— Ты действительно столько проехала назад, чтобы проверить меня? — спрашивает Кэри с ноткой недоверия в голосе.

Синди закатывает глаза и пожимает плечами, прежде чем ответить:

— Можешь подать на меня в суд за то, что я была хорошей подругой и переживала за твою задницу. — Она улыбается Кэри и коротко машет мне рукой. — Хорошо, тогда оставлю вас наедине.

Она отъезжает, и у меня из груди вырывается хриплый смешок. Вишенка медленно возвращается ко мне.

— Значит, завтра вечером? — довольно дерзко спрашиваю я ее, когда задние огни «Хонды» исчезают вдали на улице. Мой член уже затвердел при мысли о ее теле подо мной.

— Это вечер перед Сочельником, у нас семейный ужин.

Ох, да. Я забыл. Не то чтобы у меня были планы, но у большинства людей они обычно есть.

Она выглядит разочарованной, как будто ей действительно грустно мне отказывать.

— Прости. Мы наряжаем елку. Это семейная традиция.

— Ну, это важно.

У меня семейных традиций нет. Для этого должна быть семья. Еще одно отличие, еще одна причина, по которой нам не стоит встречаться. Эта мысль возвращает меня к действительности.

Я не вижу будущее с моей Вишенкой. На мгновение пытаюсь вспомнить, почему я здесь с ней. Почему ждал ее и планировал наше маленькое свидание. Мне нужно вытащить ее из магазина в канун Рождества. Да, вот в чем причина. Гребаный лжец. Мне просто хочется, чтобы она оказалась подо мной.

Она пожимает плечами и говорит:

— Это будет рано и моя мама обычно напивается и отключается уже в восемь. — Она покачивается на пятках, пожимая плечами. — Я могу улизнуть. Встретимся чуть попозже? — под конец фразы ее голос похож на мурчание.

— Черт, да. Это свидание.