ЭПИЛОГ

Джианна

На календаре был конец апреля, и сегодня наступил первый теплый денек в этом году. Воздух наконец прогрелся до 20 градусов. Вода в океане еще была слишком холодной для того, чтобы купаться, но для меня это не имело значения.

Не знаю точно, что из этого — пляж или океанский бриз — подарило мне ощущение свободы, но я рванула к заливу через просторную лужайку особняка Витиелло. Маттео следовал за мной по пятам, и, судя по звуку его шагов, догонял. Я прибавила скорости, не решаясь оглянуться и проверить.

Ноги увязли в песке. Он оказался прохладным; должно быть, вода будет и того холоднее, но это меня не остановило. Я стремительно понеслась навстречу медленно набегающим волнам. Едва вода достигла моих лодыжек, у меня перехватило дыхание, и, споткнувшись, я резко остановилась. Для заплыва определенно слишком холодно. По инерции я чуть не рухнула вперед и, стуча зубами, уже собралась повернуть обратно, когда сзади меня подхватили за талию теплыми руками и подняли вверх.

— Нет! Не вздумай! — взвизгнула я.

Маттео издал короткий смешок, а затем подбросил меня в воздух, и я с брызгами приземлилась в ледяную воду. На мгновение мои мышцы оцепенели, а потом я вынырнула на поверхность, ловя ртом воздух. Я сердито зыркнула на ухмыляющегося Маттео. Он зашёл по пояс в воду и, похоже, ничего не имел против холода.

— Ах ты, ублюдок, — сквозь стучащие зубы бросила я.

Меня начало трясти. Я обхватила себя руками, делая вид, что продрогла. Маттео нахмурился и с озабоченным видом шагнул ко мне. Но, едва он оказался на расстоянии вытянутой руки, я бросилась в атаку. Накинулась на него, схватила за плечи и попыталась окунуть в воду.

Мне стоило учесть, насколько Маттео привычен к физической борьбе. Он использовал инерцию движения моего тела, чтобы подхватить меня и забросить на свое плечо.

— Эй! — протестующе завопила я, но он лишь шлёпнул меня по заднице и потащил прочь из океана. — Куда ты меня несешь?

— Мы должны тебя согреть, — лукаво произнес он.

Меня охватило волнующее предвкушение, но я для вида все равно пинала его и молотила кулаками по спине. Он потащил меня направо, на край лужайки, скрытый от особняка кустами, где обнаружилось расстеленное одеяло. Он все это планировал!

Маттео уложил меня на одеяло и навис надо мной. Моя кожа покрылась мурашками, и не только от холода.

— Может, мне слизать каждую каплю воды с твоей кожи? — пророкотал Маттео, наклонившись и оставляя на мне горячую дорожку поцелуев от пупка до ключицы.

— А вдруг Ария с Лукой спустятся сюда? — прошептала я, когда он потянул вниз мое бикини, обнажая грудь на прохладном воздухе. Соски затвердели еще больше, а затем Маттео сомкнул свои горячие губы вокруг одного из них. Я все меньше и меньше переживала, что нас кто-нибудь застукает.

— Они не спустятся, — прошептал он в ответ, обжигая дыханием мою кожу. И это были наши последние слова на долгое время. Его губы и руки блуждали по всему моему телу, изгоняя холод и оставляя только тепло и желание. Когда он наконец вошел в меня, и наши тела слились в одно, пришло ощущение, что все встало на свои места.

Пусть не сразу, но я поняла, что даже без бриза и безоблачного неба могу чувствовать себя и быть свободной. Даже будучи связанной с Маттео.

***

Ближе к вечеру Маттео с Лукой устроили барбекю в патио. Ясная погода позволяла поужинать на свежем воздухе. Ария отправилась в дом достать приготовленный салат, а Маттео спустился в винный погреб за выпивкой. Мы остались с Лукой, который занимался барбекю, наедине. Я накрывала на стол, притворяясь, что не замечаю его. Отношения между нами были напряженными; хотя теплыми их никогда нельзя было назвать, но с тех пор, как я согласилась с его предложением несколько месяцев назад, все стало гораздо хуже.

Я вздохнула. Это должно прекратиться. Лука не только брат Маттео, он ещё и муж Арии. Мы должны, наконец, заключить перемирие. Я отставила последнюю тарелку, вытерла руки и двинулась к Луке, который переворачивал маринованные бараньи рёбрышки на решетке гриля. Словно почувствовав мое внимание, он поднял голову и посмотрел на меня. Тщетно пытаясь прочесть выражение его лица, я преодолела оставшееся расстояние между нами. В большинстве случаев наше общение нельзя было назвать вежливым. Как правило, я язвила ему в ответ, но изо всех сил старалась изобразить на лице самое открытое и дружелюбное выражение.

Лука выгнул свою темную бровь, когда я остановилась перед ним.

Внезапно я почувствовала какую-то дурацкую нервозность.

— Я знаю, что не нравлюсь тебе, — начала я разговор. — Но мне кажется, нам стоит попытаться наладить отношения ради Арии и Маттео.

Мне удалось не поежиться под его внимательным взглядом. О чем он думает?

— Ты не нравилась мне потому, что я терпеть не мог то, как ты обращалась с Маттео.

— Ясно, — протянула я, не зная точно, что делать дальше.

— Но я начинаю менять свое мнение.

— Правда?

Он перевернул еще один кусок баранины.

— Я начинаю думать, что, возможно, Маттео был прав, и из вас двоих получилась не самая худшая пара.

— Спасибо? — ответила я, не будучи уверена, подразумевался ли под этим позитивный смысл. — Тебе неважно даются комплименты.

— Я не привык ими разбрасываться. И не говори брату, что я признал его правоту. Ему и так не занимать самоуверенности. — Лука перевел взгляд на что-то позади меня. Я обернулась и заметила, что Маттео направляется в нашу сторону, неся с собой несколько бутылок вина.

— Что есть, то есть, — согласилась я с улыбкой. Лука в ответ одарил меня тем, что можно было бы считать его версией улыбки, и между нами возникло какое-то молчаливое взаимопонимание.

Маттео поставил бутылки с вином на стол, прежде чем присоединиться к нам и обвить руками мою талию.

— О чем это вы тут сплетничаете?

— О тебе, — ответили мы с Лукой синхронно.

— Даже так? — удивлённо выгнул бровь Маттео.

Ария вернулась из кухни, поглядывая на нас по очереди. Она с растерянным видом прижалась к Луке.

— Что происходит?

— Твой муж и моя жена обсуждают черты моего замечательного характера, — пояснил Маттео.

Я толкнула его в бок.

— Ты слишком самоуверен.

Маттео чмокнул меня в ушко.

— Признайся, ты любишь мою самоуверенность.

— Хватит.

— От твоих признаний в любви у меня до сих пор колени подкашиваются, — в шутку пожаловался он.

Я приподнялась на цыпочки.

— Твоя самоуверенность — не единственное, что я люблю в тебе. — Я опустила взгляд на его ширинку.

— Мне срочно нужен какой-нибудь кусок гребаной баранины, чтобы нейтрализовать это омерзительно приторное действо, — пробормотал Лука, но от меня не укрылся нежный взгляд, которым он одарил Арию, когда думал, что на него никто не обращает внимания.

Маттео заключил меня в объятия и поцеловал. Лука пробубнил еще что-то, но я не стала прислушиваться. Для меня важнее всего был Маттео.

КОНЕЦ

Notes

[

←1

]

Бэкпэ́кер или бэкпе́кер (англ. Backpacker, от англ. backpack — «рюкзак») — распространённый в последние десятилетия термин, обозначающий путешественника, совершающего самостоятельные путешествия за небольшие деньги, чаще всего принципиально отказываясь от услуг туроператоров.

[

←2

]

National Registration Authority for Agricultural and Veterinary Chemicals — Австралийское управление по пестицидам и ветеринарным препаратам.

[

←3

]

Purus — в переводе с латинского чистый. Под пуризмом подразумевается стремление к совершенству, чистоте, неприкосновенности установленных норм. Частью дизайнерского направления пуризм стал еще в начале 20 века. Для этого направления характерны минимализм, лаконичность, натуральные цвета и материалы.