ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Когда я прошел в круглосуточный супермаркет, мокрый и дрожащий, парень восемнадцати лет за прилавком вызвал бы полицию сразу, если бы я дал ему увидеть это.

Вместо дрожащего сгорбленного тела я показал ему сухую и прямо стоящую версию себя. Я так старался сохранить одежду сухой, но дождь пошел через три минуты после того, как я выбрался из океана. Матушка-Природа была с жестоким чувством юмора.

Ребра словно покрывал иней, но я не давал этому мешать галлюцинации в голове кассира. Пока я оставался невидимым, моя копия серьезно размышляла, какое вяленое мясо взять, покачивала туда-сюда головой.

Я мог поблагодарить козла Двейна за свое мастерство в этом навыке, который я с любовью назвал Разделенный Кит. Началось все с трюка в школе, чтобы обмануть учителей, заставив их думать, что я слушал внимательно, пока я рисовал или читал книгу. Но, когда я встретил Двейна с его кулаками, я научился делать себя невидимым.

Я послал ложного Кита к ряду с конфетами, а сам прошел на носочках вокруг прилавка к кассиру. Его телефон лежал рядом с кассовым аппаратом, и я сделал его невидимым, взял телефон. Я провел пальцем по экрану. Пароль не требовался. Идеально.

Я ушел в угол, послал ложного Кита в другую сторону, но не к дверям холодильника с отражающим стеклом. Отражения было сложно создавать, пока я был отвлечен.

Я набрал номер, который запомнил три дня назад, и поднес телефон к уху. Шли гудки. Шли и шли. Наконец, меня перевели на голосовую почту, и мое сердце сжалось.

— Дженкинс, это Кит, — тихо сказал я, чтобы не услышал кассир. — Я сбежал. Я в супермаркете на юге от Дип-Ков. На шоссе Доллартон, вроде. Мне нужна твоя помощь.

Я закончил звонок и понял, что кассир в смятении смотрел на ложного Кита. Блин. Я отвлекся от галлюцинации, и она стала вести себя странно.

Я поспешил в ближайший ряд, напихал в карманы пачки вяленой говядины, кислых конфет и пару бутылок воды. Ложный Кит в это время подошел к кассиру.

— Эй, — спокойно спросил он, — не знаешь, где ближайший отель?

Кассир нахмурился.

— Ближайший возле бухты. Или ближе к городу. Думаю, там есть отель возле Капилано.

— Ближе ничего?

— Неа.

Блин. Я не мог возвращаться в Дип-Ков, ведь Линна и агент Каттер уже могли охотиться на меня там. Капилано было далеко.

Ложный Кит пожелал ему спокойной ночи, и мы оба вышли и стали целым.

Я накрыл голову капюшоном от дождя, пересек парковку. Если Дженкинс прибудет за мной, он появится там, так что я не хотел уходить далеко.

Посреди улицы находилась автобусная остановка со стеклянным навесом под желтым фонарем. Хорошо. Я поспешил в укрытие и опустился на скамью, дождь стучал по крыше. Плечи были подняты к ушам от холода, но теперь расслабились, и я открыл пачку вяленой говядины.

В другой руке был украденный телефон, и я смотрел на него, подавляя неприятное ощущение в животе. Я позвонил незнакомцу ради помощи… потому что больше было некому. Мэгги и Квентин были единственными друзьями.

Если бы я позвонил Линне и попросил ее о помощи, что она сказала бы?

Я тихо фыркнул. Она, наверное, превратила бы меня в лужу через телефон от гнева. Я предал ее, как бандит, которым она меня считала с самого начала.

Предал… это было жестокое слово. Обманул, да. Обвел вокруг пальца. Но предал? Я поискал в своем словарном запасе слово лучше. Перед тем, как мы чуть не умерли в тайном логове Ригеля, перед тем, как она отвезла меня к моей квартире, и мы посмотрели фильм, перед тем, как она поручилась за меня перед Блит, я бы не переживал о лучшем описании своих действий. А теперь?

Меня мутило, желудку не понравилась говядина. Или так ощущался стыд.

Я не был виноват в том, что спасал свой зад. Я использовал момент и пропал в ночи, так я выживал.

Ты — сирота без семьи, и забрать тебя хотят только те, кто будет бить? Убегай.

Приемная семья не может понять, что с тобой делать, потому что ты — чего не знает никто, включая тебя — мифик, и все тебя боятся? Убегай.

Фирма, в которой ты работаешь, оказалась с жадными бандитами во главе? Убегай, конечно.

Некоторые назвали бы это трусостью, но я звал самосохранением. Это не беспокоило меня раньше. Может, я затоптал зарождающееся доверие Линны и ростки доброты на пути к свободе, но что еще я мог сделать? Ждать, пока МП казнит меня?

Решительно жуя не лучшую еду, я подумал о теме, от которой меня не так мутило. Странное поведение Мэгги. И дурацкое поведение Квентина, хотя это не удивляло.

Да, он всегда был зациклен на себе, но звать меня предателем, когда он раскрыл мое существование МП? Бред. Если бы не он, я уже улетел бы, пропал на юге задолго до того, как МП узнали о «том парне, который никогда не умолкает о фильмах».

Поведение новой «детки» Квентина было еще страннее. Мэгги была против жадности, но помогала беглецу? Помогала его планам с «Голубым Дымом»? Рисковала собой ради выгоды?

Все не так.

Квентин мог управлять людьми, и у него был свой типаж женщин, но Мэгги была на десять лет старше и на пятьсот процентов нервнее для него. Он явно использовал способности эмпата, чтобы заставить ее думать, что она любила его. Даже мне хотелось забраться к нему на колени, а я, насколько я проверял, был не из той команды. Его волны любви задели меня, когда я подошел близко.

Я прислонился спиной к стеклянной стене. Квентин влиял бы на Мэгги, только если ему было что-то нужно от нее, а он хотел сейчас только «Голубой Дым». Ригель хотел помощь Мэгги, чтобы пробиться в «Цербер». Если Квентин перенял этот план, он тоже хотел ее помощи. В отличие от Ригеля, он не дал Мэгги шанса отказаться.

Хотя то, что Квентин управлял ею на уровне, который был выше «подлого», а относился к «ужасно злому», я ничего не мог с этим поделать. Я не мог сравниться с Квентином, и даже если бы мог, я не знал, куда он забрал Мэгги, или как их найти, или… что угодно. И мне нужно было переживать из-за своего выживания.

Несмотря на это, холодный стыд присоединился к весу на моей груди.

Я доел конфеты, бросил пачку в урну на остановке и опустился на скамью. Усталость наполнила меня, физическая и психическая. Изменить облик кафе для Мэгги, меняя при этом кулон для Линны, а потом игры с двойниками… я был подавлен.

Мои веки почти опустились, когда что-то на улице привлекло мое внимание: человек стоял на краю дорожки и смотрел на меня. Высокий, худой, в темной одежде. Тени скрывали его лицо.

Он не был похож на агента МП, но выглядел как охотник на награды, судя по кожаному наряду.

Линна не тратила время, да? Как только я сбежал, она, наверное, передала мое имя, фото и описание сем гильдиям мифики в городе. Интересно, какую награду назначила Блит? Как сильно она хотела вернуть мое красивое лицо в свою допросную?

Фигура напротив сошла с тротуара и направилась ко мне.

Я вскочил со скамьи, случайно выронил украденный телефон. Мне нужно было убираться отсюда, но я не знал, с чем имел дело. Волшебник? Телекинетик? Маг? Нужно было узнать.

Пришло время для третьей, возможно, самой крутой силы из галлюцинаций: Атаки Монстра. Я редко это использовал, потому что там не было мягкости Разделенного Кита и изменения вида. Удивительно, но пугать людей не приходилось каждый день.

Я представил огромный жуткий грузовик со слепящими фарами и визжащими шинами. А потом отправил эту картинку по дороге к человеку, идущему ко мне.

В теории то, что огромный грузовик мог вот-вот раздавить тебя, вызвало бы реакцию: заставило бы отскочить или раскрыть свою магию, чтобы защититься, а то и закричать и оставить новое пятно на штанах.

Но приближающийся мифик слабо вздрогнул, но шагал дальше.

Это. Еще. Как.

Ладно, пора было бежать. Я развернулся и побежал, и охотник устремился за мной, пытаясь подрезать меня.

Отлично. Он был бесстрашным и реагировал как ниндзя.

Желание выжить гнало меня, я побежал еще быстрее, и дождь, казалось, не задевал меня. К сожалению, ниндзя тоже был быстрым.

— Кит! — закричал он. — Стоять!

О, конечно. Только потому, что ты вежливо попросил.

Я бежал по тротуару, сосредоточился. Двойник побежал по дороге, а я, невидимый для преследователя, повернул направо.

Охотник поверил. Вот и славно. Я замедлил бег, поднялся по травянистому холму к складам. Я послал ложного Кита в деревья на другой стороне дороги. Ниндзя бежал за ним, но потом затормозил.

Он замер. А потом развернулся и побежал по дороге ко мне. Как? Я был невидимым!

— Стой, Кит! — крикнул он. — Я тебе не наврежу!

Будто я буду верить этому.

Впереди ограда в семь футов высотой тянулась вдоль ближайшего склада. Во мне ревел адреналин, и я запрыгнул на ограду, схватился за край и подтянулся относительно легко.

Как только я спрыгнул на землю с другой стороны, я побежал между зданием и оградой. У первой развилки я повернул налево. Потом направо. Снова направо, потом налево. Даже если охотник мог видеть сквозь мои галлюцинации, он не мог видеть сквозь стены. Если только это не был телетезиан, но я старался не думать об этом.

Я завернул за еще один угол и столкнулся с запертой калиткой. Тяжело дыша, я поднялся по ней уже не так ловко и приземлился на другой стороне.

И ниндзя уже ждал меня там.

Оказалось, охотником была девушка чуть за двадцать в кожаной одежде, короткие светлые волосы, выбритые по бокам, придавали ей вид бандитки, которая могла голыми руками оторвать мою голову. В сапогах высотой до колен она была почти одного роста со мной.

Она подняла ладони, словено подходила к дикому зверю в капкане.

Блин. Линна, наверное, повесила жуткое объявление на доску наград МП: «Без оружия и ужасно раздражающий. Его галлюцинации хуже его слов. Обращайтесь с ним как с бешеным котенком».

Охотница открыла рот, чтобы что-нибудь произнести, но я не хотел болтать, так что снова отправил ложного Кита направо, а сам, невидимый, отправился налево.

Я не успел сделать шаг, она вытянула ногу. Ее пятка ударила меня в живот, лишая равновесия, и я не успел остановиться и отлетел в сторону.