаться здания, словно сложенные из огромных блоков. Квадратные элементы складывались в разнообразные формы. Когда-то это был оживленный деловой район.

— Останови! — закричала она.

Джек вздрогнул от ее крика, но нажал на тормоз, остановившись без визга шин.

Он взглянул на нее:

— Что?

— Съезжай на обочину и медленно сдай назад вдоль тротуара.

Он сделал как она просила, но не понимал зачем.

— Так, остановись. Теперь опусти стекло.

Джек бросил на нее вопросительный взгляд, нажав на кнопку стеклоподъемника.

— Что...

— Откинься назад, — сказала она, сосредоточившись на чем-то другом.

Анжела достала свой пистолет, держа его обеими руками прямо перед ним, и прицелилась через открытое окно.

Когда она нажала на спусковой крючок, раздался мягкий приглушенный хлопок, а затем металлический звук затвора, выбросившего гильзу и протолкнувшего снаряд в патронник для следующего выстрела. Маленькая медная гильза ударилась о ветровое стекло и отскочила от приборной панели.

На противоположной стороне улицы человек упал на землю, словно марионетка, которой перерезали нитки. Некоторые прохожие даже не заметили этого.

— Езжай, — сказала она, убирая пистолет.