— Почему сразу я? А что насчёт Арии?

— Ария умеет себя вести. Она настоящая леди, тогда как ты — что угодно, но только не леди.

Ария дотронулась до груди Луки.

— Будь повежливее с моей сестрой.

— Я не хамлю всем подряд. Только тем, кто мне не нравится, — со значением заявила я.

— А это каждый из присутствующих на вечеринке, — вмешался Маттео. — Они все невыносимы, можешь мне поверить. — Мы обменялись улыбками, а затем, вроде как снова вспомнив нашу своеобразную «стычку», произошедшую несколько ночей назад, отвернулись друг от друга. Я заметила, как Лука одарил Арию одним из тех особенных взглядов, которыми они всегда делились.

— Просто веди себя прилично, — посоветовал Лука. — Это касается вас обоих. Похоже, вы двое посланы мне Господом, чтобы испытать на прочность мое терпение.

Ария прыснула и легонько стукнула Луку по плечу кулачком, но в ее взгляде светились любовь и обожание. Смогу ли я когда-нибудь вот так же смотреть на мужчину? Я даже не знаю, хочу ли этого. Она словно обнажает свою душу перед всеми и даже не боится этого.

Все вместе мы шагнули из лифта в холодный подземный паркинг, и я задрожала. Пальто я с собой не захватила, посчитав, что мне придется дойти только от лифта до машины, а затем от машины до места, где проходит вечеринка, но теперь я пожалела об этом. Как-никак, на дворе уже середина декабря. Месяц с того момента, как Маттео меня нашел. Иногда с трудом верилось, что прошло уже так много времени.

Маттео убрал руку с моего бедра, снял пиджак и накинул мне на плечи. Его тепло и аромат окутали меня, и я поймала себя на том, что задышала глубже.

— Спасибо, — смущённо поблагодарила я.

Лука тоже снял свой пиджак для Арии, несмотря на небольшое расстояние, которое нужно было пройти до машины. Мы с сестрой устроились на заднем сиденье «Порше Кайен» Маттео, а наши мужья сели впереди. Похоже, мужчин больше не волновало, что я могу попытаться выскочить из машины на полном ходу и сбежать. Может, они тоже заметили, как легко я освоилась в этом мире.

Ария наклонилась к моему уху и зашептала:

— Я знаю, ты не хочешь этого признавать, но вы с Маттео как будто созданы друг для друга.

Я бросила хмурый взгляд в ее сторону, игнорируя то, как ускорился пульс от всплеска чувств, о происхождении которых мне даже думать не хотелось.

— Даже не начинай.

— Это правда, — Ария пожала плечами. — И он на самом деле старается. Конечно, они оба не идеальны, но стараются стать лучше ради нас. Ты не выглядишь несчастной.

Не то чтобы я перестала чувствовать себя несчастной, но я оправдывала это состояние постоянным присутствием Арии в этой моей новой жизни. Такое удобное объяснение. Я ничего не сказала, просто не сумела придумать остроумного ответа, который бы не звучал откровенно фальшиво.

Всю поездку мы провели в тишине, но, тем не менее, я чувствовала, что мое молчание говорило красноречивее, чем мне бы того хотелось. Я испытала облегчение, когда мы наконец остановились перед роскошным домом, не отличимым от того, в котором жили мы с Маттео. Швейцар бросился к нашей машине и открыл мне дверь. Хорошо, что он не заметил, как Лука с Маттео потянулись за своими пушками, которые держали всегда наготове на случай нападения.

Я поблагодарила парня, по виду почти моего ровесника, и вышла из машины. Ария поспешила за мной следом. Мы с ней вернули пиджаки нашим мужьям перед тем, как войти в ярко освещенный вестибюль. Другой швейцар ждал рядом с лифтом и нажал кнопку нужного нам этажа.

Когда мы поднялись на последний этаж, Маттео склонился поближе ко мне и промурлыкал:

— Не забудь: веди себя прилично. — Отстранившись, он подмигнул мне, и я поняла, что проблемы не заставят себя ждать. У Маттео на лице было написано, что он точно не собирался этим вечером «вести себя прилично».

Вечеринка проходила в большом, с прекрасным видом на город, пентхаусе — не таком огромном, как у Луки, но определенно впечатляющем. Стены увешаны картинами Пикассо, Уорхолла и Миро — сплошь оригиналами, — и у меня создалось впечатление, что мебель должна бы быть столь же претенциозной, но все было расчищено, чтобы вместить в комнате два длинных стола для восьмидесяти гостей и ещё дюжину фуршетных столов, чтобы гости могли пообщаться перед ужином.

Шум в помещении был оглушительным, несмотря на размеры пентхауса, а из рождественских украшений, кроме абстрактной стеклянной скульптуры рождественского вертепа на каминной полке и еще более абстрактной стеклянной елки в одном из углов, больше ничего не было. Мы с Арией переглянулись и чуть не прыснули со смеху.

Мое хорошее настроение улетучилось, когда к нам подошли хозяин с хозяйкой, немолодая пара, выглядевшие еще фальшивее, чем их ёлка. Я напряглась, ожидая отвращения во взгляде, но женщина одинаково приветлива была как со мной, так и с Арией.

Хозяйка, представившаяся Мириам, лучезарно улыбнулась мне, хотя это выглядело как-то пугающе, потому что ее лицо от чересчур большого количества ботокса выглядело застывшим.

— А вы, наверное, и есть прекрасная новобрачная, — произнесла она и расцеловала меня в обе щеки.

— Благодарю, — изумлённо ответила я.

Я бросила на Маттео непонимающий взгляд. Должно быть, он его правильно прочел, потому что склонился ко мне, пока хозяйка и хозяин разговаривали с Лукой и Арией.

— Они не в курсе наших традиций. Им пофиг на наши законы и нашу мораль, — прошептал Маттео.

Хозяйка повернулась к нам.

— Ужин подадут через полчаса. А пока прошу, угощайтесь нашими изысканными закусками и шампанским. — «Шампанское» она произнесла с каким-то странным французским акцентом, отчего я снова чуть не расхохоталась, но сумела вовремя собраться и вежливо улыбнулась в ответ. Эта женщина проявила ко мне доброту, поэтому я должна была общаться с ней соответствующим образом, даже если Лука считал, что я на это неспособна.

Оглядевшись вокруг, я заметила лишь одну знакомую мне семейную пару, вроде как имевшую отношение к мафии, но, возможно, я обозналась. Кроме них, к счастью, нас окружали незнакомые люди, которые не бормотали себе под нос «шлюха» и не смотрели на меня с презрением. Это был обычный светский раут, на котором присутствовали нормальные люди. Ладно — нормальные богатые люди. Я расслабилась. Надеюсь, все окажется не настолько и плохо.

— Ну что же, идём. Накидаемся шампанским. Нам придется осушить бутылку этого пойла, только чтобы пережить здешнюю скукотищу, — предложил Маттео. Лука с мрачным видом зыркнул на него, однако Маттео лишь ухмыльнулся и повел меня к свободному фуршетному столу. Я подхватила бокал и сделала глоточек. Это единственное, что нравилось мне в жизни в нашем мире: никто не спрашивал, достигла ли я совершеннолетия, чтобы легально выпивать алкоголь. Пузырьки восхитительно покалывали мне язык. Давненько я не пробовала хорошего шампанского. Последний раз это было на свадьбе Арии.

Маттео ухмыльнулся.

— Что? — спросила я, на всякий случай оглядев свое платье, выискивая пятна.

— Ты выглядишь как светская леди.

— Я не светская леди, — торопливо ответила я и вознамерилась глотнуть еще шампанского, но, поднеся к губам бокал, остановилась. Сердито зыркнув на него, опустила бокал. — Я не такая.

— Я и не говорил, что ты такая. Только сказал, что ты выглядишь, как она.

Он прав. Я приспособилась, что возвращало меня к моей прежней проблеме. Почему с каждым днём я все больше приближалась к образу трофейной жены? Оставшееся в бокале шампанское я осушила одним большим глотком, совсем не как леди, вызвав тем самым смех Маттео, и не смогла не сделать то же самое. Так здорово смеяться с ним вместе, а видеть, как смех изгоняет часть тьмы в его глазах, — ещё лучше.

Мириам пригласила всех гостей за стол и предложила нам сесть рядом с ней и с другими высокопоставленными гостями. К сожалению, Арию посадили напротив меня, так что, если бы я заскучала, мне бы даже не удалось с ней поболтать. По одну сторону от меня сидел Маттео, по другую — незнакомая женщина. К счастью, почти сразу подали первое блюдо, поэтому мне было чем заняться. В любом случае, Мириам, как и остальные женщины, сидевшие поблизости от нас, больше интересовались Арией. Вероятно, потому, что она была женой Луки и умела вести светскую беседу.

Почувствовав вдруг руку Маттео на своем колене, я бросила быстрый взгляд в его сторону, но он был целиком поглощён разговором с Лукой и хозяином. Я отрезала ещё один ломтик от своего карпаччо, но остановилась, не прожевав до конца, когда Маттео начал подбираться все выше и выше к кружевному краю моих чулок. Я с трудом сдержала дрожь от того, как его легкое прикосновение послало ощущения прямиком в мой центр. Я сдвинула ноги и попыталась сосредоточиться на беседе, которую Ария вела с другими женщинами, в ответ на что уголки рта Маттео дернулись. Конечно, на этом все не закончится. Когда такое вообще бывало?

Маттео скользнул пальцами мне между ног, несмотря на мои попытки не впускать его, а затем забрался кончиками пальцев под край трусиков и нежно прошёлся от внутренней поверхности бедра до складок. Я схватила бокал и сделала большой глоток вина.

— Что думаете, Джианна? Вам было бы интересно? — спросила хозяйка, Мириам. Она вопросительно приподняла брови, но благодаря ботоксу остальная часть ее лица осталась статична, и на нем застыло подобие скуки.

Я метнула взгляд на Арию, в надежде, что она поможет мне выйти из положения, потому что понятия не имела, о чем говорила Мириам. Маттео со своими пальцами совершенно сбил меня с толку.

— Я знаю, что ты обожаешь современное искусство, и не так-то просто попасть на персональную экскурсию по музею Гуггенхайма. Я уверена, что Маттео сможет выбрать время, чтобы провести его там с тобой, — пояснила Ария, многозначительно взглянув на меня.