Она не могла сбежать из этого пейзажа сна. Словно что-то — или кто-то — хотел ее тут.

Она моргнула и стала дышать ровнее. Ей не нужно было паниковать.

Еще вдох.

Что-то явно происходило. Может, она должна выбраться и войти еще раз в пейзаж сна.

Селена взлетела с деревьев. Она поднималась все выше. Но когда добралась до места, где вошла в сон Дамиена, она не нашла брешь. Она словно летела на месте.

Ее сердце билось в горле, подступила желчь. Она опустила взгляд. В сотнях футов под ней был тот же пляж, та же вода и душа Дамиена.

Что происходило? Это делал Дамиен? Но как?

Она испуганно описала круг и опустилась на песок. Она поджала когти и отказывалась смотреть на сферу, хоть все в ней кричало обернуться.

Был лишь один вариант: попытаться изменить этот пейзаж сна. Селена глубоко вдохнула, закрыла глаза и раскрыла крылья. Она представила длинный пляж, мягко накатывающие волны, прохладный ветер и ясное небо. Она не могла убрать душу Дамиена, но могла изменить все остальное. Она создаст шторм, который спрячет душу от ее взгляда. Тогда это будет означать, что она хотя бы может управлять его сном.

Она выдохнула и опустила крылья. Она ощущала вспышку силы внутри, трещащую на ее спине и метке. Но сила не покинула ее тело.

Селена открыла глаза. Пейзаж сна не изменился. Не появилось и облачка. Она махала крыльями, призывала силу, пока жар от усилий не охватил ее. Ее крылья замерли, она приоткрыла клюв и быстро дышала, чтобы остудиться.

Ничто не изменилось. Волны мягко набегали за ней, ветер дул по траве, и она ощущала притяжение сферы души Дамиена.

У Селены не было тут власти.

Она задыхалась, тело дрожало. Она не готовилась к такому. Мама не упоминала пейзаж сна, где она не могла сбежать или что-нибудь изменить, как и притяжение к душе.

Может, ее мать такого не испытывала.

«Что делать? Я не могу выбраться. Я н-ничего не могу! Почему?».

Нет. Она щелкнула языком. Нельзя паниковать. Нельзя терять контроль над эмоциями.

«Думай, Селена, думай. Что еще могло происходить?».

Она замерла и сглотнула, представила части своего тела, заставила мышцы расслабиться. Она не могла изменить пейзаж сна, но не была в опасности. Даже если была, она могла сражаться, даже в этом месте.

Селена медленно повернула шею, посмотрела краем глаза на сферу души Дамиена. А если кто-то или что-то удерживало ее тут? Может, Дамиен, но ей казалось, что это было нечто сильнее. Божество?

Темная леди?

Селена замерла. Нет, это не ощущалось как Темная леди. Собор всегда был холодным и темным. Тут было… тепло. Приятно, хоть она и была в плену.

Она подвинула когти на песке, повернулась к сфере. Если это был не Дамиен или Темная леди, то кто? Старое божество? То, которому были верны последователи Света?

Он был настоящим?

Если так, может, она должна была находиться тут.

Ее глаза расширились. Она смотрела на душу Дамиена, сердце билось быстрее. Покалывание началось в груди, растеклось по ее телу к голове, крыльям и когтям.

Она сглотнула, в горле пересохло. Она сделала шаг, другой к душе Дамиена. Почему она была полной света? Петур был серым, как туча, а Рената…

Селена замерла, все внутри сжалось.

Рената.

Душа ее служанки была темной, как ночь, и в цепях.

Селена закрыла глаза и дышала ноздрями в клюве. Это означало, что Дамиен не испытывал боль в сердце? Нет.

Она открыла глаза и смотрела на сферу. Она видела его боль, его страх. Его сердце все еще горевало по смерти родителей и брата. Он боялся того, что мог его дар. Он был как все, в чьих снах она была. В свете его души было немного тьмы.

Так что делало его другим?

— Я хочу знать, — прошептала Селена и сделала еще шаг к душе. — Я хочу то, что есть у тебя. Я испытала горе и страх, как ты. Но ты живешь с пылающей надеждой, а я…

Слеза покатилась из ее глаза, она шла к сфере.

— Я живу во тьме. Я не могу выбраться.

Он слышал ее в пейзаже сна? Он знал, какой большой свет был в нем?

«Я бы сделала все, чтобы освободиться. Иметь то же, что и ты».

Но, может, для нее пути к отступлению не было. Тьма и ненависть пятнали дом Рейвенвуд с давних времен, начиная с Рабанны.

Почему же она застряла тут? Она замерла и огляделась. Почему она не могла сбежать из пейзажа сна Дамиена? Почему ее так влекло к его душе? Была другая причина?

Она вдохнула и посмотрела вперед. Сияющая сфера была в двадцати футах от нее, свет и жизнь кружились в ней.

А если она ошиблась? Несмотря на страхи и колебания, она пришла сюда этой ночью, чтобы выполнить миссию, потому что верила, что так поможет своему народу и сестрам. Она была готова пожертвовать собой ради остальных.

Но если убийство Дамиена не было решением?

Может, его нужно было оставить в живых?

Он мог сделать для ее народа больше, чем она думала, раз в нем был такой свет? Он мог спасти ее сестер, особенно, маленькую Офи?

Селена приблизилась к душе, замерла перед ней. Сейчас ее мать выполняла миссию с домом Вивек. Завтра тела лорда Руна и его сестры найдут мертвыми в их постелях, словно они умерли во сне. Селена должна была так сделать с лордом Дамиеном.

Она вытянула крыло, оно замерло в дюймах от сферы. Она знала, какими были страхи Дамиена. Ей нужно было лишь заставить его переживать смерть его родителей снова и снова. Или…

Она расправила другое крыло. Она могла дать ему утонуть и разбить мир его сна. Она могла даже отыскать ту дыру с тенями, которую видела в нем во время второго похода в его сны.

Она стояла, раскрыв крылья. Прохладный ветер охватил ее, и в тот миг она ощутила поток его сна, все нити, что тянулись к воспоминаниям, надеждам и желаниям. Ее сила вернулась. То, что мешало ей до этого, пропало. Она могла выполнить свою миссию.

«Сделай это, — прошептал голос. — Стань наследницей Рейвенвуд. Твоя сестра Амара не мешкала бы. Ты ведь куда сильнее, чем она?».

«Но я не хочу власти. Я хочу свободы и мира. Я хочу света».

Тоска вернулась в ее сердце с такой силой, что лишила ее дыхания. Она видела только свет души Дамиена. Она хотела этого. Больше всего. Обхватить его ладонями и опустить туда, где жила ее темная и холодная душа.

Тоска сменилась болью, горло сжалось. Ей хотелось нести свет, а не тьму. Этот мир нуждался в лорде Дамиене. В таких душах, как его. В свете. Тьмы уже хватало.

Она покачала головой и опустила крылья.

«Я не могу. Я не могу уничтожить что-то настолько красивое».

Если она не могла нести свет сама, она сделает так, чтобы он жил.

«Я сделаю все, даже отдам жизнь, чтобы свет оставался».

Селена отпрянула на шаг. Казалось, бремя упало с ее плеч. Она приняла решение. Она уже не сомневалась в действиях. Недели болезненных размышлений об убийстве кончились. У нее был свой ответ.

Ей нужно было спасти лорда Дамиена.

Ее разум лихорадочно искал новый план. Она могла помочь ему сбежать. Она знала старые туннели под замком лучше всех. Одна из шахт вела к подземной реке, что тянулась на север. Это было опасно, и до бреши двигаться день, но так он будет ближе к границе своей страны, где он будет защищен.

А потом она вернется домой.

Селена печально улыбнулась. Да, она спасет его. Хоть и пострадает. Мама не нападет на нее во сне — Селена была слишком сильной. Нет, она будет отмечена как предатель дома Рейвенвуд и казнена.

Селена поднялась и приняла облик человека. Ее волосы свободно развевались от приятного ветра. Простое платье скрывало ее тело, и двойные мечи висели на боках. Она уже не переживала, видел ли ее Дамиен в облике человека. Время секретов кончилось.

Она смотрела на душу Дамиена. Все закончится так: его жизнь будет спасена, а ее — потеряна. Странно, но от этого она ощущала спокойствие. Она не была убийцей. Она не была как Рабанна или ее мать. Она не могла и спасти свой народ. Но, может, если она сохранит жизнь Дамиену, он сможет поделиться своим светом с остальными. С ее сестрой Офи. Может, даже с Амарой.

Она протянула руку. Жар его жизни вспыхнул, согревая ее пальцы. Ее улыбка стала шире.

«Какая красивая душа».

Селена глубоко вдохнула и провела пальцами по поверхности. Свет трепетал под ней, вспыхнул снова. Она ощущала, как его сознание пробуждалось.

Она склонилась, словно собиралась поцеловать сферу души.

— Проснись, Дамиен, — прошептала она. — Тут опасно.

Его душа становилась все ярче, пока не залила пейзаж ослепительным светом. Селена закрыла глаза, ощущая тепло его жизни и души лицом и телом. Энергия наполнила ее, подняла на ноги, потекла по ней рекой.

«Молодец, Сновидица».

Тот голос… Селена открыла глаза, но зажмурилась от яркого света. Она знала тот голос. Не подлый голос, что звучал минуты назад. Этот голос говорил, когда она получила дар много месяцев назад. Он заявлял, что родилась сновидица.

Она хотела услышать больше. Но слышала только глухой рев. Она отпустила пейзаж сна. Она не взлетела, а осталась в облике человека, дала подсознанию Дамиена вынести ее к реальности, пока его разум и тело пробуждались.

35

— Лорд Дамиен!

Дамиен моргнул, глядя на пляж возле Нор Эсен, голос во сне угасал в его разуме. Там был ворон. Или женщина? Женщина с длинными волосами…

Он моргнул. Над ним нависала фигура в черном.

Что за…

Тэгис закричал снова, оттащил фигуру. Раздался стук об пол и тихий стон.

Дамиен сел, приходя в себя. Незнакомец. В его комнате. Он повернулся к краю кровати, готовый действовать.

— Милорд, вы в порядке? — спросил Тэгис, выхватив меч.

— Да, — он проверил тело, заметил нарушителя, лежащего посреди комнаты. Его лицо было в черной ткани и капюшоне, оставались лишь глаза, но они были закрыты. — Я в порядке, — он встал, готовый биться.

«Проснись, Дамиен».

Он нахмурился. Снова голос из сна.

«Тут опасно».

Тэгис повернулся к фигуре на полу.

— Кто ты? — сказал он и сделал шаг ближе, его меч был направлен на нарушителя. — Что ты делаешь в комнате лорда Мариса?

— Милорд? — Коген вышел из другой комнаты, протирая глаза. — Я услышал крики.