ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Дождь стучал по лобовому стеклу. Я смотрел, как дворники движутся по стеклу, пока думал о том, как едва выжил.

Жизнь агента МП всегда была такой трудной? Если да, Линна была храбрее, чем я думал. Не считая работу в «ККК», последний раз я ощущал себя относительно безопасно в кабинете Дженкинса, выбирая книги и хихикая из-за «Камасутры».

Я подумал о книгах и протяжно вздохнул.

— Ты в порядке?

Я поднял голову и посмотрел на Линну за рулем.

— А?

— Ты тихий.

— Думаю о последовательности событий в «Детонаторе».

От моего бодрого тона она повернулась к дороге. Я вспомнил, как она сжимала меня, когда опасное зелье затапливало комнату. Слезы в ее глазах, когда она подумала, что я погиб. И то, как она покраснела, глядя на меня, когда мы выбрались в безопасность.

Может, она не ненавидела меня за то, что я был мификом-преступником, нарушившим правила МП. По крайней мере, ненавидела не так сильно.

— Линна… — хотя нет. Не важно.

— Что?

— Ничего.

— Что ты собирался сказать? — не унималась она.

— Забудь, — идея была глупой. Она не согласится.

Она убрала руку с руля и легонько шлепнула меня по плечу.

— Можешь просто сказать? У меня не хватает нервов на все загадки.

Она так сильно хотела знать? Я расслабился на сидении.

— Я хотел спросить, можно ли заехать в одно место перед тем, как ты бросишь меня за решетку.

— За бургерами? — раздраженно уточнила она.

— Нет, — хотя я не мог бы отказаться от бургеров. — В… мою квартиру.

Она посмотрела на меня.

— Видишь ли, через пару дней нужно платить на аренду. Я не могу заплатить, и все мои вещи выбросит хозяин квартиры. А там есть пара вещей… — я тяжко вздохнул. — Пара вещей, которые я не хочу потерять. Хоть они и понадобятся мне лет через восемьдесят, когда МагиПол выпустит меня из тюрьмы.

Я мог забрать вещи, сбежав, но я упустил уже три шанса, вряд ли появится еще один.

Она с подозрением смотрела на меня.

— Где твоя квартира?

Я приподнял бровь.

— Нет уж. Не скажу, пока не согласишься отвести меня. Иначе ты запрешь меня в камере и устроишь там обыск.

— Почему ты не забрал эти вещи, когда бежал из страны?

— Не было времени, и я не знал, пошли ли по моему следу охотники. Я не хотел привести их к дому. Я собирался попросить хозяина квартиры переслать вещи почтой.

За деньги. Хорошую сумму, я знал того жадного гада, но я мог это позволить… пока МагиПол не конфисковала содержимое моего банковского счета.

Она нервно водила ладонями по рулю, а потом выдохнула, волосы трепетали у лица.

— Куда ехать?

Я выпрямился и посмотрел на нее.

— Серьезно? Ты это сделаешь?

Она хмуро посмотрела на меня.

— Если хоть что-то предпримешь, я телепортирую твои конечности на дно океана.

— Какие именно конечности?

— Все.

— О, тогда… тут налево.

Я направлял ее по улицам в Кол-Харбор, шикарный район с высокими жилыми зданиями с видом на длинные пляжи и океан. Мы остановились на парковке для гостей у высокого дома со стеклянными стенами.

— Ты тут живешь? — спросила она. — Да ладно. Ты ведешь меня в засаду.

Я толкнул дверь.

— Нет. Я тут живу… или жил. Честное слово скаута.

Она выключила двигатель, забрала ключи и прошла за мной к двери с ладонью на сумке. Сколько я хотел поставить на то, что она держала в руке шарик из мрамора, готовая бросить им в мою спину и отправить меня во тьму обморока второй раз за день?

Внутри за столом сидел швейцар. Он взглянул на нас и профессионально улыбнулся.

— С возвращением домой, мистер Моррис.

— Спасибо, Харди. Я потерял ключи. Можешь впустить меня в квартиру?

— Конечно, — он вскочил и пошел впереди нас, нажал на кнопку лифта. Двери звякнули и открылись. Линна наступала мне на пятки, пока я шел рядом с Харди. Он прижал брелок к панели внутри, а потом выбрал одиннадцатый этаж. Дверь закрылась, и лифт поехал вверх.

Линна прожигала взглядом дыры в моем затылке всю дорогу в лифте.

Двери еще раз звякнули и открылись, и Харди пошел по ковровой дорожке коридора с дверями с номерами. У 1106 он остановился и отпер замок.

— Хорошего вечера, мистер Моррис. Дайте знать, если нужен новый ключ.

— Заметано, — сказал я, а он направился к лифту. Я открыл дверь.

Знакомый запах дома и затхлости комнаты, которую давно не проветрили, ударил по мне. Я вошел, вздыхая, взгляд скользил по просторной кухне, переходящей в большую гостиную с электрическим камином и окнами во всю стену с видом на гавань.

— Вычурно, — едко отметила Линна. — За преступления хорошо платят, да?

Я пожал плечами, слишком сильно устал, чтобы парировать.

— Бери вещи, — рявкнула она. — Мы тут не задержимся.

Я не стал разуваться — вряд ли я вернусь и смогу злиться из-за грязи на блестящем паркете — а пошел к короткому коридору. Три двери ждали там, и я открыл центральную, прошел в свою спальню. Там было просторно, с кроватью королевского размера и высокими окнами.

Я прошел к тумбочке у кровати, но, когда я присел, чтобы дотянуться до нижней полки, Линна появилась у моего плеча.

— Погоди! — она отодвинула меня локтем, присев рядом, и заглянула на содержимое полки. Она замерла. — Это…

Я потянулся мимо нее и вытащил несколько книг. Я выпрямился, и она тоже поднялась, все еще хмурясь.

— Книги? — возмутилась она. — Ты за этим приехал?

— Ага.

— И что в них особенного? Они ценные?

Для меня — да. Для остальных — ни капли.

— Если переживаешь, проверь сама.

Я вручил их ей, удивив ее, а потом прошел в гардеробную. Она была почти пустой. Моя одежда висела вдоль ближайшей стены, аккуратно, на плечиках.

Я порылся в вещах, пока она открыла потрепанную книгу «Приключения Гекльберри Финна», хмурясь из-за неожиданно обычной истории внутри. Когда она подняла взгляд, я почти снял футболку.

— Что ты делаешь? — пронзительно спросила она.

— Переодеваюсь. Чистая одежда. Это приятно, знаешь? — я снял футболку и бросил ее на пол, вытащил темно-синюю футболку. — Я могу насладиться пару минут, пока меня не нарядят снова в комбинезон.

Ее рот открылся и закрылся, а я надел чистую футболку, поправил ее и сбросил обувь. Я расстегнул пояс, и она перевела взгляд на книги в своих руках. Она подняла книгу Марка Твена и хмуро посмотрела на Библию в кожаном переплете под ней.

— Я думала, ты не был набожен, — начала она, поднимая взгляд. Я как раз спустил жуткие трусы из МП по бедрам.

Ее глаза выпучились, и я чуть не фыркнул. Я был уверен, что она отвела взгляд до того, как что-нибудь заметила, но она все еще пошатнулась от шока, словно я начал танцевать у шеста. Стопка книг в ее руках опасно покачнулась.

— Не урони, — предупредил я, надевая чистые боксеры. Ах, намного лучше. — И я не набожен.

— Тогда почему у тебя Библия? — спросила она, глядя на пол. Ее щеки пылали.

Я надел потертые удобные джинсы.

— Потому что она была особенной для кое-кого другого.

— Кого?

Я не ответил, просунул пояс в новые джинсы и застегнул его, обулся. Я прошел мимо нее в спальню и замер у кровати. Запах геля для стирки ударил по моему носу, в груди болело. Чистая одежда была запахом дома.

Сбегу я из участка МП или нет, но я еще не скоро смогу насладиться запахом или ощущением дома.

— Что еще ты хочешь взять? — спросила Линна, выйдя за мной.

— Ничего. Это все.

Она нахмурилась, сомнений было больше, чем подозрений, в этот раз.

Я взглянул на нее, а потом рухнул на кровать. Лицо уткнулось в мягкое одеяло, и я застонал.

— Что ты делаешь?

Я перекатился на спину на матраце, закрыл рукой глаза.

— Ты знаешь, какие койки в камере? Это последняя кровать, на которой я полежу… в ближайшие годы. Дай минутку запомнить ощущения.

Ответом было молчание. Через миг матрас прогнулся. Я посмотрел из-под руки, Линна сидела на углу кровати и озиралась, хмурясь.

— Не так я представляла место, где ты живешь, — пробормотала она.

— И я. Это в десять раз лучше, чем другие места, где я жил, — я прикрыл глаза снова. — Ригель посоветовал место. Думаю, это здание принадлежит ему. Я был не против, и «ККК» хорошо платили.

— Ах, да. За мошенничество и воровство.

— Пожалуй, да.

Ее голос стал еще холоднее.

— Ты даже не переживаешь, что обманывал людей?

Я подумал о книгах в ее руках, но вжался сильнее в одеяло и вдохнул запах дома.

— Быть мификом-преступником лучше, чем быть человеком-фриком.

— Ты — не человек.

— Я не знал, что был мификом, помнишь? «ККК» нашли меня. Они рассказали мне о магии.

Матрац скрипнул, она подвинулась.

— Я понимаю, но когда ты понял, что они были преступниками, ты… должен был покинуть гильдию.

Я приоткрыл глаза, но видел только свою руку, лежащую на лбу. Странное желание делиться информацией угасало, но я рассказал достаточно, так что мог закончить правдой.

— Мне нигде не было места. Люди не хотели меня рядом. Из-за меня им было неуютно… я пугал их. Куда бы я ни пошел, все хотели избавиться от меня, пока Ригель не пригласил меня в свою гильдию. Там меня не просто приняли… я был полезен. Я был частью команды, — я резко выдохнул. — Так что отвечу на твой вопрос: мне было плевать на то, что делает гильдия. По крайней мере, уйти не захотелось.

Кровать выгнулась. Тихие шаги, и теплая ладонь потянула за мое запястье, подняла руку. Линна склонилась надо мной и заглянула в мои глаза.

— Кит… ты… — она пыталась подобрать слова, задумчиво поджала губы.

Я смотрел на ее нежные губы, удивленный тем, какими заманчивыми они казались.

Она разглядывала мое лицо, ее румянец вернулся. Она резко выпрямилась.

— Ты нарушил закон. Но… если ты поможешь поймать Квентина, я сделаю, что смогу, чтобы обвинений против тебя стало меньше.

— Что ты можешь?

— Пока не знаю, — ее глаза вспыхнули. — Но я выясню.

Горло странно сдавило, и я понял, что верил ей. Я верил, что она поможет мне.

Теперь я растерялся. Я был на кровати. Было сложно сосредоточиться, пока я лежал на кусочке рая. Я сел, пока не потерял хватку на реальности. Линна отодвинулась, я встал с матраца.

— Думаю, мы можем идти, — я посмотрел на книги под ее рукой. — Но… их нужно убрать в безопасное место.